Принеси меня в жертву - Мика Ртуть

— Это не про тебя! — потупился крыс и положил руку на дверную ручку. — Это про всех других!

Он вовремя успел выскочить, и подушка, ударившись о захлопнувшуюся дверь, бесславно рухнула на пол. Шуас поднял ее и подал Данке.

— Госпожа моя, не ругайся на мальчика, он просто очень молод. Мы вынесем ночью труп в сад и там… Тебе придется на это время отвлечь Рока.

— Шуас, а не проще завернуть тело в ковер и подбросить… той же Лизет?

Да уж, а криминальные способности растут. Не зря бабушка всегда говорила, что, став на темную дорожку, сойти с нее уже невозможно. Сперва безжалостно убила древнего монстра, а теперь хладнокровно рассуждает, как от трупа избавиться и соперницу подставить. Тюрьма по тебе плачет, Данка! Или плаха… Следует узнать, как здесь казнят преступников?

Данка прислушалась к себе и поняла, что ее ни капли не грызет совесть. Все произошедшее воспринималось словно через призму времени, будто прошло уже много лет, и это было неизбежное зло. Она скосилась на безмолвного Алмаза, и последние сомнения в правильности ее поступка улетучились как дым. Сердце сжало от жалости. Ей так хотелось, чтобы он улыбался. Пока просто улыбался. Хотелось научить его смеяться, радоваться жизни, доверять. Хотелось увидеть счастье в огромных вишневых глазах. Хотелось обнять, снять напряжение с плеч, запустить пальцы в волосы, погладить.

— Алмазик, все будет хорошо, — шепнула она и обняла мужчину сзади, прижалась всем телом и замерла так.

Стукнула дверь, это ушел Шуас.

— Я тебя никому не отдам. Если ты сам, конечно, не захочешь уйти.

Алмаз выпростал из-под одеяла руку и погладил Данку по обнимающей его руке.

— Спасибо, госпожа моя, — едва слышно произнес он и громко чихнул. — Все будет хорошо.

— А как же! А теперь немедленно ложись в постель! Тебя колотит. — Данка приложила ладошку ко лбу удивленного Алмаза. — Да у тебя жар! Немедленно в постель! И не перечь мне! Это приказ!

Она успела сползти с кровати и надеть тапочки. Платье было безнадежно испорчено. В этих условиях его точно не отстирать. Ну и черт с ним! Данка схватила сумку с вещами и скрылась в ванной. Если бы вместо Алмаза в комнате был Флеш, она бы не стеснялась, еще и попросила бы расстегнуть замок на платье, но переодеваться перед малознакомым мужчиной было стыдно.

Через пять минут она вернулась в комнату в спортивном костюме, умытая и довольная. Странно, но спать не хотелось. Это дар Рока или воздействие ее фамильяров? Алмаз спал на самом краю кровати, подложив ладонь под голову. Данка посмотрела на него с умилением. Не котик, конечно, но такой милый.

Когда вернулся Флеш в сопровождении массивного мускулистого мужчины, обритого налысо, Данка как раз пыталась сдвинуть «коника» в середину кровати.

— Наконец-то! — воскликнула она. — Помогите мне его переложить, — обратилась она к незнакомцу. Вон, какой здоровый. Ему сдвинуть Алмаза, как мышонка перенести. Тот криво усмехнулся, но сделал, как она велела. — Флеш, что стоишь как зачарованный? Сбегай на кухню и принеси горячего молока с медом. Кувшин! Заодно возьми лед, лимон и мяту. И не хлопай дверью! Алмазика разбудишь!

— Вот! Теперь ты понял, о чем я говорил? — обратился Флеш к вернувшемуся нагу. — Эксплуататорша!

Однако, прежде чем Данка успела возмутиться, выскользнул за дверь.

— Госпожа моя, позволь представить тебе Эрдагана и Хана. Эти два достойных мужа согласились помочь нам.

Из-за спины нага вышел коренастый светловолосый паренек, совсем юный, лет пятнадцати, не старше.

— И кто из вас кровожадный дракон? — с любопытством рассматривая гостей, поинтересовалась Данка.

— Я, — смущенно ответил паренек.

В это время в дверь властно постучали, и на пороге возник Чет.

— К нам едет ревизор, — в оглушающей тишине сообщила Данка.

Первым порывом было выпихнуть бога в коридор, захлопнуть дверь и пододвинуть шкаф, но она не успела осуществить задуманное. Шуас резким движением задвинул Данку к себе за спину. Она почувствовала, как воздух вокруг нага начал сгущаться, и поняла, что он сейчас преобразуется. И тогда кровопролития не избежать. А Чет — это не Рок, у этого на лице написано, что он убьет и не поморщится. Решение пришло молниеносно. Данка выскочила из-за спины нага и с разгона повисла на шее ошалевшего от такой наглости Чета.

— Как я соскучилась! — она подпрыгнула и обхватила мужчину еще и ногами, не давая ему возможности заглянуть в комнату. — Я так мечтала прогуляться с вами по саду. Прямо сейчас! Сей же момент! Я должна рассказать вам нечто ужасное, что гложет меня последние часы! Мне нужно покаяться! Вы ведь не откажетесь выслушать?

Чет усмехнулся, и в этой усмешке было очень мало доброты, однако голос его прозвучал вполне дружелюбно.

— Конечно, Дана, я не откажу тебе.

Он развернулся и покинул комнату, унося Данку от ее фамильяров и трупа под кроватью.

Данка услышала, как в комнате что-то упало, послышалась возня и приглушенный дверью вскрик.

«Шуас, что у вас происходит?» — позвала она мысленно.

«Все хорошо, госпожа моя».

«А что это упало?»

«Хан. Я его уронил. Нечаянно».

«Он не пустил тебя бежать за мной? — Молчание. — Передай ему мою благодарность».

«Как прикажете, госпожа моя».

Шуас хотел защитить ее от Чета, как защищал от Рока. Какая прелесть! Губы сами растянулись в улыбке.

— Отчего ты улыбаешься? — Чет подхватил ее под попку и приподнял так, что их лица оказались напротив. Данка поерзала, устраиваясь удобнее.

— Честно?

— Не терплю, когда мне лгут.

— Меня никогда не носили на руках. А еще за меня никогда не заступались красивые и загадочные мужчины. Это, оказывается, так приятно!

Чет посмотрел на нее с удивлением.

— И это все?

— А еще нас с вами видела Инга, и она растреплет всем невестам, что меня носил на руках сам Чет, а я при этом прижималась к нему и вела себя жутко неподобающе, — Данка не сдержалась и хихикнула.

— В таком случае прижмись крепче, ибо в саду сейчас гуляют все девушки, и я намерен появиться посреди этого цветника.

Чет шагнул прямо в стену, и Данка зажмурилась, крепче прижимаясь к широкой и твердой груди. Страха не было, он прошел, как только они вышли из комнаты. Отчего-то Чет не казался ей монстром, похожим на Ньекку, хотя и милашкой назвать его было сложно. Стоило только обратить внимание на глаза. Холодные, безжизненные глаза убийцы. Жуткий тип, но… что-то в нем было для нее притягательное. Любопытство? Желание разгадать его тайну? Азарт от борьбы? Ну, себе то врать не стоит, было очень приятно утереть носы всем этим расфуфыренным красавицам, которые с открытыми ртами встретили их эффектное поведение.