Ученица рыцаря - Мирослава Адьяр

Он ходил из угла в угол как загнанный зверь, а мной все больше овладевал страх. Все это совсем не похоже на сон какой-нибудь! Совсем не похоже…

– Где я? – единственный вопрос, на какой хватило сил, но слова пришлось буквально выдавливать из себя. В горле скрипело и хрипело, как в плохо смазанном механизме.

Руки нестерпимо затекли – оказалось, что меня подвесили на цепях.

Голову даже не опустить – шею стразу простреливало острой болью, отчего бросало в холод и к горлу комком подкатывала истерика.

Это какая-то странная шутка?

Как так можно? Быть на кухне – и всего через минуту...

Бред какой-то!

– Кто вы такой? – голос хрупнул и просел, глаза защипало от слез.

Если это какая-то дурацкая шутка Руслана, то она совсем не смешная!

Мужчина застыл на месте, слегка повернулся и окатил меня волной такого презрения и гнева, что захотелось бежать прочь, спрятаться там, где никто бы никогда меня не нашел.

– Тебе бы лучше придумать более убедительное вранье, ведьма! – процедил он и, подавшись вперед, намотал мои волосы на кулак и дернул назад, заставляя вскрикнуть от боли и запрокинуть голову. – Я уже достаточно играл в твои игры.

– Но я не понимаю!..

Еще один рывок – и шею пронзила жгучая боль. Слезы уже невозможно было сдержать. Отчаяние, обида и гнев смешались в гремучий коктейль и выплескивались наружу сдавленными рыданиями.

– Ты посмотри, – хмыкнул мужчина. – А я-то думал, что ты никогда не плачешь.

– Отпустите! – взвыла я и попыталась вырваться, совершенно не заботясь ни о боли, ни о волосах, что должны были остаться в кулаке незнакомца. – Вы не имеете права!

– Не имею права?! – рявкнул мужчина, и следующее, что я увидела, – его раскрытую ладонь, летящую в мое лицо. Щеку обожгло огнем, голова дернулась, и я безвольно повисла на цепях, пытаясь разогнать вспыхнувшие перед глазами красные искры. – Сейчас я тебе расскажу о своих правах.

Скрипнула дверь, и я услышала шаги.

Не рискнула поднять голову, чтобы посмотреть, – боялась нового удара, вся внутренне сжималась от ужаса и медленного, неотвратимого понимания, что все происходящее – не дурной сон.

И слабо похоже на шутку или розыгрыш.

Что-то щелкнуло совсем рядом, и я вздрогнула всем телом, когда увидела, как кончик кнута вырывает из стены небольшой острый кусочек. Что бы там ни было на концах этого жуткого орудия пыток, но я не переживу и нескольких ударов!

– Остановитесь! – взвизгнула я и забилась в оковах, с отчаянной решимостью не даться просто так этим странным, чудовищным людям, готовым отхлестать женщину кнутом! – Я не понимаю! Я не та, кто вам нужен! Отпустите!

– Раз не понимаешь, то я разъясню, – оскалился незнакомец и, кивнув второму, указал головой на дверь. – Никого не пускать!

Клетка ловушки вот-вот должна была захлопнуться, а по взгляду мужчины сразу стало понятно: убьет. Не пожалеет, не будет слушать криков и мольбы. Исхлестает так, что мать родная не узнает!

– Я не та, кто вам нужен! Я вас впервые вижу!

Щелчок кнута заставил меня взвизгнуть и сжаться.

– Пожалуйста, не надо! Не надо! Не…

Зайдясь криком, я даже не сразу услышала, как снова открылась дверь. Незнакомец недовольно рыкнул:

– Я же сказал не пускать!

– Вай селах, Эктор, ты что, ослеп и оглох?!

Залетевший в камеру мужчина был таким злым, что я кожей чувствовала исходящие от него волны испепеляющего гнева. Из-за слез не могла рассмотреть его лица, но мне было плевать – кто-то отсрочил пытку, и я была благодарна хотя бы за это.

Я здесь умру…

Я не хочу умирать!

– Ты посмотри на нее, Гархово семя, ты посмотри на нее через артубират! – продолжал кричать мужчина и сунул какой-то прибор в руки моего палача.

Тот смешался, но всего на секунду, разложил механизм, превратив его в странный набор пластин, похожий на веер.

И от первого же взгляда сквозь него смертельно побледнел.

– Будь я проклят…

– И будешь! – рявкнул мой спаситель. – Если сейчас же не снимешь ее с цепей!

Что он говорил дальше – я уже не слышала.

Удушливый мрак накрыл меня и утянул в беспамятство.

Очнулась я в полной темноте и несколько секунд просто лежала, боясь пошевелиться.

Все это мне привиделось?

Вот сейчас если я протяну руку, то нащупаю ночник у кровати и все будет, как прежде. Даже уход Руслана уже не отдавался тупой болью в сердце; все отошло на задний план, померкло и растворилось в жутком взгляде моего мучителя.

Глубоко вздохнув, я пошарила ладонью там, где стояла прикроватная тумбочка.

И ухватила пустоту.

Ничего!

​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​Подскочив, я усиленно заморгала, пытаясь привыкнуть к темноте, рассмотреть, где я и что происходит.