Наследник старого рода - Дмитрий Шелег

Знаете, в момент осознания горя на меня словно обрушилась огромная гора. Я не мог пошевелить рукой и сделать хотя бы вдох. Чувство вины болезненно сжало бешено колотящееся сердце, я начал задыхаться.

Несколько пощечин и пара легких ударов по груди вывели меня из ужасного состояния, и я наконец сделал глубокий вдох.

— Дыши, дыши, Иван! Дыши! — говорил мне раскрасневшийся от испуга Феофан. — Дыши!

Поняв, что мне не хватает воздуха, он быстро вытянул меня из машины.

— Дыши, Иван, просто дыши. Это всего лишь кошмар.

«Вряд ли просто кошмар…» — устало подумал я.

— Опусти меня на землю, мне уже лучше, — через некоторое время сказал наставнику.

— Точно? — с явно слышавшимся в голосе сомнением спросил он, но все же выполнил просьбу. — Как ты себя чувствуешь?

— Уже намного лучше, — ответил, вытирая мокрое от слез лицо.

«Прости, моя любовь! — мысленно попрощался, до боли сжимая зубы. — Прости…»

— Опять? — тут же спросил Феофан, напрягшись.

— Нет.

«Интересно, что он вообще думает о происходящем? — спросил я себя. — Что он видел? Как я начал плакать во сне и что-то бормотать? Как начал кричать? Может, он думает, что я схожу с ума? Или что смерть негативно на меня повлияла? Теперь наверняка станет бояться надолго оставлять меня одного, чтобы не было такого вот повторения».

Мысли о родных, оставшихся в другом мире, были очень тяжелы и постоянно всплывали в сознании.

«Если это будет продолжаться, то я просто-напросто свихнусь, — подумал я. — Тоска и печаль станут преследовать меня постоянно. Да, человек, конечно, такая тварь, что ко всему привыкает, и я не исключение. Чувство утраты с течением времени будет понемногу утихать, пока почти не угаснет. Но до этого еще надо дожить. Я с такими чувствами вообще ни на что не годен, надо их как-то ослабить, ведь, как бы мне ни хотелось, ничего изменить нельзя. Благо оставил родным квартиру и приличный счет в банке. Не пропадут».

Я вспомнил, как очнулся в теле ребенка сразу после попадания и как мои эмоции были словно бы заперты в глыбе льда, что позволило вести себя адекватно и не наломать дров.

«Может, надо попробовать вернуть это состояние, только уже осознанно?»

Сконцентрировавшись, я представил, как собираю мысли и воспоминания о родных и помещаю их в глыбу льда. Как они там беснуются, но все же не могут вырваться наружу.

Мне стало легче.

Печаль и боль утраты не ушли. Они были где-то глубоко внутри меня, но уже не занимали мои мысли постоянно.

— Где мы? — спросил я, рассматривая лесную дорогу, на которой мы остановились, съехав с трассы.

— А сам что, не видишь? — съехидничал Феофан. — В лесу.

«Что за неуместный тон? — подумал я, но даже не поморщился. — Или это он таким образом пытается отвлечь меня от дурного сна? В принципе это немного работает. Только, к сожалению, это не обычный кошмар. А нечто большее…»

Затылок опять стало ломить.

«Не хочу даже думать об этом!» — решил я.

Я сдерживал эмоции, но сердце вновь стиснули невидимые тиски.

— Мне надо отвлечься, — сказал Феофану. — Чтобы мысли дурные в голову не лезли. Давай потренируемся?

— Потренируемся? — вопросительно уставился он на меня и с сомнением добавил: — Ты уверен? Может, лучше пока не рисковать?

— Нет! Я хочу потренироваться! — произнес как-то чересчур резко.

— Ну, дык… — услышал сдавленный голос наставника. — Как хочешь. Тренировка — дело полезное, все дурные мысли прогоняет! К тому же, — добавил он, — раз у нас выдалась такая возможность, действительно необходимо проверить, можешь ли ты теперь использовать шики-чо.

После небольшой разминки (как сказал наставник, времени до заката солнца осталось не так много, поэтому надо поторопиться) я перешел к отработке боевых комплексов.

— Начнем с восьмого, — скомандовал Феофан, постоянно контролировавший мое состояние во время физических упражнений.

— Третий… — подсказал он очередность выполнения комплексов. — Пятый…

К моему глубокому сожалению, первые минут двадцать у меня совершенно ничего не получалось, я не мог уловить ни крупицы духовной энергии. Хотя старательно пытался воспроизвести уже знакомые по внутреннему миру ощущения.

«Чертово шики-чо!» — после очередной неудачи гневно подумал я, проводя прямой удар кулаком. И в этот момент духовная энергия аккумулировалась в моей руке, вырвалась наружу и разнесла ствол небольшой березы, стоящей на расстоянии метра.

Я молниеносно отскочил в сторону от падающего на землю дерева.

— Ого! — воскликнул одновременно удивленно и радостно. — Это и есть сила шики-чо?! Ничего себе! Я не предполагал, что это искусство настолько разрушительно! Думал, что духовная энергия всего лишь усилит мои удары, а тут такое!

Феофан озадаченно почесал затылок.

— У тебя действительно все получилось, — подтвердил он. — Но при ударе ты вложил чересчур много энергии, что не совсем оправданно. Это как если бы вместо того, чтобы просто проломить противнику голову, ты разнес бы ее на части и при этом потратил очень много энергии. И в том, и в том случае ты, конечно, достигнешь результата и победишь, только какой ценой? При таких несоизмеримо высоких тратах шики-чо ты быстро лишишься сил и не сможешь противостоять большому количеству противников.

— У меня впервые получилось! — самую малость возмутился я. — Конечно, я не умею дозировать количество вкладываемой в удар духовной энергии. Было бы глупо ожидать другого!

— Я совсем не хотел тебя обидеть, — подняв руки, искренне сказал Феофан. — Напротив, я удивлен твоим прогрессом. И то, что у тебя в таком возрасте получается осваивать очень сложные техники, меня, признаться, немного шокирует. А теперь расскажи, как у тебя получился этот удар.

— Я разозлился, — признался старому воину. — Во внутреннем мире у меня все получалось довольно легко, а тут какой-то ступор, вообще ничего. Я не чувствовал в себе ни крупицы духовной энергии и поэтому вспылил.

— Теперь буду стараться тебя не злить, — улыбнулся наставник, после чего серьезно продолжил: — Ты все же удивительный ребенок. — Он пояснил: — Шики-чо начинают постигать только воины средних рангов, и то не все. У многих просто не получается почувствовать энергию. А ты у нас пока всего лишь новик второго ранга, и у тебя такие успехи. Поэтому то, что ты можешь сделать вот так, — он показал на березу, — уже невероятный результат. Который я все же хоть не до конца, но могу объяснить.

— И чем же? — заинтригованно спросил я.

— Самое главное — хорошей наследственностью, — загнул палец Феофан. — Она позволила тебе легко выходить на глубокие уровни медитации и осваивать сложные техники. Второе — это наши с тобой занятия боевыми комплексами, начавшиеся с самого раннего детства. Ведь эти комплексы и есть базовые движения, предназначенные для использования техник, контролирующих духовную энергию.