Апокалипсис для избранных - Ян Сикоревич

У них есть цель. И эта цель является тем защитным покрывалом, которое хранит от всяких посторонних дурных мыслей. Всё чаще профессор рассказывал участникам инициативной группы о том, какие возможности раскроются перед людьми, когда будут найдены сокровища и библиотека Богов. И он верил в победу. А иначе тогда, зачем было срывать людей с засиженных теплых мест. Когда на заседаниях инициативной группы Фредерик настойчиво напоминал о пылевых бурях и следующих за ними смертях. Хьяльти бросал на того недовольные взгляды и говорил: «Это к теме не относится», а потом категорически обрывал. Но однажды Фред успел договорить до момента, что люди погибали от рук индейцев. Археолог не перебил репортёра, а выслушал до конца. Тогда, Хьяльти задумался. А все вокруг незаметно покинули его, видя, что руководитель экспедиции ушел в мир раздумий и даже забыл об их присутствии. Только Свен осталась с мужем.

— Хьяльти, возможно это те индейцы, к которым мы стремимся. Очень уж они похожи по описаниям выживших свидетелей.

— Неужели Шуара как-то связаны с убийствами? — еле проговорил профессор.

Какая-то тайна повисла в его душе. Хьяльти чувствовал, что разгадает её, как только найдёт сокровища и библиотеку.

До района поисков уже было близко. Люди в поселениях говорили на хиварском языке. Они находились в районе между реками Мараньон и Пастаса, это уже были земли племен шуара. И где-то среди них прячется и то племя, которое необходимо экспедиции, значит, скоро они встретят и самих…

***

В этот момент раздался свист и откуда-то появился волчок, который постепенно замедлил свое вращение — это был двойник Скользкой Тени, находящегося сейчас в пещере библиотеки богов. Профессор сделал несколько шагов в сторону и разбудил Мелиссу.

Имайналла, Виракоча (Господин). Мне вождь приказал вести вас к сокровищам. Меня зовут Скользкая Тень. — на Хьяльти смотрели ничего не выражающие глаза индейца, от которого можно было ожидать все что угодно. Но слово вождя в этих местах ценилось гораздо выше человеческой жизни.

Он посмотрел на старого индейца таким же мутным взглядом, словно подыгрывая тому и сказал:

— Салпай (спасибо).

— Вставай, к нам пожаловал индеец Шуара, будешь мне переводить.

Люди с восторгом и восхищением смотрели на индейца в боевой раскраске. Но видение вдруг расплылось и исчезло в воздухе — это взволнованный индеец резко повернул в пещере кристалл и уничтожил своего двойника.

— Мелисса, мы уже рядом, чует мое сердце, смотри — появляются привидения — скоро тайна коснётся нас. Каким-то седьмым чувством я ощущаю, что мы с этим дикарём ещё встретимся.

Слова Хьяльти оказались пророческими. Вскоре, после того, как они спасли вождя Шуара, Мудрого Скорпиона, и побывали гостями дикого племени, прошло уже несколько недель.

Встреча с индейцем, дух которого посетил их в сельве, воплотился в реального человека. Но каким-то странным оказался новый проводник. Хьяльти знал из рассказа Мудрого Скорпиона, что Шуара знает местонахождение пещеры с сокровищами. Почему же Скользкая Тень напрямую не ведёт туда. Почему они совершают какие-то странные петли по пять раз. Что-то тут не так! Мудрый Хьяльти понял, что индеец прекрасно знает, куда их вести, но чего-то ждет. Какого-то события или команды. Оставалось замереть, ждать и быть начеку.

Хьяльти делился своими мыслями и сомнениями только с женой, самым близким человеком.

— Ну вот, опять то же обгоревшее дерево, оно уже третий раз у нас на пути — произнесла Свен, и взгляд археолога устремился наверх.

— Стойте, — закричал он — смотрите, там вход в какую-то пещеру. Нужно проверить это место.

Вскоре, Хьяльти, Мелисса и Ни-Зги, обвязанные верёвками спускались в отвесную скважину, которая оказалась входом в пещеру. Сомнений не было. Это один из входов в пещеру Тайос. Но скоро Хьяльти убедился, что там пусто. Опустившись по отвесной шахте на сто метров, он пошёл по коридору. То тут, то там вспыхивали огоньки сталактитов и сталагмитов, когда на них падал свет фонарика. И дойдя до завала группа остановилась. Ничего похожего на сокровища они не нашли. Подняв несколько маленьких камешков, Хьяльти положил образцы породы в сумку, и вернулся к отвесному входу. Вскоре им помогли подняться наверх. Вслед за этим спуском были и другие. И каждый раз Хьяльти ничего не находил. А однажды они даже чуть не заблудились. Коридор пещеры уходил вниз на многие километры, как стало понятно, поднявшись наверх. Хьяльти каждый раз с укоризной смотрел на Скользкую Тень. Но ни один мускул ни разу не дрогнул на суровом лице проводника, словно это его не касалось.

4

Скользкая Тень был старым опытным индейцем. Вождь знал, кого посылать с экспедицией. Он решил опять уйти в сельву, чтобы казалось, что он забыл, где вход в хранилище и пытается его найти. Снова на людей дохнула парилка и соскучившиеся комары радостно «приветствовали» старых знакомых радостным писком и новыми укусами. Сейчас, Скользкая Тень решил разбить лагерь в десять рук, вооружённые мачете мужчины вырубили в непроходимых джунглях площадку и расположились в середине, где вокруг тесного пяточка, на котором расположились спина к спине, разожгли четыре костра. Воздух был внутри купола леса настолько влажным, что ни о каком пожаре и думать не приходилось. Хотя, веток и сушняка хватало. Лениво разгоревшиеся костры, после того, как их окропили слегка бензином, повеселели. Сверху над кострами путники ещё соорудили навес из пальмовых листьев, благо пальм хватало вокруг. А несколько сбитых умелой рукой индейца кокосов были тут же расколоты и помогли утолить разгулявшуюся не на шутку жажду. Под крышей навеса соорудили из лиан и тех же пальмовых листьев ложе, слегка колышущеюся и пружинистую поверхность, которая была тщательно пропитана дымом, чтобы рядом с человеком не улеглись спать всякие нежелательные насекомые: термиты, муравьи, скорпионы и змеиная «молодёжь». Постель тут же опробовали с громким воплем несколько детёнышей бабуинов. Люди решили их пока не сгонять. Ведь дополнительные уши и глаза. Леопарды и пантеры «дружили» больше с одинокими путниками. Только тут до Хьяльти дошло, как они рисковали жизнью и ходили по тонкому волоску над пропастью, когда за их жизни отвечали безответственные проводники-однодневки.