Муж на сдачу - Nata Zzika

Поколебавшись, Мари всё-таки, надела праздничную юбку, которую берегла пуще глаза и лишний раз старалась не носить. Но сейчас она идёт за покупками, нельзя показывать купцам, что она перебивается с отвара на простую воду, иначе ей начнут подсовывать негодный товар.

Единый, где же ей найти дешевого работника? Столько земли зарастает сорняками…

Переодевшись, молодая женщина нарисовала охранную руну перед входом в жилище и вышла за калитку.

* * *

— Что вы предлагаете забрать на сдачу?? — Мариэте показалось, что она ослышалась.

— Раба! — затараторил торговец. — Молодой, крепкий и сильный мужчина, он вам как-нибудь пригодится!

— На что это вы намекаете? — мгновенно закипела женщина. — Если я вдова, то…

— Нет, ари, я не имел в виду ничего плохого, только то, что хороший работник всегда пригодится! Всего три монетки!

Мариэта задумалась — что-то здесь было не то.

— Рабы стоят гораздо дороже.

— В Андастане вам за крепкого и сильного раба дадут сотню монет, — не то, чтобы она собиралась приобретать раба, но стало интересно выяснить, в чем подвох, — почему вы отдаёте его всего за три медяшки?

— Да приболел он, не довезу до Андастана, — отвел глаза торговец и тут же принялся с жаром убеждать. — Смотрите, ари, за эти прекрасные ингредиенты и молодого раба я беру с вас всего медную монету! Он выздоровеет, вот увидите. Захотите — продадите его и в убытке не останетесь. Вы же зельями торгуете, я правильно понял? Вот, вам даже на целителя не надо будет тратиться, сами его на ноги поднимете.

Женщина, собиравшаяся резко отказаться от дополнения к покупкам, заколебалась:

— Заболел? Покажите, где он?

— Вот, пойдемте, ари! — засуетился торговец и крикнул помощнику. — Мухоб, присмотри за нашим товаром и корзинами уважаемой ари! Идите, вот сюда, за мной!

Раб лежал за палаткой, худой, в грязной и драной рубашке, измученный и, несомненно, больной. Похоже, он был без сознания.

— Крепкий и сильный? — хмыкнула женщина, с жалостью глядя на несчастного.

Мужчина, лет тридцати, когда-то на самом деле сильный, а сейчас изможденный и слабый. Лежит на грязной рогожке под открытым небом.

Зельеварка с возмущением посмотрела на торговца — разве можно так обращаться с человеком? Как тут не заболеть?

Присела рядом, потрогала горячий лоб, приподняла веко — лихорадка.

— Водой из болота напоили?

— Я думал, обойдется, — отвел глаза торговец.

Женщина только головой покачала — пожалел рабу покупной воды!

По пути к Адижону караваны шли три дня мимо большого болота. Единственная пригодная питьевая вода была в колодце на середине пути, за пользование которым местные жители взимали плату. Похоже, этот сэкономил.

Рабы в Тропиндаре не пользовались популярностью, аристократы охотно их покупали, а вот население не одобряло, считая, что рабы приносят несчастье. Однако, Мариэта родилась и выросла в Империи, в Тропиндар уехала вслед за мужем, и местных предубеждений не разделяла. Рабство ей претило, но просто уйти, увидев в каком состоянии находится несчастный, она уже не могла.

— Он поправится! — торговец подозревал, что раб до Андастана не дотянет и уцепился за возможность избавиться от обузы. Да, он теряет в деньгах, но если невольник умрет, то он и трех монеток не получит. Всё равно мужчина ему достался даром, хоть вернуть потраченное на его еду. — Ари, вы же маг, да ещё и зельевар, вы его вылечите! Я сейчас же велю запрячь лошадь и прикажу слуге довезти вас с покупками до дома!

— Бесплатно отвезёте?

— Да, да! — горячо закивал мужчина. — Погрузим раба, корзины и доставим в лучшем виде!

— Хорошо, — решилась Мариэта, — но по пути захватим овощей и ещё кое-чего.

Раз ей на себе не нести, надо пользоваться моментом!

Торговец скривился, но стоило женщине повести бровью, как он бросился сам запрягать лошадь, попутно объясняя, как пользоваться ошейником раба.

— Ари, вот это кольцо надеваете на палец, видите? Дома активируете его, надо капнуть каплю вашей крови вот на этот камень. И раб у вас всегда под присмотром. Здесь порог стоит сто метров, если он отойдет от вас дальше, то магия его накажет. Ошейник хороший, надежный, с ним вам ничего не угрожает. Я оформил передачу раба, вот бумага.

— Сто метров? Что же, мне его везде с собой таскать, я дома не сижу, то за травами ухожу, то к покупателям, на базар вот, — пробормотала Мариэта, прикинув количество трудностей, в которые она ввязывается. — Здесь рабов не любят, он мне всех клиентов распугает. Может быть, лучше вместо раба, я у вас на эти три монетки ещё ингредиентов возьму?

Торговец, уже облегченно вздохнувший, что избавился от обузы, перепугался и мгновенно ответил:

— Не выйдет, ари! Всё, что осталось, я везу под заказ, травы не продаются.

— Вы же только что торговали? — нахмурилась женщина.

— Это были лишние травы, и вы как раз всё скупили. Больше на продажу ничего нет! — развел руками хитрый купец.

— Разменяйте деньги у кого-нибудь, — предложила Мариэта.

— У всех только крупные. Кто же в дальнюю дорогу будет место занимать мелочью? — возразил торговец и, предваряя следующее предложение покупательницы, продолжил, — к менялам не пойду, даже не просите! Облапошат, фальшивку подсунут, ещё и обдерут на обмене. Хотите — берите вашу монету, сами её меняйте на мелкие, но учтите — цена за всё поднимется, я не уверен, что вам не подсунут фальшивку, которую мне не сможем сразу распознать!

Решив рискнуть, Мариэта забрала деньги и, в сопровождении купца, пошла к менялам. Но там её ждало новое разочарование — поменять-то были согласны, но только на обмене она теряла уже целых четыре монетки, а ещё торговец травами собирался увеличить стоимость своего товара.

Вздохнув — видимо, от неудобной «сдачи» ей не отвертеться — женщина махнула рукой — грузите!

Покупки уложили в повозку, и Мариэта велела ехать в те ряды, где торгуют тканями, потом — посудой и, наконец, запаслась некоторым количеством продуктов.

Повозка существенно нагрузилась, а вот кошелёк ари, и так не блещущий богатым содержимым, совсем опустел.

Мариэта проследила, чтобы покупки не только бережно сгрузили, но и сразу занесли в дом, разместив, где она показала. Слуга торговца, которого тот отправил с покупательницей, перечить не посмел и, безропотно выполнив всё, что приказала женщина, поспешил вернуться к хозяину.

Мариэта рассматривала масштабы бедствия: границ им было не видать.

Нет, покупки были нужные и полезные, хоть денег и жалко. Беспокойство вызывало только одно приобретение — то, которое тихо лежало на ее кровати и, кажется, собиралось оставить бренный мир.