Неизведанная пустошь - Павел Чагин

посреди бескрайнего воздушного океана… Как романтично. Ее признание, муки совести… Я, в принципе, не держал зла на Венге, но сейчас стало совсем легко на душе. Значит, ничто человеческое ей не чуждо. Чувство вины в том числе. Придаст ли она снова? Наверное, придаст, натура такая. Но я все же решил быть с ней по мягче.

— Ну хватит… — улыбнулась Венге. — Можешь уже отпустить.

Растянув удовольствие, я плавно покинул ее влажные альковы и поставил на ноги. Младая демоница похорошела. Глазки заблестели, кожа вновь приобрела насыщенный красноватый оттенок. Похоже семя, как и кровь, оказывало на нее благотворное воздействие.

— Я посплю еще пару часов, если ты не против… — обронила она уходя.

— Спи, спешить пока некуда.

Отпустив ее руку, я закутался в халат и облокотился на поручень, с мыслью о том, каким должно быть доброе утро. В животе заурчало. Надо бы разбудить Натали, да еще совсем рано. Придется потерпеть. Хотя, стоп! Зачем терпеть если в трюме битком припасов?

Затянув пояс потуже, я, цокая изогнутыми коготками по холодным доскам, спустился в рубку. Пожав руку капитану, миновал узкую лестницу и пробрался в корму корабля. Доктор Дюваль, в один голос с Аленкой насели на меня перед отплытием. Пришлось пойти навстречу и взять с собой двоих добровольцев из госпиталя. Места на борту корабля было немного, а потому разместить парней решили в трюме. И у них были сухие армейские пайки, я знал точно.

Несмотря на ранний час, лейтенанты Егоров и Синица уже встали и разложили на большом ящике завтрак. Завидев меня, оба встали.

— Господа офицеры! — я широко улыбнулся, ненароком оскалив зубы. — Пайка лишнего не найдется?

Синица откинулся назад и достал из мешка еще одну упаковку.

— Не спится?

— Еще не привыкли на новом месте, командир. Такое чувство что в брюхе сидим, — он указал пальцем на потолок, где в стальном кожухе протянулся массивный позвоночник и мышцы эфирной акулы.

— По сути, так оно и есть. Но имеем то, что имеем. Скоро проснется Натали, приготовит что-нибудь стоящее. Сильно не наедайтесь.

— А вы?

— Все никак не привыкну. Этому телу нужно больше еды, — посетовал я.

— Командир… скажите, умирать страшно? Говорят, вы уже дважды на том свете побывали.

— Трижды, если быть точным, — поправил я. — Хорошего мало, что тут скажешь.

— Расскажите, а? — попросил Егоров.

— Нечего особо рассказывать, — я пожал плечами. — Первый раз вообще ничего не понял. Хреново было, спать хотелось. Уснул там, проснулся здесь. Второй раз было чертовски обидно… осадок отвратительный остался. Ну а в третий, там на крыше госпиталя, я скорее испытал облегчение. Жаль только, что Ольге Сергеевне пришлось это испытать. Нас взрывом от ракеты накрыло. Яркая вспышка, боль, и тишина… Никаких ангелочков с крыльями, никакого света в конце тоннеля. Только тьма. От госпиталя, должно быть, теперь только руины остались.

— Хорошего и правда мало, — выдохнул Синица. — Одна разруха…

— Не все так плохо. В это мире смерть только начало. Хотя, скорее всего, и в нашем души просто так не исчезают. Вы лучше скажите, как случилось, что два военврача стали снайпером и пулеметчиком?

— Приказ командования. Проходили обучение в полевых условиях. Последняя война уж совсем жесткой была. Никаких правил и запретов. У нас каждый имеет одну, а то и две военных специальности.

— Дюваль тоже?

— Она оператор дрона и отличный тактик. Знает, где враг даст слабину. Мы до сих пор живы только благодаря ей. Предыдущий главврач после первого же боя поставил ее вместо себя. Сам теперь складом заведует.

— Чтобы кого-то спасти нужно сначала выжить?

— Так точно! — в один голос ответили бойцы.

— Вы хоть на палубу выходите. Задохнетесь здесь…

— Мы это… в трюме лучше посидим, — отвел глаза Синица.

— Чего так? — удивился я. — Вас что-то смущает?

— Не то, что бы мы боялись. Но те две бабищи с рогами внушают кое какие опасения.

— Ну да, — призадумался я. — Девственности они вас, конечно, лишить могут, особенно подшофе. Но не более. Эва с Иолой просто так никого не обижают. Если подумать, то они и сюда прийти могут легко. Местечко то укромное. На вашем месте я бы наоборот познакомился поближе. Нужно привыкать к новым реалиям.

— Вы серьезно сейчас? Я про девственность? — осторожно переспросил Егоров.

— У них тут все проще гораздо. Долгих прелюдий не требуется. Но и надеяться на привязанность или нежные чувства тоже не стоит. Это редкость. У Эвы есть Иола, у Иолы есть Эва. Доверять кому-то еще они смысла не видят. А так девки веселые, хоть и грубоватые.

— Так они постоянно под градусом! А если ночью придут?

— Могут, — кивнул я. — Но обратной дороги нет, господа добровольцы. Придется уживаться.

— Черт… — Синица вздохнул удрученно.

— Вам бы парни расслабиться чуток. Вы ведь больше не в армии. Да, бдительность терять не стоит, но можно и лишнего немного позволить. Вина выпейте, что ли?

— А можно?

— Ну конечно! В пределах разумного все можно. Завтрак в девять, так что не стесняйтесь. Все мы в одной тарелке.

— Дюваль запретила, — доложил Егоров.

— А мы ей не скажем, — оскалился я. — Должны же у добровольцев быть поблажки?!

Парни заулыбались. Похоже, милая Ольга держала их в ежовых рукавицах. Про девственность это я жути нагнал, не смог удержаться. Чтобы не расслаблялись. Не то, чтобы был строгий запрет на сношения с людьми, но вкрадчивую воспитательную беседу с озорными подругами я провел еще на пристани.

Трапезничали теперь все вместе. Парни по первости смущались, но за общим столом и разговор лучше ладился. Капитан Алекс толком не знал, как вести себя в большой компании, а потому в присутствии двух новичков чувствовал себя увереннее. Вино было отличным, еда превосходной. Что еще нужно для хорошего настроения?

Мало по малу парни вживались в роль матросов. С капитаном у них завязалось некое взаимопонимание. Сидеть весь день в трюме или бродить по палубе было скучно, а на корабле всегда есть чем заняться. Казалось бы, мелочи, не в тягость. Тут помыть, там чего-то подремонтировать… а время шло и результат был виден! Однако, подружкам офицеры медслужбы без надобности старались на глаза не показываться.

Глава 2. Белеет парус одинокий

Компания — это, конечно хорошо. Но белая точка по правому борту стала настоящим бельмом в глазу. Смысл искать тайное убежище, если о нем изначально будет кто-то знать? Оптика у бинокля была, конечно, мощная, но подробностей на такой дистанции было не разглядеть. По крайней мере судно не имело тяжелого вооружения и казалось гражданским. На палубе особой активности тоже не