Эвермор. Время истины - Сара Холланд

Как только дворец скрывается из виду и мы оказываемся в тихих водах – настолько спокойных, что Элиас боится заплывать очень далеко: вдруг его парусная лодка застрянет из-за нехватки ветра, – мы прощаемся с ним и Данной. Я переоделась в серое длинное платье Данны, намного удобнее и лучше украденного, хотя оно мне великовато. Данна направится дальше на север с целью получить деньги и продукты у союзников из семьи Элиаса, как я поняла из обрывков услышанных разговоров. Элиас же вернется в Береговую Гавань, чтобы показать свое лицо и собрать новости. Но мои глаза все время слипаются, когда я не стараюсь держать их открытыми.

Мы с Лиамом садимся в маленькую лодку, и он гребет к берегу. Мои колени прижаты к его спине, а мою спину царапает борт лодки. Сейчас, кажется, мы всего в минутах от того, чтобы перевернуться, если поднимется ветерок и ударит по нам не под тем углом. Его руки двигаются с четкой решимостью стрелок часов, а лопатки ритмично касаются моих колен.

Вскоре движение меня убаюкивает, а изнеможение быстро берет верх надо мной. Единственное освещение – остатки умирающего лунного света, превращающего профиль Лиама в белую, как кость, и черную, как чернила, скульптуру. Мне хочется к нему прикоснуться, почувствовать его тепло и напомнить себе, что он – не статуя, а живой, полный жара и энергии человек. Но ничего такого я не делаю.

Вместо этого начинаю дремать. В последних обрывках сознания надеюсь и боюсь, что встречу здесь, в темноте сна, Каро. Но в основном мне снится Амма, очень живая, как мы с ней сбегаем в лес и становимся на колени у ручейка, играем с бумажными корабликами, сложенными из пергамента, который я стащила из папиных запасов, фантазируя о будущем дне, когда наконец сможем посетить берег моря.

Мы касаемся земли с тихим стуком, и мои глаза с трудом открываются. После гребли всю ночь напролет темнота неба начинает уступать место рассвету, и меня пронзает боль, когда думаю об Амме. Наша дружба была рефреном «когда-нибудь»: когда-нибудь отправимся к морю, когда-нибудь покинем Крофтон.

«Когда-нибудь» Аммы были у нее украдены.

Мы выбираемся – мои ноги подгибаются на мягком мшистом берегу – и потом сильным толчком отправляем нашу лодку в море, поворачиваясь спиной к волнам, пока на светлеющем горизонте судно не становится все меньше и меньше.

Пока идем по местности, где покрытые солью валуны уступают место каменистым равнинам, усеянным приморскими городками, я пытаюсь сосредоточиться на задании перед нами: уничтожить Каро, живую, дышащую Колдунью из легенды, веками бродившую по Семпере, накапливавшую знания и силы, которые я потеряла. Я вздрагиваю, снова вспоминая, как вонзила клинок в ее тело, мягкий шепот металла, проткнувшего плоть. Ощущения вспыхивают в моей голове снова и снова, пока мы идем, и внезапно эмоции переполняют меня. Спотыкаясь, подхожу к берегу ручья, бегущего вдоль нашей тропинки. Опустившись на колени, набираю воду в ладони и поливаю разгоряченное лицо.

Замечаю свое отражение на поверхности воды – и едва узнаю лицо, моргающее, глядящее на меня. Мои щеки кажутся острее, как два клинка, блестящих в отраженном свете ручья. Отражение шевелится в медленно текущей воде, оно словно двигается и заново формируется с каждой проходящей секундой. Воображаемый шепот поднимается из леса: убийца, ведьма…