Академия Камелии - Шелест Листьев

И получив оценку "хорошо", хотя его стихотворение понравилось не всем, Рус вернулся на место.

Подумать только, что он, что господин Ванраон получили одну и ту же оценку. И это злило господина Ванраона ещё больше. Поэтому решив отомстить, он создал листочек над рукой и поджёг его, а затем метнул прямо в Руса.

Но то ли к счастью, то ли к сожалению это успел вовремя увидеть Бажан и создав такой же огненный листочек метнул в ту же сторону, где сидел Рус.

Коснувшись друг друга, листочки взорвались, создав дым. Из-за этого все учителя во главе с господином Арегором подскочили и обернулись назад.

Лишь главный советник не стал этого делать и предпочел лишь лениво зевнуть, словно ждал, когда соревнование продолжится.

— Что только что произошло? — недовольно спросила госпожа Маргарон.

И прежде, чем Бажан успел хоть что-то ответить, господин Ванраон вскочил и указал пальцем на Бажана:

— Госпожа Маргарон, это всё он! Это всё опять этот Вирлион! Он метнул огненный листочек в Руса и если бы я не успел вовремя спохватиться, то он точно бы пострадал.

Бажан остолбенел от услышанного. А вот главный советник решил даже повернуться, услышав то имя, о котором спрашивал у главы.

Но из-за того, что Бажан стоял к нему спиной, мужчина не сумел увидеть лица этого мальчика.

Госпожа Маргарон дослушав господина Ванраона, взглянула на Бажана, подозрительно сошурив глаза:

— Господин Вирлион, это правда?

Глава же взвыл про себя. Бажан ведь сам заявил о себе и теперь главный советник от него не останет.

Но Бажан покачал головой:

— Нет, госпожа! Всё было совсем не так! Это я сбил огненный листочек господина Ванраона, а не он мой.

И тут то главного советника не просто прошиб холодный пот, но и всего его самого передёрнуло.

"Почему голос этого мальчишкам хоть и немного отличается, но всё-таки так похож на его голос…"

— Вы что же шутки шутить вздумали? Забыли, что сейчас происходит? Только посмотрите кто собрались здесь?

— Но, госпожа Маргарон, я правда хотел только помочь! Я не делал того, в чем меня обвиняют!

— Оправдывайся дальше! — усмехнулся господин Ванраон, а затем обратился к учителю. — Госпожа Маргарон, если не верите моим словам, то спросите Руса. Он свидетель и он скажет вам как всё было на самом деле.

Бажан уже было обрадовался ведь он верил в то, что Рус, действительно скажет правду и как всё было.

— Господин Чамарон, скажи же как все было. Кто первым метнул в тебя огненный листочек?

Рус взглянул на господина Ванраона, а затем на Бажана и последнему на мгновение даже показалось, что он увидел в том взгляде сожаление.

А затем последовало то, что Бажан даже и не мог представить, что услышит.

— Это был господин Вирлион, госпожа, — опустив глаза, произнес Рус. — Если бы не господин Ванраон, то я бы из-за своей невнимательности точно бы пострадал.

Бажан, как стоял на месте с открытым ртом, так и сел.

Впервые в этой жизни он испытал то, что все называют предательством. И на вкус оно было ещё более горьким, нежели земля.

"Как же ты мог? Почему? Почему ты так поступил? За что?" — все эти вопросы Бажан хотел задать Русу, но стоило ли это делать…

Госпожа Маргарон взглянула на Бажана взглядом полного разочарования и даже если бы сам глава сейчас вмешался, ничего бы не стало легче. Ведь как никак, а сама жертва сказала, кто ее обидчик. Именно слова Руса были сейчас на вес золота и поэтому все и поверили ему.

— Господин Вирлион, ступай за мной, — холодно произнесла госпожа Маргарон и уже было направилась в замок.

Но как только Бажан покинул трибуны и подошёл к главе, чтобы поклониться, то его взгляд встретился с самим главным королевским советником.

Оба они на мгновение замерли, не смея пошевелиться, словно друзья, увидевшие друг друга после долгой разлуки.

Но точно ли друзья.

— Ты… — всё, что успел произнести главный советник перед тем, как потерять сознание.

Бажана же настигла такая же участь только он не успел даже ничего сказать, как лишился чувств.

Экстра 1

Первый том подошёл к концу, но это не значит, что история закончилась. Впереди экстры.

А сейчас они как раз и начинаются.

Первая экстра.

Данная экстра происходит в момент, когда Бажан ещё был маленьким и когда волчонок жил с ним.

Прогуливаясь вдоль деревни Грёз, Бажан разговаривал с волчонком, что бежал рядом с ним и смотрел по сторонам:

— Уже пролетело два месяца, а ты уже так подрос. Наверное осталось совсем недолго и скоро мы попрощаемся, — договорив это, Бажан обречено вздохнул.

И хотя щенок волка не понимал толком ни единого сказанного Бажаном слова, всё же он уловил в словах мальчика грусть и поэтому остановился и посмотрел на него вопросительным взглядом.

Бажан прошёл ещё около пяти шагов и лишь тогда заметил, что рядом с ним никто не идёт.

Обернувшись, он увидел, что волчонок сидит на земле повесив нос и смотрит на Бажана.

К счастью или к сожалению, но Бажан сразу понял отчего его друг загрустил и поэтому поспешил к нему. Но прежде, чем он успел подойти вплотную, в Бажана полетели мелкие камешки и ветки.

Пытаясь заслонить собой волчонка, Бажан оглядывался по сторонам пытаясь разглядеть, кто же решил напасть на него и долго разглядывать не пришлось.

Из-за одного из деревьев, что стояло неподалеку от входа в лес, вышел долговязый мальчик. На внешний вид ему нельзя было дать больше тринадцати, если только не брать в расчет его слишком детский и писклявый голос, которым он как раз заговорил:

— Ну здравствуй, Вирлион, — выйдя из-за дерева, этот мальчик приказал жестом выходить и остальным и в итоге перед Бажаном оказалось целых пятеро ребят того же возраста, что и первый мальчик. — вижу ты снова гуляешь со своей псиной. Я то думал, что ты уже давно избавился от него, а нет же. Ты по-прежнему всё такой же глупый.

С каждым словом волчонок чувствовал враждебность из-за чего начинал скалиться и рычать и как бы Бажан не пытался успокоить его, толку это не принесло.

— Я не хочу разговаривать с тобой, Ака́р, — ответил Бажан и встав с земли, уже собирался было развернуться, чтобы уйти вместе с волчонком, но этому не суждено было произойти.

В спину мальчика полетел уже не просто маленький камешек, а самый, что ни на есть булыжник.

Волчонок больше не желал сдерживаться и серьезно