Доминика из Долины оборотней - Оксана Чекменёва

Я открыла глаза и поняла, что лежу на руках у Фрэнка, как в колыбели, а солнце перешло на другую сторону неба. Похоже, я, действительно, уснула. Приподняв голову, я нашла глазами пристань, к которой приближались уборщики, неся в руках корзины с продуктами.

– И помидорки они тоже обобрали, – печально вздохнула я – А я планировала пустить их сегодня на салатик.

– Это логично. Если хозяина нет, всё это всё равно пропало бы. Заметь, они взяли только скоропортящееся. И это хороший знак – они поверили, что сейчас на острове никого нет. Кстати, и чаевые, якобы от хозяина, они тоже нашли – видишь, у мужчины торчит конверт из заднего кармана? Хорошо, что я вчера снял наличные с карточки, пригодились.

– Значит, мы можем возвращаться? Теперь это безопасно?

– Конечно, – губы Фрэнка легонько коснулись моих. – У меня куча планов на остаток дня. Но сначала я хочу кое-что тебе показать.

И он отказался говорить, что именно, лишь загадочно улыбался и намекал на сюрприз, который обязательно мне понравится.

Мы собрали остатки еды в корзину, позвали Лулу, которая моментально явилась на зов – всё же это неправильно, что кошка настолько послушна, это против природы, – посадили её в переноску, Фрэнк раскинул крылья, и мы полетели домой. Да, я уже начала воспринимать эту виллу как дом, и уже знала, что буду очень по ней скучать, когда мы вернёмся в Долину.

Вилла встретила нас чистотой, запахом моющих средств, свежим постельным бельём и полупустым холодильником. Ничего, кладовка и шкафчики полны под завязку, у нас остался тортик, ладно, полтортика, в джунглях полным-полно фруктов, которые только людям достать сложно, нам же только руку протянуть. Ну, ещё подпрыгнуть, конечно. Выживем.

– Пойдём за спрятанными вещами? – предложила я, выпуская Лулу из переноски и выливая остатки сгущёнки для неё в блюдечко.

– Сначала сюрприз, – покачал головой Фрэнк, после чего повёл меня в кабинет, включил компьютер, вошёл в свою почту, что-то скачал, включил принтер, и всё это молча, с загадочной улыбкой. Когда из принтера вылез лист бумаги, я уже едва не подпрыгивала от нетерпения. Протянув листок мне, Фрэнк, всё так же молча, ждал моей реакции.

Я не сразу поняла, что именно держу в руке. Право собственности на что-то. Владельцем являлся Фрэнк. Это что-то представляло собой набор слов и цифр, какие-то координаты, ничего мне не говорящие, кажется, земельный участок размером чуть менее пятнадцати квадратных миль, и что-то ещё, я вчиталась внимательнее, «прибрежная полоса, шириной в 2,43 морские мили». Что? Прибрежная полоса?

– Остров? Ты купил остров?! ЭТОТ?!

– Да, Солнышко, – Фрэнк со счастливой улыбкой наблюдал за моей реакцией. – Это, конечно, всего лишь копия, оригинал у моего отца, но всё абсолютно законно, сделка скреплена нотариально, заверена и зарегистрировано во всех возможных организациях. Этот остров теперь наш.

– Но как? – я не до конца ещё поверила в происходящее, но бурлящее чувство счастья начало подниматься во мне, как пузырьки в коле. – Как ты мог его купить? Ты же всё время был рядом…

– Ну и что? Когда имеешь родственников, как две капли воды похожих на тебя, совсем не обязательно везде присутствовать самому. Остров для меня купил Саймон, всё просто.

– Но… Но как же он его купил? Разве Гад мог его продать, находясь в том состоянии, в котором находится?

– Продать – нет. Но он вполне мог перед той «аварией» зайти к нотариусу и написать распоряжение, что всё своё имущество отдаёт на благотворительность, оно должно быть продано в кратчайший срок с аукциона, а все вырученные средства должны быть поровну распределены между больницами, список прилагается. Сам он попал в больницу как раз из этого списка, так что его будут там холить и лелеять, продлевая его никчёмную жизнь, насколько только возможно. А если начнёт уж совсем загибаться – всегда можно сделать ему укольчик с нашей кровью. Вылечить это его не вылечит, но поможет не отбросить коньки как можно дольше.

– Так ему и надо, – кивнула я, соглашаясь с планом по поддержанию жизни Гада. – Но, неужели он так прямо взял, и всё отдал? Как-то не верится.

– А ты поверь. Он, действительно, пришёл сам, своими ножками, и сам отдал это распоряжение. Солнышко, не забывай, что этот Гад исполняет все приказы моего отца, не может не исполнять. Сам дал ему такую возможность, вот пусть себя и винит. В общем, позавчера был аукцион, и Саймон, по моей просьбе и от моего имени, выкупил этот остров.

– Но это же… Это же безумно дорого… Целый остров!

– Солнышко, я могу их, таких, штук десять купить без проблем. Я же говорил, что богат, и тебе не нужно волноваться, на что мы будем жить.

– Я и не волновалась. Но даже и представить не могла… Господи, остров… И он наш. – До меня стало постепенно доходить, что всё это правда. – И нам не нужно уезжать?

– Только если мы сами этого не захотим.

– Но как? Как ты решил?.. Как догадался?..

– Я подумал об этом с самого начала, едва увидев его. Сразу представил, что здесь можно устроить поселение вроде вашей Долины. Место замечательное, и очень уединённое, чужие сюда точно не сунутся. Тогда-то я и предложил отцу идею с благотворительностью и аукционом. А уж когда увидел, как ты полюбила этот остров, понял, что принял правильное решение.

– Правильное! Самое правильное! – Я запрыгнула на Фрэнка и стала покрывать поцелуями его лицо. – Спасибо, спасибо, спасибо! – потом спрыгнула, помчалась на второй этаж, вылетела на веранду и, окинув взглядом окружающую нас красоту, заплясала от радости. – Он наш! Наш! И не нужно уезжать! Ура!

Попрыгав и поорав какое-то время, я слегка успокоилась, оглянулась на Фрэнка, который стоял, привалившись к косяку, и со счастливой улыбкой наблюдал за моими восторгами, а потом задала ему весьма важный, можно сказать, животрепещущий вопрос:

– Фрэнк, а как ты думаешь, здесь будет расти клубника?