Безупречный враг - Оксана Демченко

Три года спустя острова лежали под солнышком летнего полудня, великолепные и спокойные. На окраинных стало больше портов, в них стояли корабли самых разных земель. Купцы азартно торговались на рынках, едва размеченных к застройке. Рыбаки оримэо поминутно со слезами восторга поминали доброту правителя, сократившего аппетит казны с четверти дохода до десятины. Северная знать Дэлькоста и Лозильо высматривала места на скалах с лучшими видами — для особняков — и обдумывала планы кровного родства с местными таорами, что было весьма перспективно с точки зрения доступа к жемчугу и портам юга. Храм богател и отстраивался, интересуясь возможностью распространения славы богини Сиирэл на побережье Дэлькоста и его соседей.

Все выглядело удивительно хорошо, особенно если скользить взглядом по поверхности событий и не углубляться в их суть.

Газур смотрел на ленивое великолепие полуденного мира с холодным бешенством. Он вымерил шагами уже весь белый пляж малого острова, прильнувшего случайной песчинкой к корням Древа. Крошечный клок суши, сорок шагов вдоль и шестьдесят три от воды до скал. Роул сидел на плоском теплом камне у воды и с любопытством наблюдал, как гневается его «брат». Ведь все правители — братья, им льстит это нелепое родство. Мол, иных равных в мире нет…

— Морская тварь понятия не имеет о времени! — в сотый раз пожаловался газур, недавно установивший на башне своего дворца часы с боем и весьма гордый таким новшеством. — Недоросль!

— Давай так ему и скажем, когда дождемся, — с надеждой предложил Роул. — Поводов и правда много.

Яоол сердито фыркнул, сел рядом с правителем Дэлькоста, коронованным всего полгода назад, и кивнул.

Поводов было очень много!

Начать следовало с любимой сестры, которая месяц назад, не сказав никому ни слова, приняла предложение, произнесла слова отречения от берега и отрастила хвост! Почему все перечисленное она сделала тайком — понятно… Да кто бы ей позволил! А теперь разрешать и запрещать поздно, уже нырнула. И в безобразной истории наверняка есть хоть малая толика участия наикапризнейшей первой хранительницы гротов — Риоми.

Не лучше обстоят дела и с обнаглевшим кракеном. Он уверовал в то, что дракон насытился, и подло ушел в глубину! Кто теперь должен расхлебывать помои столицы? Хоть бы предупредил!

А еще жемчуг. Газур застонал и стукнул кулаком по камню. Сколько раз бестолковым русалкам объясняли: нельзя каждому встречному и поперечному дарить что попросят. Жемчуг имеет цену, и немалую! Подводные наглецы усмехаются в ответ и спрашивают про дорожки во дворце газура, усыпанные как раз бесценным жемчугом… Это же оскорбление! Но ладно бы только говорили, так русалки еще и делают: две седмицы назад, ночью, тайком, они усыпали дорожки у домика несчастного Пэи ровными розовыми горошинами по двадцать золотых граонов каждая, причем это внутренняя цена самых наглых островных перекупщиков…

Роул смотрел на отчаяние газура с полным пониманием. Будто ему легче!

В одном из портов Нагрока обидели дельфина, и теперь возле берега нет ни единой рыбки. Причем на расстоянии, равном трем дням конного пути от злосчастной бухты. Посол князя сейчас в Тавре, бороду рвет и разве что на коленях не стоит: умоляет спасти побережье от голода и неубедительно угрожает войной.

Предприимчивые дураки из рода Тэль-Роз, которые успокоиться, видимо, не способны, решили поймать русалку. Зачем — не говорят, но и без того ясно: опять мечтали о короне и нуждались в деньгах. Ловили русалку на разноцветные стеклянные бусы, перепутав хвостатую женщину с дикарем. Что забавного и обидного в данном промысле нашли подданные морииля, неизвестно, но «рыбаки», прежде чем их обнаружили, пять дней остервенело гребли к берегу, расположенному в полуверсте от места «ловли», и за все время не сдвинулись с места. Смешно… только они до сих пор там, их кормят, перебрасывая еду с расстояния в три десятка локтей. Ближе подойти не удается, волна стоит на месте, ни туда не пускает, ни оттуда не выпускает.

А еще не дают спокойно жить забавы бессовестной Риоми, названой сестры, которую никто не думает воспитывать и уговаривать остепениться, стать взрослее и осознать обязанности и ответственность морской правительницы! Три седмицы назад Риоми обогнала самый быстрый корабль Дэлькоста — «Ласточку» верхом на обожаемом Нигоше. Конь был доволен, русалка тоже. А капитан до сих пор пьет вино и рычит от злости, утверждая, что в такое море он больше не пойдет. Потому что если трезвый человек видит на волнах лошадь — что-то в мире крепко неправильно. А уж когда эта самая лошадь галопом обходит его корабль при попутном ветре… Ладно если бы капитан только пил — он подал иск русалкам! С кого теперь взыскивать и каким образом?

Волны плеснули о берег звонко и весело. Король и газур резко обернулись. В общем-то они знали, что пройдет лет десять и проблемы улягутся. Девять веков разобщенности требуют времени на взаимное привыкание. Можно убедить русалок не дарить слишком много, не устраивать избыточных демонстраций своих возможностей и не наказывать всех людей за глупость одного из них. Старейшина Нолл помогает, и постепенно все получится.

Но как простить наглецу — такое? Они терпят советников, принимают послов, отдают свою жизнь во благо государств, изнывают под натиском этикета… А в это самое время кое-кто имеет равное с ними право зваться «братом» правителей и живет в свое удовольствие!

У кромки бухты поместилась только ноздря Риильшо, на берег выполз его толстый, как бамбуковый ствол, золотой ус. Морииль сбежал по этому мостику с загривка и кивнул ожидающим:

— Быстрее не получилось, мы были далеко, такой красивый шторм!

Роул усмехнулся и кивнул. За последние годы глаза Крида все больше меняются от серого к привычному для русалок густо-синему. Говорят, море слушается его, как сирина. И, можно не сомневаться, в «красивом» шторме ни один корабль не погиб, морииль приглядывает за волнами, когда рядом.