Год Анагон - Марта Еронакова

– Да, приму, – громко ответила девушка, и голос ее звучал ясно и четко, отражаясь от голых стен зала, с которых сняли полотна с гербом Мортенов. – Я – Правительница этого города, значит, я отвечаю за всех и каждого. Любой человек может прийти ко мне за поддержкой и помощью. И каждый их здесь найдет. Дворец не должен быть землей обетованной и далекой, он должен быть домом для ланданцев. Поймите это, Торрем.

Воин покорно кивнул и хотел пригласить следующего просителя, но тут в зал, напугав людей и заставив их разбежаться по углам зала, въехал всадник. По цвету лошади – темно-гнедому – и одеянию, Карисси узнала воина Братства Рака.

– Вахзар! – кошка успела выучить имена почти всех воинов Братств и лишь иногда путала девушек Братства Девы. – В чем дело?

Воин спешился и, подбежав к трону, упал на одно колено. Поднявшись по знаку Правительницы, он отрывисто ответил, поджав губы:

– Правитель Тьяго объявил нам войну.

Карисси ахнула, и тоже повторила половина собравшихся в зале. Другая половина испуганно схватилась за сердце, голову или рядом стоящего.

Правительница знала от Торрема, что Тьяго и Ландан давно находились в состоянии холодной войны, которая не превращалась в вооруженное противостояние только из-за страха обеих сторон перед умом и хитростью друг друга. «А теперь они решили, что Ландан слаб, потому что слаба его Правительница».

– Долго же они собирались, – пробормотала кошка.

– Приглядывались к Вам, – заметил Вирал, стоявший все это время чуть поодаль, около толпы, и поднявшийся к трону при появлении Вахзара.

Просители тем временем зашептались и начали уходить, встревоженно обсуждая невольно услышанное. Карисси вскочила с трона и замахала руками.

– Куда же вы? Стойте!

– У Вас сейчас дела поважнее, чем наши проблемы, Правительница, – ответил какой-то старик, почесывая лысеющий затылок.

– У меня нет ничего важнее вас, – улыбнулась Карисси дрожащими губами, надеясь, что это неконтролируемое проявление слабости заметит лишь стоящий рядом Вирал. – Поймите это.

Виралу же Правительница приказала созвать ночное собрание.

***

В половину второго ночи Карисси вошла в Зал Советов.

Это было небольшое помещение, почти полностью занятое овальным столом и приставленными к нему стульями. В углах стояли манекены, облаченные в какие-то доисторические доспехи. Кошка невольно покосилась на свое льняное платье, которое больше напоминало картофельный мешок, но зато было чрезвычайно удобным и свободным, а большего девушке, просидевшей почти одиннадцать часов в корсете на неудобном кресле, и не нужно было.

Тринадцать советников – тринадцать лэров Братств встали при появлении Правительницы, приветствуя её. Вирал вошел следом за девушкой и закрыл дверь.

– Садитесь, – девушка прошла к трону и скривилась – он был таким же огромным, как в главном зале. – Торрем! – воин тут же заглянул в зал. – Прикажи переделать трон. Сделайте его в два раза меньше. И я не хочу, чтобы здесь был орел. Лучше сделайте кошку. И про лапы не забудь, – тут взгляд девушки упал на занавески. Раньше на их желто-зеленом полотне красовался герб дома Мортен – орел с зажатыми в лапах мышами. Гербы сняли, а занавески остались. – И смените шторы. Цвета дома Эрмегард – красный и огненно-рыжий.

Торрем молча поклонился и вновь закрыл дверь.

– Огонь Севера, – улыбнулся Вирал, когда девушка села.

– Точно, – усмехнулась кошка. – Надо запомнить.

Вирал хотел что-то еще сказать, но Карисси начала Совет.

– Для начала расскажите мне о Тьяго и его дерзком Правителе.

– Тьяго, или Восточная Столица, один из четырех крупнейших городов современности, – Вирал расстелил перед кошкой карту. – Основан 453 года назад. Сейчас там правит седьмой Правитель – Даоран Кавут, по прозвищу Безжалостный. Недавно он сжег три деревни на границе с Джаримесом. Дотла. И запад никак не ответил. Эта страна все больше сдает свои позиции. Всем кажется, что скоро в Западную Столицу въедет Даоран.

– Хм… – Карисси начала нервно кусать губы, но тут же одернула сама себя. – Как он передал объявление войны?

– Вы позволите? – Вирал , так и не присевший с начала собрания, подошел к дверям и подозвал Вахзара, воина Близнецов. – Он расскажет.

Красивый высокий блондин, какие бывают только от брака арии и человека, подошел к трону и встал на одно колено. Ещё неделю назад Карисси от этого жеста привскакивала и просила встать. Теперь же она благосклонно кивнула, что позволило Вахзару встать.

– Насколько я помню, Вахзар, я позволила тебе съездить домой, в Камышовую Тишь, что на границе с Восточными Землями.

– Да, так и есть, Правительница. Я приехал туда, и все было спокойно, – развел руками воин. – Как и полагается в нашей Тиши. Но на следующий день я с … моей знакомой отправился в наш лес. Там я их и встретил.

– Как это произошло? – прищурилась Карисси.

– Нейлин… это моя знакомая… – опять запнулся Вахзар.

– Девушка, – подсказала Правительница.

Парень покраснел и замялся.

– Невеста

Карисси присвистнула. За дверью крякнул вовсе не подслушивающий их Торрем. Правительница закатила глаза.

– Не обращай на меня внимания. Продолжай рассказывать про твой поход в лес.

– Да, точно. Так вот, Нейлин забежала вперед, и я потерял её из виду. Я искал её, но вдруг дорогу мне перегородили всадники. Их было трое, по крайней мере тех, что разговаривали со мной. Один вручил мне этот свиток и сказал, что я отнес его этой Вашей… – парень испуганно прикусил язык.

Лицо Карисси потемнело и от былой дурашливости в ней не осталось и следа.

– Продолжай. Это же не ты сказал.

– Он сказал, чтобы я отнес это «Вашей темненькой, симпатичной, возомнившей себя Правительницей», – скороговоркой пробормотал воин. – Затем они развернулись и ускакали прочь.

– Нейлин ты рассказал что-нибудь об этом? – выступил вперед Вирал.

– Нет. Я подумал, что будет неправильно, если простая девушка узнает такую новость прежде Правительницы.

– Ты правильно подумал. Если тебе больше нечего сообщить, можешь быть свободен, – когда двери захлопнулись за спиной воина, спрятав заодно напряженное лицо Торрема, девушка вздохнула. – Хорошего-то мало. Получается, они ждали его в том лесу, знали, что он будет там и что он – мой приближенный. Значит ли это, что среди нас есть предатель?

Лэры, как один отвели глаза. В каждом братстве нашелся несогласный с новыми порядками. Кто-то просто ушел и стал пытаться работать в одиночку. Кто-то успел перед этим облить грязью и выскочку-Правительницу и бесхребетного лэра, который «готов прогибаться под любого, кто заполучил чуть больше власти, чем старший коровник». Так сделала Фурия, которая пришла на второй день правления Карисси к ней на прием и швырнула кошке в лицо ее вещи, оставленные в убежище. Торрем вывел девушку, Вирал долго извинялся за поведение бывшей соратницы, а Карисси еще долго убеждала себя, что совсем не расстроилась из-за этого эпизода, и что она в любом случае осталась в выигрыше.