Мать наследника - Алисия Эванс

- Не обманул Хабис, - наконец, цокнул Габриллион и начал обходить меня по кругу. Отчего-то я почувствовала себя добычей, попавшейся в лапы зверю. – Хороша царевна.

- Спасибо, мой царь, - решилась подать голос я. В комнате повисло тяжелое молчание.

Габриллион подошел ко мне вплотную и, поддев пальцами подбородок, заставил поднять голову и посмотреть ему в глаза. Его лицо имело весьма грубые черты и несколько мелких шрамов на щеке. Кожа рыхлая, неприятного красного оттенка, словно он часто и много пьет. Об опьянении говорил также и запах, исходящий от царя, и странный блеск в глазах.

Не отрывая взгляда от моих губ, муж, следуя традиции, снял с моей головы свадебный венок и оторвал от него один цветок. Не мешкая, он положил его себе в рот и прожевал, а венок отшвырнул в сторону. Раздался треск материи. Сильные руки легко разорвали ткань свадебного платья. Я даже не поняла, что произошло, настолько стремительно и неожиданно все случилось. Мои руки сжимали букет, но Габриллион легко расцепил их. Платье рваным облаком упало к моим ногам. Я оказалась абсолютно голой перед супругом. Постыдный румянец залил щеки, и я попыталась прикрыть тайные места руками, но Габриллион возразил.

- Не прикрывайся, - лениво бросил царь, отходя на шаг назад, чтобы насладиться зрелищем. Чувствуя себя крайне неуютно, я медленно вытянула руки по швам. Никогда и никому я не показывалась обнаженной, даже слуги купали меня в рубашке. – Очень хорошо, - довольно буркнул Габриллион, и звонкий шлепок обжег мою ягодицу. Я вздрогнула всем телом. Никогда не думала, что все произойдет вот так. Что ж, судя по тому, что мой муж улыбается, мое тело ему понравилось. Это хорошо. – Не зря твой папаша так настойчиво разглагольствовал о твоей красоте. Фигурка что надо.

Я знала, что в народе меня называли самой красивой невестой царства. Знала, что все мои сверстницы с завистью смотрят на меня на балах и прогулках, но всерьез не воспринимала эти разговоры. Мало ли красивых женщин на свете? Красота уходит, как и молодость, так что кичиться ею не нужно. Однако, слышать такие слова от мужа мне было очень приятно.

Габриллион вновь подошел ко мне. Он успел снять рубашку и теперь предстал передо мной, сверкая крепким торсом. Его крупные ладони уверенно легли на мою грудь и начали мять её, теребя соски. От этих действий мне захотелось сжаться, отстраниться - настолько они были неприятны, но я стояла смирно и терпела. Шершавые ладони неприятно царапали нежную кожу груди, но я даже не пикнула.

- Ложись на постель, - скомандовал царь и убрал руки. Ничего не видя перед собой, я сделала два шага и как можно аккуратней легла на мягкую подушку. Ноги свела вместе, руки вытянула вдоль тела. Боги, почему мне так страшно? Почему я так боюсь?

Габриллион снял с себя всю одежду, и я впервые в жизни увидела обнаженного мужчину. Его орган притягивал взгляд и заставлял меня вжиматься в постель ещё сильнее. Ствол в обрамлении густых черных волос вгонял меня в ступор, хоть я и готовила себя к этому моменту.

- Раздвинь ноги! – глухо скомандовал царь. Я послушно развела бедра, но лишь совсем немного. – Да что ты как… - раздраженно фыркнул он, взбираясь на кровать. Мощные, наполненные силой руки, подхватили мои стопы и раскинули их так широко, что у меня заныли суставы. Муж втиснулся между моих ног, а я застыла и от страха не могла вымолвить ни слова. Его мужской орган был направлен прямо на мое лоно. Один толчок, и я закричала от боли. Непроизвольно мое тело выгнулось, пытаясь отстраниться, но вдруг царь навалился на меня всем своим весом, вжимая в матрас и не позволяя сдвинуться с места. – Да не ори ты, - раздраженно бурчал он, продолжая возиться на мне.

Болезненные тычки между ног все не прекращались, и от них мне хотелось взвыть. Муж недовольно ворчал, пыхтел, давил, но я чувствовала только бесконечную давящую боль, словно мне растягивают лоно и пытаются его порвать.

- Ты не желаешь меня! – зло воскликнул Габриллион и привстал, позволяя мне вдохнуть полной грудью. Неужели все закончилось? – Не хочешь – как хочешь, - равнодушно изрек царь и зачем-то обслюнявил себе пальцы. Он смазал слюной свой орган и плотно прижал его к моему лону. – Другое дело, - себе под нос пробурчал он и с силой толкнулся вперед.

Я не выдержала и закричала, но тут же зажала себе рот рукой. Не престало царевне показывать мужу свою боль. Меня словно порвали в самом нежном месте. Наверное, так оно и было. Муж быстро и сильно входил в меня, и с каждым движением меня будто резали. Его грузное, сильное тело покрылось блестящим потом, на лбу выступила испарина. Его плоть врывалась в мое лоно неумолимо и уверенно, как вооруженный солдат врывается мирный дом на территории врага. Слезы беззвучно катили по щекам, но Габриллиону явно было хорошо. На лице царя проступило удовольствие, смешанное с похотью, я же мечтала, чтобы все поскорее закончилось. К счастью, боги услышали мои молитвы, и вскоре все и вправду прекратилось. Царь вздрогнул несколько раз, блаженно закатил глаза и наконец-то перестал терзать мое лоно. Наш брак подтвержден.

- Хороша царевна, - медленно выдохнул он, выпрямив спину. Он похвалил меня. Странно, но этот факт не вызвал в душе никакого отголоска. По сути, мне было все равно, что он почувствовал, и я благодарила Деву за то, что все закончилось.

Габриллион слез с меня и начал одеваться. Стоило ему отвернуться, как я свела ноги вместе и перевернулась на бок. Подо мной расползлось красное пятно – доказательство моей честности. Муж больше не сказал мне ни слова и даже не взглянул в мою сторону. Он оделся и вышел из спальни навстречу громкому празднику.