Смерть придумали люди - Светлана Середа

- Да вы что, господин кхаш-ти, - староста испуганно всплеснул руками. - Откуда ж у нас такие деньжищи! Если со всей деревни собирать - едва-едва на дорогу хватит, а вы говорите - "учиться"!

"Всего- то шестьсот километров от столицы -и как будто в средние века попал, - мрачно подумал Женька. - Натуральная экономика, полное отсутствие медицинского обслуживания и никакого представления о том, что делается в стране."

- Для вас, господин Пров, это не будет стоить ни медяшки, - терпеливо пояснил он. - Если ваша девочка не завалит вступительный экзамен, ее обучение будет оплачиваться из государственной казны. А уж на дорогу, сами сказали, как-нибудь наскребете.

Староста ничего не ответил, но по округлившимся глазам было видно: не верит ни единому слову. Думает, заезжий господин шутки шутит.

- Я не собираюсь вас убеждать, - Женька пожал плечами, но после некоторого раздумья все-таки вытащил из кармана лист бумаги, ручку-самописку и набросал несколько строк торопливым размашистым почерком. - Я вам оставляю два адреса. Первый - адрес Вельмарской Медицинской Академии, там в приемной комиссии расскажут все гораздо подробнее, чем я. Второй - адрес доктора Литовцева. Когда я задерживаюсь в столице больше чем на сутки, то останавливаюсь, как правило, у него. В общем, если понадобится помощь - обращайтесь.

- Благодарю, господин, - в этом вежливом бормотании не прозвучало и половины той искренности, с которой Пров благодарил Женьку за спасение сына. Но бумажку староста все-таки спрятал за пазуху - и то хлеб. Вроде мужик башковитый, может, на досуге поразмыслит и придет к правильным выводам.

Жена Прова вошла в горницу, застенчиво поздоровалась и принялась сноровисто накрывать на стол. Разговор сам собой прервался. Как говорится, война войной, благотворительность благотворительностью, а обед по расписанию. И виртуальное тело, как ни прискорбно, тоже приходится регулярно кормить. Впрочем, на этот конкретный обед жаловаться было грех: для дорогого гостя расстарались на славу.

Староста, сославшись на неотложные дела, убежал, оставив "господина кхаш-ти" трапезничать в одиночестве, что, впрочем, Женьку не сильно расстроило. Мысли потекли по накатанной колее.

"Я псих, - почти весело думал Женька, со вкусом уминая жаркое из утки. - Ненормальный. На полном серьезе досадую, что из-за старостиного недоверия деревня останется без врача. А ведь если задуматься, вся эта деревня, включая и старосту, и его сына, лишь набор качественно прорисованных персонажей. И за свою благотворительность я не получу ни экспы, ни морали, как это было бы в обычной RPGшке. Чистый отыгрыш…"

За несколько лет Женька привык разделять жизнь на две части: здесь, в виртуальности, и там - в реальном мире. Эти две жизни шли параллельными потоками и никак не мешали друг другу - по крайней мере, с тех пор, как он научился грамотно распределять время между ними. В первый год у него случались перекосы в сторону виртуальности, но когда эйфория неофита схлынула, оказалось, что в реальной жизни его держит слишком многое, чтобы вот так запросто от всего отказываться: и Василиса (которая хоть и хулиганка, но все равно обожаемая сестренка, куда же от нее, паршивки, денешься), и закадычный приятель Клайд (который так и не подсел на виртуальность - остался верен старому доброму Интернету), и любимая работа (которая хоть и перестала быть главным источником заработка, но по-прежнему увлекает и заставляет расти)… Да много всего.

Единственное, что Женьку иногда смущало - это то, что он относился к виртуальному миру и населяющим его персонажам слишком эмоционально. Как к живым. Достаточно сказать, что один из его лучших друзей полуэльф - и готов диагноз.

Громко хлопнула дверь в сенях. В горницу ворвалась девчонка лет двенадцати - миниатюрная копия Прова, такая же белобрысая и коренастая. Глаза у нее были круглые-круглые, не то от удивления, не то от испуга.

- Там какой-то господин вас спрашивает!

- Откуда ты знаешь, что меня? Он по имени назвал?

- Нет, описал. И он с таким же камнем на лбу, как у вас.

Тоже Игрок, значит. Любопытно. Видать, сильно ему Женька понадобился, раз не поленился в такую глушь забраться.

- Скажи ему, что пока я не поем - никуда не выйду.

- Я так и сказала, господин. Он спрашивает, можно ли ему к вам присоединиться или подождать снаружи.

В первое мгновение у Женьки возникло искушение помариновать неизвестного на улице - в конце концов, может он в кои-то веки спокойно поесть? Но обед все равно уже был безнадежно испорчен: тревога пополам с любопытством - не лучшая приправа к еде.

- Зови.

Едва девчонка выскочила за порог, Женька достал из-за голенища нож и положил его на колени. У наемного убийцы - даже если он уже почти пять месяцев как бросил это занятие - всегда найдутся причины опасаться за свою жизнь. Правда, персональных, кровно заработанных врагов, у Женьки было на удивление мало - по крайней мере, для человека, промышлявшего таким презренным ремеслом. Но оставались еще государственные спецслужбы, не в меру предусмотрительные заказчики, да просто недобросовестные конкуренты, в конце концов. Если поразмыслить логически, нет никакого смысла совершать покушение прямо здесь, при скоплении свидетелей, когда можно подождать пару часов и подкараулить жертву на пустынной лесной дороге. Но подстраховаться не помешает.

- Женевьер белль Канто?

Женька бесцеремонно окинул взглядом нежданного гостя. Внешность у того была самая заурядная: невыразительное лицо с тусклыми серыми глазами, черный камзол, выдающий в своем владельце горожанина среднего достатка, возраст - от тридцати до сорока, точнее не определить. Что и говорить, подходящая внешность для агента спецслужб. Правда, овальный голубой камень, расположенный прямо посередине лба, выдавал в нем Игрока, но с некоторых пор королевская Канцелярия тайного сыска не гнушается услугами кхаш-ти.

- Вы - Женевьер белль Канто? - еще раз уточнил "агент".

Вопрос был задан явно из вежливости, и Женька не поддержал игру.

- Я путешествую инкогнито. Как вы меня нашли?

- Вы - известная личность, господин белль Канто, - "человек в штатском" позволил себе улыбнуться уголками губ.

- Польщен. И что вам от меня надо? Автограф?

Собеседник хладнокровно проглотил Женькину издевку, словно просить автографы у наемных убийц было для него обычным делом.

- Мы предлагаем вам работу.

- Если вы так хорошо осведомлены о моей личности, - не удержался от шпильки Женя, - то вам наверняка известно, что я отошел от дел. Надоело, знаете ли, быть убийцей. Собираюсь провести остаток жизни в покаянных молитвах и умервщлении плоти.

- Я заметил, - согласился гость, покосившись на остатки обильного обеда и наполовину опорожненный кувшин вина. - Не возражаете, если я присяду?

Женя небрежно махнул рукой в сторону свободной скамьи, но вина не предложил. Пусть сначала изложит суть дела.