Ржевский 8 - Семён Афанасьев

Потомок одиозного кавалериста проигнорировал задумчивую бурю мыслей, посетившую его жён синхронно в момент его неожиданных инженерно-политических просветлений.

Справедливости ради, сами бизнес-идеи приходили в голову Дмитрия непредсказуемо и рандомно, в том числе — в результате весьма деликатных, к-хм, ну пусть будет физических упражнений.

Хотя тогда скорее физиологических, поправила сама себя Наджиб мысленно.

— Чего⁈ — подняла Мадина бровь в ответ на пронзительный взгляд в исполнении Норимацу.

Японка не сводила глаз с менталистки вот уж секунды две как.

— У него мыслительные процессы парадоксальным образом манифестируются одновременно с физиологическими, — Норимацу перешла на нихонго. — Я поначалу тоже удивлялась, потом поняла: очень высокий уровень автономии между разными участками мозга. Занятно, правда? Он одновременно и в делах, и в сиськах, не знаю, как сформулировать.

— Херасе, — не сдержалась Мадина. — Становится страшно. Когда и ты с твоим отмороженным видом чужие мысли до третьего слоя читать начинаешь, мои в частности.

— Я тебя люблю, — равнодушно отмахнулась японка, переходя на русский. — Опять же, дзен — поэтому и чувствую тебя хорошо, почти как твоя коллега, особенно на короткой дистанции. Тебе нечего бояться среди своих.

Наджиб-младшая изрядно впечатлилась переходом собеседницы от «подлой и опасной змеи-менталистки» несколько дней назад до нынешнего статуса, однако комментировать не стала.

Барсуковы тоже ничего не сказали, лишь задумчиво посмотрели на азиатку и Мадину по очереди.

Аль-Футаим промолчала потому, что иронично наблюдала за пятернёй Ржевского, поступательно сжимающей её собственный зад на автомате, словно они кое-чего не успели за соседней дверью.

— Семейная идиллия, — подытожила Мадина вслух. — Осталось только Асато натянуть, она одна еще невые…

— Тс-с-с! — Далия накрыла рот близнеца ладонью. — Не матом! Ха-ха, а по содержанию согласна. В точку.

В следующую секунду Наджиб-младшая напряглась:

— Дима, у нас гости.

— Не понял? — супруг нехотя оторвался от жопы аль-Футаим. — Какие гости? Кто такие? Где?

— Перед входом в имение. Через защиту запрошено разрешение на проход от Анастасии Вяземской и ещё одной персоны. В качестве аргумента — твой личный оттиск браслетом.

— Вяземские? — Барсуковы задумчиво переглянулись. — А им что здесь надо?

— У Димы с той Анастасией был роман, — даже и не подумала что-то утаивать откровенная японка. — Секс с ней в палатке ему настолько понравился, что он запомнил все детали происшествия, позабыв её внешность. Когда встретился после расставания, он отлично помнил её попу, но не узнал в лицо.

— Всё не так было! — заорал кое-кто, перебивая азиатку и багровея от нахлынувших резко эмоций.

— Я ж ваше общение в полицейском участке своими глазами видела, — спокойно возразила Норимацу, пощёлкав ногтем по браслету Изначальной.

— Это не то, что ты подумала!

— Как скажешь. — Шу покладисто отбила средний японский поклон из положения сидя, демонстрируя национальную женскую покорность в отношениях с супругом. — Возможно, я ошиблась.

— Пускать или нет? — вежливо спросила Наджиб у единственного мужчины в большой семье.

— А что за персона с Вяземской? — вяло поинтересовался Ржевский, возвращая пятерню к заду принцессы.

— Какая-то Елена. Говорят, сейчас тебя вызовет.

В следующую секунду с лёгкой подачи японки, браслет которой был завязан с амулетом Ржевского, в воздухе повисла магограма интерфейса блондина:

Входящий вызов от: Лена, сиськи.

Принять / отклонить?

