Дарующая крылья - Лёка Лактысева

Обеденный зал, в котором, само собой, не только обедали, но и завтракали, и ужинали, оказался огромным. Столы на четверых были расставлены вдоль стен и в два ряда по центру зала. Приблизительно подсчитав их количество, я пришла к выводу, что одновременно здесь может уместиться около двух сотен человек – как раз два полных курса. 

Раздаточных стоек видно не было, окошек в стенах – тоже. Зато на столиках лежали стопками кожаные папки с тиснением в виде королевского герба, представляющего собой звезду о десяти лучах – по количеству лендлордств, вошедших в состав империи Труонард. Над звездой красовался открытый глаз – символ магического Дара, под звездой два перекрещенных меча показывали готовность империи как к миру, так и к войне.

Бен подошел к ближайшему столику, взял в руки верхнюю папку, легонечко провел чуть дрогнувшими пальцами по золотому тиснению, прерывисто вздохнул.

– Ты чего? – не поняла я.

– Не могу равнодушно смотреть на герб, – напарник как-то неопределенно повел плечами. – Он – символ той ответственности, которая однажды ляжет на мои плечи. Я… должен быть очень сильным, чтобы однажды заслужить уважение своего отца и занять его место…

– Ты уже очень сильный, Беньямин! И станешь еще сильнее, когда закончишь академию! Мне почему-то кажется, что втайне твой отец уже гордится тобой, даже если не говорит об этом прямо.

– Думаешь? – Бен повеселел. – Жаль, что никто не додумался раньше сказать мне такие слова, Нель.

– Я буду говорить их тебе так часто, что однажды ты и сам поверишь в них! – то ли пообещала, то ли пригрозила я, и мы оба негромко рассмеялись.

Мы уселись лицом друг к другу, открыли папки, в которых оказалось меню на пяти зачарованных листах. Первый лист – завтрак, второй – обед, третий – ужин. Четвертый и пятый листы были отведены под десерты и напитки. Заказ, как выяснилось, делался просто: достаточно было приложить подушечку пальца к картинке с изображением выбранного блюда и сказать «это».

Беньямин выбрал себе на завтрак омлет с томатами и вигур-чай с тостами, маслом и джемом. Я предпочла блинчики с грибами, а к чаю взяла творожный десерт с ягодами. Выбранные блюда возникли перед нами, словно по мановению волшебной палочки. На вкус они оказались просто восхитительными: куда до них сладостям из чайной в Анттрефе, в которую любил меня водить в ярмарочные дни Левон.

Пока мы изучали меню и выбирали, чем хотим позавтракать, в столовую заглянули Леонард и Луизанна.

– Бен, Нель! – обрадовался Лео. – Вы уже здесь!

– Да, присоединяйтесь, – пригласили мы друзей за свой столик.

– Я так понимаю, вы себе куратора уже выбрали, – тыкая пальцем в омлет и подтверждая заказ, предположил Леонард.

– Выбрали, – согласилась я.

– И кто же он? – глаза нашего друга загорелись любопытством.

– Ты не поверишь, – засмеялась я.

– О! Дай угадаю – магистр О'Ринэль? – расширил свои раскосые глаза Лео.

– В точку! – подтвердил Беньямин. – Несложно было догадаться, да?

– Судя по вашим загадочным лицам, мы с Лу должны были знать вашего куратора, а поскольку метресса Лоул досталась нам с Луизанной, то вам оставался только загадочный горбун…

– Не называй его так, Лео! – неожиданно даже для себя, потребовала я. – Он – сильный маг, опытный наставник и достоин нашего уважения!

После Церемонии Выбора мое отношение к Вейлу О'Ринэлю безвозвратно изменилось. А потом, когда магистр признался, что он – не человек и носит личину, я уже почти не сомневалась, что тот высокий и сильный мужчина, над плечами которого реяли какие-то тени, мне вовсе не привиделся. Скорее, мне каким-то чудесным образом удалось заглянуть под иллюзию и увидеть настоящий облик нашего куратора. И у того, настоящего куратора, никакого горба не было!

– Нель права, Лео. Я бы тоже хотел, чтобы о нашем кураторе отзывались только уважительно, – поддержал меня Бен, и я признательно улыбнулась ему.

– Все-все! Больше ни одного дурного слова! – поклялся Леонард.

– Ну, а ты, Лу, довольна, что вашим куратором будет метресса Лоул? – я решила вовлечь в разговор нашу стеснительную подружку.

– Да, очень! Она такая, такая!..

– Какая-такая?

– Умная! Решительная! И очень добрая… Это ведь я ее нашла, – слегка смущаясь, призналась Лу. – Лео сказал, что ему главное, чтобы мне с куратором поладить удалось, а он с кем угодно общий язык найдет. И отправил меня в башню!

– Беньямин то же самое сделал – мне выбор доверил, – поделилась я. – Вот даже не знаю, то ли считать, что наши с тобой напарники, Лу, проявили благородство и пропустили дев вперед, то ли это они нас первыми в бой бросили...

Лу засмеялась моей шутке, а ребята слегка надулись, делая вид, что задеты моими словами.

– Так! Давайте уже завтракать! Еда стынет, – проявил командирские замашки Леонард, и мы дружно взялись за вилки и ножи.

Я с тревогой поглядывала на Луизанну: у меня были опасения, что она, выросшая в семье мясника, может не знать, как пользоваться столовыми приборами. Лу, похоже, и не знала. Зато она предусмотрительно заказала то же, что и я, и теперь посматривала на меня и старалась делать все так, как я. Врожденное изящество подруги скрывало ее неуверенность.

Пока мы расправлялись с заказанными блюдами, в столовую начали подтягиваться другие адепты. Приходили они кто по двое, кто по четверо – похоже, Церемония Выбора шла полным ходом и нашим магистрам удалось как-то ускорить этот процесс.

Какое-то время на нас четверых внимания не обращали. Видимо, мало кто из наших новых однокурсников мог опознать принца в лицо. Вот только долго такое положение дел сохраняться не могло.

– Ваше высочество! Могу я пожелать вам доброго здравия и приятного аппетита? – внезапно приостановилась подле нашего столика и склонилась в грациозном полупоклоне дева, которая не постеснялась прицепить к академической форме крупную драгоценную брошь и перевить нарочито высокую и сложную прическу цепочками, инкрустированными самоцветами. Из-за обилия украшений мистрис сияла, будто праздничное дерево!

Беньямин вынужден был встать и подать деве руку, чтобы помочь ей выпрямиться.

– Благодарю, мистрис Жисселия, – кивнул он вежливо. – Однако впредь прошу помнить, что в стенах академии я – не принц, а такой же адепт, как все остальные, и ко мне следует обращаться на «ты» и по имени.

– Как можно, ваше высочество? – красиво округлила глаза и губки дева.