Волки Новы - Татьяна Чащина

И тут, на счастье, появился гул машины. Сквозь лес шла грунтовая дорога, до трассы далеко — это большое везение встретить хоть кого-то. Машенька довольная выглянула из-за машины, в её сторону двигался автомобиль, большой белый фургон, за ним темным облаком клубилась пыль летней дороги. Зрение у девушки было отменным. Прежде чем проголосовать, махнуть ручкой незнакомой машине, она постаралась разглядеть водителя и пассажиров: это были три мужика. Маша резко спряталась обратно за открытую крышку капота.

Ком в горле встал. Тут ни живой души. Девушки точно знают, где можно выпендриваться и улыбаться, а где лучше затихориться и постараться смыться. Под ложечкой заскулило, дурное предчувствие с самого утра её преследовало — как только она покинула дом бабушки и отправилась обратно в город.

И теперь она принимала срочное решение: сбежать в своих босоножках на каблуках в лес от пассажиров машины, которая однозначно остановится, или попытаться договориться с тремя мужиками, стоя беззащитной в лесу.

Фургон пролетел мимо. Взвизгнули тормоза за спиной Маши, и девушке стало не по себе, совсем страшно и даже холодно. Из фургона никто не вышел, они что-то решали.

Тишина. Поднялся легкий ветерок, зашевелил кроны высоких лиственных деревьев, окруживших дорогу. В напряженной пустоте неожиданно застрекотала сорока, и девушка вздрогнула. Птица метнулась вверх из того места, где шевелились кусты, в глубоком овраге перед дорогой. Среди стволов берез мелькнула фигура молодого человека, и Мария, не понимая почему, облегченно вздохнула.

Ну, это не три мужика кавказской национальности, вполне обычный парень, оставалось только догадываться, откуда он взялся в глухом лесу за десятки километров от населенных пунктов. Он лихо взобрался по склону оврага, выскочив на дорогу, словно спортсмен, преодолевающий препятствие, подпрыгнул от избытка сил и, улыбаясь, громко спросил у девушки:

— Помощь нужна?

— Да, помогите, — она посмотрела украдкой на белый фургон. Машина еще немного постояла, но когда парень приблизился к девушке, стартанула с места, уносясь вперед. Еще немного, и опасность миновала, исчезнув за поворотом.

Парень наклонился к машине, все время закидывая свои волосы, которые были слишком короткими, чтобы заложить за уши, но  достаточно длинными, чтобы падать на глаза. Маша торопливо пошарила в кармане платья, извлекла на свет желтую резинку для волос. Необычайные глаза удивленно уставились на неё, и девушка даже опешила от такой зелени в его взгляде.

— Волосы можно убрать, — помогла она сообразить замершему парню, который не принимал подарок. — А цвет не важен.

— Спасибо, — чуть слышно проронил он. Не ожидал заботы и внимания, совсем растерялся. Он поглядывал на девушку, потом уводил взгляд. Его странное поведение Машу напугало. И тот, словно почувствовав это, тут же взял резинку, собрал волосы у лица в хвостик, пару раз замотал и оставил в пучке. Приподняв бровь, залез осматривать машину.

— Бензин есть? — спросил он.

— Да, конечно.

— Попробуй заведи.

Девушка побежала исполнять приказ знающего механика. Пару раз дернула ключом. У неё зазвонил телефон.

— Ключи в багажнике? — спросил парень, не желая отвлекать её от разговора.

Девушка ответила на звонок и поспешила обеспечить незнакомца инструментом. Она отошла в сторону от машины. Рассматривала то свои запылившиеся пальчики на ногах с нежно-сиреневым педикюром, то широкоплечую фигуру из леса вышедшего парня.

— Маша, ты где? — строго спрашивала мама.

— Я застряла на лесной дороге, — рычала девушка в ответ. — Ты меня каждые выходные посылаешь к черту на кулички из города! Машина рухнет скоро.

— Хватит бабку чертом называть, — рассмеялась мать в трубку. — Делом хоть занята, а то по ночным клубам скакать начнешь.

— Мне уже восемнадцать, мама, — недовольно отвечала девушка. — Ты меня все равно дома не удержишь. Я уже работу нашла и комнату сниму. Всё, ухожу.

— Так когда  уйдёшь-то? — видимо, мама привыкла к постоянным угрозам дочери и сильно не расстроилась.

— Я так и не поняла, что за тема у мамаш — посылать девочек к бабушкам через лес?! У меня машина в лесу встала, меня волк утащит… — Маша обернулась, потому что парень, чинивший машину, засмеялся. Он, улыбаясь, сел за руль, завел машину и пошел опускать капот. — Пока, мам.

Машина работала, приводя девушку в неописуемый восторг. Она смотрела на механика, и ей казалось, что она его знает с детства.

— Маг! Виртуоз! — восхищенно закричала Маша, забирая у парня свои инструменты.

— Подвезешь? — скромно спросил он, поглядывая на девушку с надеждой.

— Садись! — как подарок с барского плеча, кинула Маша, улыбнулсь и пригласила попутчика к себе в машину.

***

Она просто сияла от радости. Волосы, словно легкое облако, ароматные и мягкие. Глазки небольшие, но такие добрые, что любой, глядя в них, сражен будет умилением. Личико круглое и губки бантиком. Игрушечка, а не девчонка. А ножки длинные, обутые в нежные витые босоножки, и юбка платья коротенькая. Грудки под тонкой тканью торчком, смотреть запрещается — сразу хочется помять. Запах её тела — дурман. Чистый, не засорённый другими запахами. Её целовала недавно старая женщина, по ней ползали маленькие дети, возможно, братья и сёстры. И никаких мужиков. У неё не было мужчины. Она чиста и прекрасна настолько, что парень отвел взгляд — начал задыхаться.

— Можно окно открыть? — спросил он, обсасывая водительницу взглядом.

— Конечно, — она улыбнулась неподражаемо дивно. — Кондиционер вообще не тянет. Я Маша.

— Леша, — он открыл окно и взахлеб стал упиваться потоком ветра.

Он думал только об одном: что безудержно рад, что она оказалась именно такой. И в ней нет недостатков, она для него идеальна. Сейчас был самый подходящий момент, чтобы выкрасть её. Никаких свидетелей, машина под боком. Но возвращаться домой нельзя, у него очень важное дело, надо спешить. Он заберёт её с собой на обратном пути, как решил еще у озера.

— Куда едешь, Леша? — она была довольной, от чего разрумянилась и стала еще более привлекательной.

— На работу устраиваться в южную часть области. Хочу семью туда перевезти.

— Ты женат? — она не разочаровалась, скорее, удивилась.

— Нет, родственников, — он подумал, что не будет на неё смотреть и дышать её ароматом, пока не успокоится и не возьмет себя в руки, ведь зверь внутри него уже предложил, как вариант, изнасиловать девчонку и пометить немедленно.

— А кем работаешь?

— Охранником.

— Похоже, — присвистнула жизнерадостная девушка, рассматривая нового знакомого. — Видно, что тренированный.

Её взгляд привлекли дырявые кроссовки, замечательные столетние штаны с заплатами, грязные, с возрастом приобретающие защитный пятнистый окрас. Футболка — супер, в наследство от младшей сестры досталась, и смайлик на ней ржал до слез над таким нарядом и чумовой прической с желтой детской резинкой. А между мозговзрывательным нарядом и отпадным облезлым пучком волос замерло гордое лицо римских патриций. И профиль римский с горбинкой, Маша никогда его не путала с греческим, как некоторые невежды. Брови широкие с яркими изломами, надёжные помощники в выражении эмоций. Лоб высокий, как у мыслителя. Рот такой, что пол-лица девушки поместится, если целовать полезет. Улетный тип, Маша рассмеялась.