Потомок гусара шумно икнул и воровато стрельнул глазами влево-вправо:

— Хоть убейте, не помню! — на первый взгляд достаточно искренне и без пауз выдал он.

Реакции окружающих его жён он на всякий случай опасался.

— А можешь показать лицо этой Елены⁈ — сёстры Барсуковы, переглянувшись между собой, словно что-то поняли или предположили. Они требовательно посмотрели на менталистку. — Эмиратовская защита позволяет⁈

Мадина на рефлексе скользнула в мысли кузин, впечатлилась, затем пригрузилась:

— Момент. — Её пальцы послушно забегали по маго-грамме. — Если попотеть, то на один раз… вот.

Теоретические допущения соотечественниц супруга были столь же невероятны, сколь и ошеломительны.

Через мгновение между двумя диванами повисло изображение двух фемин, стоявших перед входом. Одна из них была в полицейской форме эксперта-артефактора, а вот вторая…

— Ты не говорил, что родственников правящей династии, восходящих, правда, к чужому престолу, тоже ******, — ровно произнесла Виктория Барсукова, обращаясь к Ржевскому.

— А кто вторая? — загорелась любопытством аль-Футаим.

О сотруднице полиции, понятное дело, она уже была в курсе.

— Дим, не хочешь сказать царственной жене, кто эта вторая рядом с твоей Вяземской? — обманчиво спокойным тоном предложила Наталья.

— Впервые вижу, — на удивление искренне (потому что задумчиво и серьёзно) ответил супруг.

Через мгновение, правда, поправился:

— Ну или не впервые, но хоть убей, не помню лица! Честное слово.

Повисло неловкое молчание.

— Если б на этом месте сидел не Ржевский, честному слову я бы не поверила, — задумчиво констатировала блондинка Виктория.

— Я не вру, — категорично покачал головой потомок гусара.

— Да верю! Но…

— Это дочь брата нашего Августейшего, — пришла на помощь сестре Наталья. — Достаточно скандальная особа, сразу по многим пунктам.

— Что за загадка с чужим престолом? — поинтересовалась Норимацу. — И попутно, если она дочь брата вашего царя, она тоже в списке наследников?

— Дело в том, что она внебрачная дочь брата нашего царя, — кивнула водница. — В данном контексте интереснее, кто её мать.

— Кто?

— Дочь короля Соединённого Королевства. У них был роман, брат нашего не смог жениться — вопросы веры не согласовали; но ребёнка той принцессе заделал. ********цать лет назад.

— И этот ребёнок сейчас стоит перед дверями усадьбы Ржевского? — педантично уточнила невозмутимая японка, предсказуемо не знающая раскладов европейских дворов.

— Ага, вон, Лена-сиськи, — всё с тем же обманчивым спокойствием Барсукова-блондинка указала взглядом на интерфейс мужа. — Теперь уже даже мне интересно: Дим, а когда ты её-то успел…?!! И где⁈ Что она к тебе в имение пешком притопала?

— Да хрен его знает. — Ржевский стремительно и честно впал в прострацию. — Быть, конечно, может всякое… — он зачем-то извлёк блокнотик с карандашом из нагрудного кармана и принялся что-то стремительно строчить непонятными символами. — Но тогда получается… Не помню! — Он поднял полные недоумения глаза на жён. — Браслет мой, — он хлопнул себя по запястью. — В список контактов другие её внести не могли. Стилистика записи, будем откровенны, с высокой степенью вероятности тоже моя: Лена, сиськи… Но!..

— А-ха-ха-ха-ха, муж наш, такой польщённой я себя ещё никогда не чувствовала, — никогда и ничем не заморачивающаяся аль-Футаим откинулась на диванные подушки и поджала ноги под себя.

— Меня в этих «сиськах» смущает только одна деталь, — мрачно заметила Наталья, темпераментом и откровенностью принцессе уступавшая мало. — Ходят слухи, что эта Елена — сама менталистка не из последних.

— А что рядом с ней делает Анастасия Вяземская? — поинтересовался Ржевский.