Театральная сказка - Игорь Малышев

Ветка произнесла реплику Бенволио и, смешавшись, замерла.

Любительница скандинавской ходьбы подошла к ним и остановилась, глядя на Мыша и опираясь всем весом на две новенькие палки, совсем не вязавшиеся с её истасканным видом.

Мыш оглядел голые предплечья с обвисшей старческой кожей, майку с выцветшей, еле читаемой надписью «No future».

Старуха смотрела на мальчика бледно-карими глазами с опавшими веками.

– Подайте, прекрасный юноша, – протянула она к нему руку.

Мыш неподвижно молчал.

– Подайте, – протянула она ближе ладонь.

Мыш смотрел на оставленную старухой, но оставшуюся стоять вертикально палку.

– Подайте, – нищенка протянула ладонь к самому его лицу.

Мальчик не отвечал, сидя с прямой, как струна, спиной. Молчала и Ветка. Глаза её в панике перебегали от старухиной палки к Мышу и обратно.

– Ну, нет так нет, – не стала возражать бабка и взяла руку Мыша.

Погладила её, словно котёнка, который нравится, но которого в то же время не жалко и утопить, если будет докучать.

– Какой ты молодой, хороший.

Из глаз нищенки прямо-таки сочилась нежность, словно это она хотела дать Мышу подаяния.

– Руки… Ах, нежные какие… Как сметана… – прошептала она и, оставив вторую палку, обняла ладонь Мыша обеими руками.

Вторая палка, так же как и первая, осталась стоять вертикально, будто вбитый в дубовую доску гвоздь.

– Молодой, нежный, – постояла старуха, с вожделением обтирая, словно облизывая, ладонь Мыша.

– У нас ничего нет для вас! – твёрдо сказал Мыш, вырывая руку. – Уходите!

– Совсем ничего? – делано скисла старуха, и лицо её притворно опало складками.

– Девушка, шли бы вы отсюда. Сказано же, нет ничего! – повысила голос Ветка, и по неуверенному тону было заметно, насколько ей не по себе.

Попрошайка, совершенно не расстроившись, взялась за палки и пошла вдоль берега, чётко, будто метроном, отстукивая железками по камню.

Следуя за ней, на воду пруда с тихим треском ложились похожие на стрелки огромных часов иглы льда.

Дети провожали её глазами, пока она не исчезла за поворотом.

– Что там дальше? – произнёс, словно в забытьи, Мыш.