Нулевой маг. Тень рода - Райст Лин

— Это она позвала меня? — с надеждой спросил я — и если так то что она хочет от меня?

Видимо эта Ежелика имеет огромную власть раз даже давно умершие могут с ней поддерживать связь.

— Она хочет чтобы ты отправился в мир который очень похож на тот который ты хотел создать когда то для людей в своëм мире — улыбнувшись сказала она — хочет чтобы ты его защитил и заодно исправил ошибку которую совершил когда то.

— В другой мир!? — удивился я — и как спасения другого мира может повлиять на исправления ошибок прошлого?

Ежелика посмотрела на меня с выдержкой и пониманием. Её голос прозвучал мягко, но уверенно:

— Каждая ошибка учит нас чему-то новому, — объяснила она. — Даже если он только отдаленно похож на наш, он способен раскрыть в тебе что-то, что ты до сих пор отрицал или игнорировал. Это путешествие станет не просто испытанием твоих способностей, но и проверкой твоей решимости и человечности которую ты давно отбросил от себя чтобы было легче идти по такому тяжëлому пути который ты выбрал. Мир, в который она тебя зовëт, он прекрасен, но сейчас ему грозит большое бедствие которое в конечном результате принесëт ему гибель. Барьер который присутствует в каждом мире не был возведён и создания Маранира начали вторгаться в него. Обитатели защищаются как могут, но с каждым разом враг всё сильнее.

Я размышлял над словами Ежелики, и мне казалось, что мир вокруг меня сжимается до одной-единственной цели. В другом мире, в другой реальности, возможно, у меня есть возможность не только найти цель в жизни, но и успокоение после совершëнных ошибок.

— Я согласен — в моём мире мне всё равно делать нечего — как мне туда отправиться?

Она поднялась с кресла и шагнула в середину помещения. В её ладони возникла коса, чьё лезвие излучало ослепительный блеск, и резким, точным взмахом она рассекла пространство, открыв разрыв. Я ощутил, как энергетические потоки закрутились вихрями, окутывая комнату, наполняя её ощущением чего-то незнакомого и таинственного.

В разломе возник лес, погружённый в прохладную полутьму. Сквозь кроны деревьев таинственно пробивались лунные лучи, создавая причудливую игру теней на земле. В центре этой картины, прислонившись спиной к шершавому стволу дерева, сидел молодой человек. Его дыхание было прерывистым, а лицо, бледное, как лунный свет, ясно свидетельствовало о тяжести его ранений. Вокруг него стояли около шести вооружённых людей.

— Поскольку переместить твою душу или тело в другой мир невозможно, я могу предложить тебе тело местного жителя и перенести туда твоё сознание, — произнесла она. — Это означает, что ты не сможешь пользоваться своими способностями, как раньше, и тебе придётся начинать всё с нуля.

— Звучит многообещающе, — я саркастично усмехнулся. — Мне нужно спасти мир, но у меня нет для этого сил.

— Учись, тренируйся, открывай для себя новое, обретай новые силы и находи верных друзей, которые заслужат твоё доверие. Стань тем, кем был когда-то, но на этот раз не позволяй себя обмануть и не сдавайся. Тебя ждёт множество испытаний, но я верю, что ты сможешь их преодолеть.

Ежелика приблизилась ко мне, легонько положила ладонь на мое плечо и, с нежной улыбкой, полной уверенности и надежды, заглянула мне в глаза.

— Прощай, — тихо произнесла она. — Не забывай, ты не один в этом пути и никогда не будешь.

Я сделал шаг вперёд, и воздух вокруг меня как будто закружился в танце. Неприметная комната, в которой мы были, исчезла, и я почувствовал, как меня захватывает и переворачивает вихрь энергии.

Я ощутил, как моё сознание трансформируется и сливается с телом молодого человека. Меня захлестнула волна ощущений: острая боль от ран, холод ночи, дыхание, прерывистое и тяжёлое.

Боль постепенно утихала, и я осознал, что тот, кто должен был умереть, исчез, а я занял его место и вдохнул жизнь в это тело.

Я открыл глаза и встретился с чужими, но решительными взглядами тех, кто окружал меня, их лица выражали смесь удивления и напряжения. Часть меня всё ещё сопротивлялась этому новому существованию, но то, что я был здесь, было неоспоримым фактом. Я попытался приподняться, чувствуя, как слои воспоминаний прежнего владельца начинают проникать в сознание.

Парень принадлежал к древнему, но уже довольно ослабевшему роду и люди что окружают его это убийцы нанятые его устранить. Какая то интрига где нашему пареньку выделили роль жертвы.

Рана, расположенная под сердцем, перестала ныть, и я почувствовал резкое облегчение. Подняв подол рваной рубашки, я увидел, как на моих глазах рана затягивается, от чего я и рядом находящиеся наёмники малость охренели.

Их лица выражали недоверие и замешательство, словно они пытались осознать, что перед их глазами происходило нечто неподвластное законам природы. Один из них, держа меч наготове, сделал шаг вперёд, но остановился, колеблясь. Я чувствовал их страх и получал от этого наслаждение.

Напряжение в воздухе нарастало, словно готово было взорваться искрами. Всё внутри меня подсказывало, что первым действием, каким бы оно ни было, я определю дальнейший ход событий.

Я сделал осторожный шаг вперёд, ощущая, как холодные листья под ногами хрустят в тишине. Взгляды наёмников были прикованы ко мне, их мускулы напряглись, как струны, готовые в любой момент ударить.

В этом теле я не ощутил ни малейшей силы, ни капли магии — лишь грубый мешок из плоти и костей. Как же, не обладая магией, я смогу защитить мир? Да и как в таком состоянии уберечь самого себя?

Я закрыл глаза и сосредоточился, пытаясь уцепиться за воспоминания которые возможно приоткроет мне завесу тайны над его способностями, но ничего кроме осознания что этот парень родился в мире магии без крупицы магии.

— ЕЖЕЛИКА!!! Твою мать — я был в ярости, просто не мог поверить, как можно было так проколоться с выбором тела. Я выкрикнул это громко, и все наёмники уставились на меня, будто я сошёл с ума. "Похоже, крыша поехала," — донеслось из толпы.

Конечно, я могу справиться с ними без магии, чисто физически, так как парень достаточно хорошо сложен я уверен что он компенсировал отсутствие магии физическими упражнениями и владению мечом.

Встав в боевую стойку я посмотрел прямо в глаза противнику который в свою очередь едва сдерживал смех.

— И что