Академия "Пирамида". Уполномочена полюбить - Герта Крис

Второй-то раз помню! И третий тоже. А вот как меня с кровати унесли — это во тьме осталось. Но переносили аккуратно. Даже не качало, как на носилках. Словно плыла. И совсем не похоже на того придурка, который мне сразу расписал пышную свадьбу! Я даже почувствовала себя в белом платье… На мгновение. Так вот, когда он меня через лужу переносил, то на десятке шагов ухитрился и бедра ощупать, и под грудь забраться! Профессор на лекции говорил, что женская грудь всерьез только треть мужчин интересует — то ли в детстве их не докормили, то ли оторваться никак не могут. А может, этот шустрорукий и был моим мужчиной? Теперь не узнаешь… Да и не поверила я ему тогда.

И с транспортом не все понятно. Две первых перевозки — явно машины! И двигатель гудел, и трясло. Хотя и терпимо. А вот на чем сейчас везут? Ума не приложу! Движение плавное, ровное, но движение… А еще я нос почесала! Бездумно. Зачесался, я руки и подняла! Правда, чем-то связанные. Ну и на голове мешок какой-то. Хорошо упакована, в общем. В стиле «подарочек сексуальному маньяку»…

А ведь меня, граждане, сперли! В смысле, похитили… А кому и зачем я нужна? Мысль верная, значит, меня посетила — маньяк. Ну, его-то ждет некоторое удивление, а вот меня — расставание с иллюзиями и главной ценностью. Черт бы ее побрал! Нет. Этот мне сейчас не в помощь…

Но ведь всегда есть варианты? Могут и на органы пустить. И хорошо, если под наркозом! А если нет?!

Я задергалась в непонятных путах и смогла поднять голову, ноги… Повернуться на бок не вышло, да и сдвинуться от какой-то средней точки не получилось. Странно все это… Но ведь меня однажды распакуют в любом случае? Хоть для разделки, хоть для утех маньячных. Вот тут-то и надо заехать ногами по морде перевозчика! В качестве малой компенсации. Потому что, если на органы пойду, так то, что только одну почку прихватят — очень сомнительно. А если маньяк… Кто теперь свидетелей своих шалостей в живых оставляет? Как говорится: «Бритвой по горлу и в колодец!»

Я напрягла тело, расслабила. В общем-то, удобно. Теперь главное — не упустить момент и врезать как следует! А еще — ухватить бы за бороду этого Дамблдора и драть, пока вся в руках не останется! Но это если очень повезет…

Почему-то пришла уверенность, что мы остановились. Хотя не то чтобы уверенность… И до этого ехали, словно плыли по воздуху — ни толчков, ни даже легкого покачивания…

А, кстати, вот и еще вариант. Я умерла! Дамблдор отравил дымом ядовитым, гад! И теперь мою душу тащат на небеса. Или куда там еще? Но есть и нестыковочка — связывать-то зачем? Не убегу уже. Или можно?

А вот и еще инфа подоспела! Разговор чей-то. Только слышно плохо и неразборчиво как-то…

— А ты гарантируешь, что ее купят?! Сегодня на рынок только за щупальцами идут!

Голос визгливый, презрительный, если не брезгливый.

Отвечал хриплый, бубнящий… Вообще не разобрать что.

— Невыгодно… Сейчас такие не в ходу! Давай в холодильник закинем?! А на той неделе я за мороженую тушку вдвое возьму! И процент мой будет больше!

— И без того… золотой сверху получишь…

— А-а-а… Хорошо! Но в холодильник на пару часов рекомендую! Очень полезно для характера! Сгружай ее в накопитель! До торгов часа два еще…

Меня подняло, понесло куда-то, что-то заскрипело, и я шмякнулась на кучу гнилой соломы. Точно — солома! Всю спину и задницу исколола, пока устроиться пыталась! И гнилая. Потому что мерзко воняет!

Я прокашлялась и спросила:

— Где я?!

Может быть, и слишком громко — страшно же! Но позже я поняла, что этот страх… Так себе! Потому что ужас пришел.

Что-то схватило меня за голову, потащило и впечатало в холодную каменную стену.

— Тихо, дура! — прошипели прямо в ухо. — Себя не жалко, так нас пожалей!

Я бы, может, и поспорила о том, кто здесь дура, но затылок впечатан в стену, а ткань мешка так прижата к лицу, что ни вздохнуть, как говорится, ни…

Некомфортно, короче. К тому же в ухо опять прошипели:

— Дооралась…! — явно какое-то ругательство в мой адрес. — Дождалась охранника?! Умри! Если жить хочешь…

Давление на лицо пропало, и я уже собралась описать в красках, что думаю о неведомом доброжелателе, но раздался металлический скрип… Почему-то знакомый. А потом — тяжелые шаркающие шаги и голос, напрочь отбивший желание открывать рот:

— В Пустошь ваши хари! Кто хавальник раззявил?! Мясцо говорящее! Сейчас враз с душком будете, твари!

Ни звука не раздалось в ответ этому мерзкому тягучему голосу. Только трещало что-то, словно электрошокер, и сильно завоняло озоном и еще чем-то совершенно отвратительным.

— Ну?! — не унимался, похоже, помянутый охранник. — Кто здесь в холодильник захотел?!

Треск прекратился, а я вдруг поняла, что охранник остановился напротив меня. Тем более что в грудь мне уперлось что-то твердое.

— А это что еще за отрыжка Пустоши?! Воняет-то как гнусно!

«Ну и ладно! — успокоила я себя. — О вкусах, как говорится, не спорят! Сам смердишь, как выгребная яма!» А тем временем неторопливо сползла телом по стене в горизонтальное положение. Умерла как бы. А чего?! Совет-то хороший…

***

— Сдохла? — как-то растерянно и с сомнением поинтересовался охранник. — Я тебя спрашиваю!

Рядом защелкали электрические разряды, а к моей груди вновь что-то прижалось. Только мягкое. Но я признаков жизни не подала — умерла, так умерла!

— Нет, господин охранник, — тихо прошипели сбоку. — Дышит, и сердце бьется. Обморок…

— И без тебя, мясо, вижу, что обморок! — рявкнул охранник. — Это правильно

— уважает! А вы, обреченные, не синейте попусту! Сегодня спрос только на щупальца! — И гнусно захихикал: — Что останется, то заберете с собой… А вон те закрученные в панцирях целиком пойдут! И эта… Кто только эту вонючку жрать собрался?!

Охранник ткнул меня чем-то и печально вздохнул:

— Не торговля сегодня, а так… Всем молчать! Я сплю в полглаза и все слышу! В момент закрючу!

Опять электрический треск, тяжелые шаги, скрип двери…

— А ты сообразительная, — одобрительно прошипели около уха.

— Только не вижу ни черта! — буркнула я и попыталась сесть.

Что-то помогло мне в этом деле, а затем прошелестело:

— Это можно исправить…

Голову сжало со всех сторон и отпустило.

— Больше никак — заметно станет…

Я раскрыла глаза и едва не вскрикнула — ткань на лице словно растворилась частично, и сквозь нее сочился свет! И даже видно было приемлемо! И очень зря я открыла глаза…

Ну, хотя бы потому, что чужой глаз с тонким горизонтальным зрачком висел прямо напротив. На длинном толстом щупальце, украшенном огромными присосками…