(не) девственница для дракона - Мария Люта

От принятого решения меня сначала бросило в холод, потом в жар. Ладошки мигом вспотели и к щекам прилила кровь. Стало душно.

Я выбежала на свежий воздух и прислонилась спиной к дереву, ища дополнительной опоры.

В Арате к целомудренности девушек относились очень строго. Нет, на дыбу уже, слава Всевидящему, не сажали и на костре не сжигали. Но о выгодной женитьбе и нормальной семье можно забыть. Да и о карьере тоже. Я стану посмешищем, изгоем. Меня будут называть потаскухой и не пустят ни в один уважаемый дом, не пригласят ни на один званый ужин…

Но все же это лучше, чем попасть в лапы дракона!

Только, Всевидящий, как все это провернуть!? И с кем? На ночь мы, как всегда, остановимся в трактире "Корова для королевы", так, может с кем-то из его служащих? Жак? Или Пит? Нет-нет-нет! Мне учиться еще пять лет, а это значит, что каждый раз уезжая или возвращаясь из каникул я буду их видеть. Уж лучше какой-то незнакомец…

Попутчик! Джентельмен, путешествующий инкогнито. Он наверняка сойдет в Рице и мы больше никогда не увидимся… Это ведь идеальный кандидат!

Я так погрузилась в собственные мысли, что далеко не сразу услышала возницу, который, поминая Урха, активно жестикулировал и звал меня вернуться.

Не разбирая дороги, с трудом переставляя ватные ноги, я добрела да кареты и уселась на свое место. Только сейчас я заметила, что искусала нижнюю губу почти до крови. Проклятый Урх, нужно взять себя в руки!

До станицы Глубокой я доехала в полутрансе. С временем творилась какая-то ахинея: каждая минута казалась мне вечностью, но, вместе с тем, два часа пути пронеслись, как одно мгновенье.

Наконец дилижанс издал протяжный стон и мы остановились возле обветшалой будки каретной остановки.

Дверь кареты резко отворилась и в нее вошел мужчина. Я смотрела на его массивные кожаные ботинки с железной окантовкой, не в силах поднять глаз выше. Меня снова бросило в жар. Мне казалось, что как только незнакомец увидит мое лицо, он тут же все поймет.

— Анна? — глубокий, густой голос.

Я встрепенулась и подняла взор.

Красивый. Опасный. Его глаза в полумраке кареты казались самой тьмой. Резкие скулы. Волосы черные. Легкая небритость ему даже шла. Одежда дорогая, изысканная, хоть и покрыта дорожной пылью. Статный. Сильный, но не неуклижий. Движения плавные, уверенные, какие бывают в профессиональных фехтовальщиков — с мечом, что висел в ножнах на поясе, явно умеет обращаться. От него веяло силой и властью.

Я сглотнула и постаралась унять волнение. Все Анна, дороги назад нет. Решение принято.

— Откуда вы знаете мое имя? — поинтересовалась я и тут же мысленно отругала себя за несообразительность. — Посмотрели свиток возницы?

Незнакомец кивнул, уголки его губ слегка дрогнули в улыбке.

— Анна, вы можете называть меня Габриэль.

Не знаю, что насторожило меня: формулировка или интонация, с которой представился мужчина, но у меня возникло чувство, что он соврал.

— Это не ваше имя, — произнесла я, с удивлением слушая свой голос. Вообще-то я планировала промолчать.

— В каком смысле? — мужчина изогнул бровь. — Вы думаете, я солгал?

Я растерялась и смутилась:

— Просто оно вам не подходит.

— И что же вы хотите мне предложить? — глаза мужчины откровенно смеялись, но выглядел он действительно заинтересованным.

У меня же в голове крутилась одна лишь мысль: как склонить мужчину к ночи любви. Флиртовать? Я не умею. В Арате благородных девиц держат в ежовых рукавицах. Я-то и слово "флирт" узнала лишь в Академии. Лучше сказать все прямо.

— Я хочу предложить вам переспать со мной. Имя ваше меня на самом деле мало интересует. Хотя вот… — я пристально, не таясь, взглянула на собеседника, всматриваясь в его черты лица, в осанку, стараясь уловить "ауру", то первое ощущение, что он на меня произвел. На мое же заявление переспать он внешне никак не отреагировал. Проклятый Урх, может, я как-то непонятно выразилась? — Арденс. Пожалуй, да, Арденс вам лучше подходит. Но Габриэль тоже звучит красиво.

Мужчина молчал. Только когда я произнесла "Арденс", в его глазах промелькнула тень изумления, однако эмоция была настолько мимолетной, что мне могло показаться.

Я же места себе не находила от стыда. Мои щеки горели, сердце пыталось выскочить из грудной клетки.

Наконец мужчина произнес:

— Вам нужны деньги?

— Что? Деньги? С чего вы взяли? — мне снова сделалось неловко: неужели моя нищета так заметна?

— Вы ведь предложили мне себя. За деньги?

Вот тут мне и вправду захотелось провалиться сквозь землю. Такого стыда я не испытывала еще никогда в жизни.

— Нет! Я не потаскуха!

— Но вас будут так называть. Вы девственница?

Всевидящий, можно я исщезну? Взорвусь на атомы и испарюсь? Лучше я бы не возвращалась в Академию и прожила всю жизнь в бегах.

— Смотрите на меня, Анна!

Я робко подняла взор. Мужчина теперь словно нависал надо мной, хотя клянусь, он не сдвинулся с места.

— Да, — ответила хрипло.

— Тогда, полагаю, все дело в Отборе. Не так ли?

— Да.

— А вам не кажется, что цена слишком высока? Вы вряд ли сможете завести семью, вас будут сторониться. Вы опозорите имя своего рода. Любой мужчина сможет претендовать на ваше тело для забавы и вы не сможете взывать к его чести или своей репутации. Содержанка — вот ваше самое хорошее будующее, или же вас ожидает путь путаны. У вас есть парень, Анна?

Проклятый Урх, а о Риче я даже не подумала. Мы с ним дальше поцелуев, конечно, не заходили, хотя он уже делал мне предложение о женитьбе. Но, я уверенна, он все поймет.