Последняя фреска - Ярослав Кудлач

– Нет, нельзя, – скрестил охранник руки на груди.

– Поймите, – наседал коренастый, – нам нужно поговорить с Магдаленой Ланц! Она мобильник выключила, невозможно дозвониться!

– Ни-ни! – пошевелил усами страж. – Если хотите, я её позову, вот и поговорите.

– Да знаю я Магду, – вздохнул парень в куртке и почесал подбородок. – Зарылась в архивах, теперь до вечера не вылезет. Трудоголичка!

– Ладно тебе, Лука! – отозвался пижон в пальто. – Имей терпение. Подождём, посидим в зале. Никуда она не денется.

– А письмо? – вскинулся коренастый. – Надо же передать!

– Так я могу передать, – вмешался охранник. – В чём проблема-то?

Оба посетителя уставились на него, словно увидели впервые.

– Эм-м-м… – протянул долговязый. – Вообще-то, она просила лично…

Пожилой здоровяк оскорбился.

– Не доверяете? – запыхтел он, краснея от обиды. – Я двадцать семь лет честно здесь служу! Меня все знают! Я…

– Ну хорошо, хорошо! – пижон вытащил измятый конверт. – Вот. А мы всё-таки подождём.

– Это пожалуйста, это сколько угодно, – сменил охранник гнев на милость.

Он взял письмо, запер за собой дверь и двинулся в глубь хранилища, насмешливо ворча про себя:

– Сидите хоть до утра, голубчики. Из хранилища можно и служебным выходом уйти, хе-хе…

Когда хранитель манускриптов удалился, визитёры переглянулись.

– Ну что, Йонас? – спросил тот, кого пижонистый спутник назвал Лукой. – Подождём здесь или у служебного выхода?

– Давай я здесь, а ты там, – предложил Йонас, поигрывая тросточкой, как Чарли Чаплин.

Лука рассмеялся и уставился Йонасу в переносицу:

– Ты будешь книжечки листать, а я в кустах топтаться? Дудки! Бросим жребий.

– Монетку?

– Идёт. На, вот один евро.

– Убери это к чертям. Что, наших денег нет?

– Есть пять франков.

– О’кей, бросай. Орёл – я остаюсь, решка – ты.

– Годится. Оп!

Монета взлетела под потолок. Длинный Йонас поймал её и хлопнул ладонью о тыльную сторону кисти. Лука вытянул шею.

– Ты сжульничал! – вскричал он, увидев орла. – Я бросал, мне и ловить!

Йонас ядовито улыбнулся:

– Проигрывать надо с достоинством. Мы не уговаривались, кто будет ловить. Ступай к служебному выходу и смотри не засни там.

– Трюкач! – буркнул Лука и вперевалочку направился к двери.

Но на полпути обернулся:

– Пять франков верни, ворюга!

– Жмот!

Пятифранковая монета полетела Луке в лицо. Крепыш еле успел её схватить. Затем, подражая Йонасу, хлопнул ладонью о тыльную сторону кисти.

– Тьфу, зараза! – каркнул он разочарованно. – Всё равно орёл!

Махнул рукой и вышел.

* * *

– Фрау Ланц!

Девушка оторвалась от лежащего перед ней пергамента и уставилась на охранника. Мысленно она ещё находилась в позднем Средневековье.

– Вам просили передать, – добавил сторож, подавая письмо.

Девушка окончательно пришла в себя.

– Кто? – поинтересовалась она и несколько раз крепко зажмурилась, чтобы стряхнуть наведённое манускриптом наваждение.

– Те самые, – подмигнул охранник. – Точь-в-точь как вы описывали.

Магдалена потянулась, выпятив грудь, отчего честный вахтёр смущённо прокашлялся и пригладил усы.

– Вы их турнули, надеюсь, – рассеянно спросила она, вскрывая конверт.

Здоровяк вздохнул:

– Турнёшь их, как же. Будут ждать в холле.

– А меня через служебный выход не выпустят?

Охранник снова вздохнул:

– Съезжать вам надо из общежития, фрау Ланц, – произнёс он сочувственно. – Эти двое совсем обнаглели. Впору заявлять в полицию.

Магда с горящими глазами поглощала содержимое письма:

– Леон, милый! Знаете, что это такое?

– Нет, – толстяк с интересом придвинулся.

– Ответ из архива Брюгге! Насчёт письма Конрада Витца Яну ван Эйку! Представляете, они даже прислали снимок оригинала и расшифрованный текст!

Охранник присвистнул:

– Неужели вы правы, фрау Ланц? – спросил он с уважением.

– А вот сейчас узнаем, – ответила Магдалена и углубилась в чтение.

Впоследствии, глядя на фотографии Магдалены Ланц, комиссар полиции Штефан Райнерт пытался убедить себя, что приложил все усилия и ни в чём не виноват. Но дело о василиске так и осталось занозой, намертво засевшей в глубине души…

Среднего роста блондинка с прямыми волосами до лопаток. Возраст – двадцать три года. Лоб высокий, глаза голубые с прозеленью. Судя по носу картошкой, молодая особа явно не благородных кровей. Небольшой белый шрам, вздёрнувший верхнюю губу, нисколько не портит милую улыбку. И фигура у фрау Ланц выше всяких похвал – крепкая, спортивная, с высокой грудью и широкими бёдрами. Одета барышня просто: светло-синие джинсы и нарочито небрежно застёгнутая блуза. Видно, что она знает себе цену и не стоит ухажёрам переходить известные границы. Тогда украшенная шрамом губа презрительно приподнимается, ясный взор темнеет и очаровательная мадемуазель превращается в разъярённую кошку. Походка Магдалены решительная, целеустремлённая, движения плавные, женственные.

– Ну, что там? – сгорал от любопытства охранник Леон.

– Судите сами.

Магда склонилась над письмом: