Прикосновение тьмы - Скотт Вестерфельд

Джонатан протянул руку, Джессика взяла ее и снова оторваласьот земли.

Полеты с Джонатаном стали для Джессики такими же привычными,как дыхание. Ребята почти не разговаривали, а маршрут обсуждали с помощьюжестов. Перед каждым прыжком Джесс крепче хваталась за локоть друга. Ейнравилось видеть мир, каким его видел Джонатан: с вершин дуг, из которыхсостоял их путь, она смотрела на сеточку пыльных дорог Биксби и оскудевшие сосенью лужайки, на замершие машины и темные дома…

Сегодня они отправились не в центр. Джесс потащила Джонатанакружным путем вокруг окраин Биксби. Она не сказала об этом, но на самом делехотела проверить, как близко ей удастся подобраться к бедлендам, не привлекаявнимания. С тех пор как девочка обнаружила собственный дар (может, и не такойчудесный, как у Джонатана, зато гораздо более опасный), никто из обитателейчаса синевы не смел бросить ей вызов.

Оттуда, где пролетали ребята теперь, уже можно былоразглядеть бедленды, темным синяком расплывшиеся по синему горизонту, но, кромеДжессики с Джонатаном, в небе никого не наблюдалось, за исключением одинокойнеподвижной совы с застывшими на взмахе крыльями.

Темняки и все их сородичи до сих пор шарахались от Джессики.

— Передохнем? — спросил Джонатан.

— Да, неплохо бы.

Летать — это тебе не в потолок плевать. Надо подпрыгиватьизо всех сил снова и снова, а если еще пытаться понять законы полночнойгравитации, действующие вокруг Джонатана, вообще мозги сломаешь. В школе оникак раз прошли по физике три закона движения Исаака Ньютона. Ну а Джессикавывела четыре своих.

Закон первый: прыгать одновременно с Джонатаном. Иначезавертитесь волчком.

Закон второй: отталкиваться вперед, а не вверх, если хочешькуда-то попасть, а не повиснуть в воздухе.

Закон третий: приземляться лучше на плоские крыши,автомобильные стоянки и дороги. Колючих кустов на лужайках желательно избегать.

Закон четвертый: ни в коем случае не отпускать рукуДжонатана. (Она уже получила хороший урок. Даже теперь, две недели спустя,синяки и ссадины на коленях и локтях не зажили до конца.)

— Может, вон там? — Джонатан ткнул пальцем всторону вывески автозаправки, которая виднелась на границе штата. — Оттудавсе видно во все стороны, незаметно не подкрадешься.

— То, что надо.

Они приземлились на крышу автозаправки, потом оттолкнулисьпочти вертикально вверх и поплыли к погасшей вывеске. Ноги мягко опустились наржавый металл. Здесь Джонатан отпустил руку Джессики, и ее придавил реальныйвес. Девочка сглотнула и еле удержалась на ногах. Вместе с силой тяжести к нейвернулась боязнь высоты.

И тут Джессика краем глаза уловила нечто странное. Едвавидимый на открытом поле за автозаправкой, из низкой травы рос какой-тонепонятный столб.

— Эй, а это еще что такое?

Джонатан усмехнулся.

— Это настоящий оклахомский пыльный дьявол.

Джессика вгляделась во мрак. Вокруг кривой расплывчатойсиней башни неподвижно висели мерцающие осколки.

— Очень похоже на призрак торнадо.

— Пыльные дьяволы и есть как бы торнадо. Хоть ислабенькие. Когда я только сюда переехал, даже выходил в пустыню и стоял прямов них.

— М-м. — Джессика заметила в вихре бумажныестаканчики и газетную страницу. — Я бы сказала, что это мусорный дьявол.

— Ближе к городу — да. Но в пустыне — одна оклахомскаяпыль.

— Звучит довольно… сухо.

Джессика бросила взгляд вверх. Из-за облачных лоскутков едвапоказалась луна. Девочка вздохнула: от тайного часа осталась всего половина.

Они присели на край вывески, рискованно свесив ноги надпропастью. Стоило Джессике взять Джонатана под руку, как ее снова наполнилалегкость, а расстояние до земли перестало казаться таким уж страшным.

«Еще один чудный вид», — подумала она.

Впереди тянулось шоссе на Талс с пунктиром извосемнадцатиколесных фур, в которых разъезжают те, кому ночью не спится. Высоконад головой девочка увидела еще одну сову: та балансировала в воздушныхпотоках, питавших и пыльного дьявола.

Джессика прижалась плечом к Джонатану, вспомнив, что онисегодня всего разок поцеловались — когда он приземлился возле ее дома.

— Может, обсудим контрольную по физике? —предложил он.

— Ну да, конечно. — Она посмотрела на него иприщурилась. — Ты ведь любишь физику, да?

— Как же ее не любить?

Он выудил из кармана конфету и принялся ее уплетать. Отполетов Джонатану всегда до жути хотелось есть. Впрочем, у него даже дыхание ито вызывало зверский аппетит. Джессика вздохнула.

— Запомни кучу формул, реши столько же задачек…

— Зато физика отвечает на все главные вопросы.

— Это какие же?

— Например, что будет, если вести машину со скоростьюсвета и включить фары.

Джессика покачала головой.

— Как же я раньше-то жила, не зная этого… — Онанахмурилась. — А через три месяца уже на права сдавать. Что, экзаменписьменный будет?

Джонатан рассмеялся.

— Ты знаешь, что я имею в виду. В физике полно всякойбредовой чепухи, но она хотя бы настоящая, ее ощутить можно, понимаешь?

— С тобой — точно. — Джессика поднесла его руку кгубам. — Здесь и в полночь.

Она вспомнила о монетке, которая осталась висеть в воздухенад кроватью, и улыбнулась.

— Ладно, Джонатан, вот тебе вопрос на засыпку. Еслиподбросить монетку в воздух, она останавливается на самом верху или нет?

— Естественно, нет, — с полной уверенностьюответил он, даже немного обиженно.

— И почему?

— Потому что мы находимся на Земле, а Земля вращаетсявокруг своей оси и вокруг Солнца, а Солнце движется в космосе со скоростью тристакилометров в…

— Секундочку, — вздохнула Джесс. — Допустим,Земля не вращается и не движется и Солнце тоже. Тогда монета остановитсянаверху или нет?

— Не-а, — не задумываясь, ответил Джонатан,вглядываясь в застывший пыльный вихрь, точно видел там ответ. — Монетабудет вращаться вокруг своей оси и, возможно, двигаться по дуге.

— Только не эта монета, — твердо возразилаДжессика. — Моя-то летит прямо вверх, а потом прямо вниз — и не вращается.А прямо наверху на какой-то миг она остановится, верно?

— Никак нет.

— Черт возьми, да почему же нет?

Он чуть не взбесил ее своей уверенностью.

— Да, наверху действительно есть точка, в которойвектор скорости монеты равен нулю. Там сила притяжения останавливает движениевверх.