Темное сияние - Соня Сэнь

— Не захотел ссориться с Освободителем, — невозмутимо пожал плечами он.

— Допустим. Но теперь она в безопасности, так что можешь идти. Спасибо за помощь.

— Рядом с тобой она никогда не будет в безопасности.

Кассандра громко кашлянула, привлекая их внимание.

— Вообще-то… — начала она сердито, но тут в прихожей послышался отчетливый звук открывающейся входной двери, а затем по квартире разнесся и бодрый мужской голос:

— Кэс? Кэс, ты дома?

— Это кто? — одновременно спросили Дар и Теодор, повернувшись к Кассандре.

— Твою мать! — с чувством бросила та после секундного замешательства. — Это Макс, мой бывший… Так и знала, что нужно поменять замок!

Спустя мгновение на пороге комнаты возник молодой мужчина с коротко стрижеными светлыми волосами, высокий, но полноватый, глядящий на мир сквозь линзы очков в массивной пластиковой оправе. При виде Кассандры его лицо расплылось в широкой улыбке, которая медленно растаяла, когда он заметил в комнате двух незнакомцев.

— Ты не одна? — неуверенно спросил он, хотя ответ был более чем очевиден. — Кто это, Кэс?

— Не твое дело, Макс, — отрезала девушка. — Какого черта ты заявился сюда — без предупреждения, да еще и открыв дверь своим ключом? Ты же говорил, что у тебя не осталось дубликата!

— Ну… оказалось, остался. Кэс, да не злись, я пришел за своими наушниками — забыл в прошлый раз. Я быстро, честно.

— Это в твоих же интересах… Макс, — произнес Хаммер таким ледяным голосом, что тот вздрогнул. — Ты нам помешал.

Дар просто молча сверлил Макса недружелюбным взглядом, сунув руки в карманы куртки.

— Да что здесь происходит? Кто эти двое? — требовательно спросил незадачливый «бывший».

— Тебя это не касается, я же сказала. Ты здесь больше не живешь, и мы друг другу никто, — обманчиво спокойным тоном ответила Кассандра. — Ты действительно очень не вовремя, Макс. И наушников твоих у меня нет — но, если наткнусь, обязательно их тебе передам. Договорились?

— Нет, не договорились, — уперся явно вознамерившийся стоять на своем Макс. — Мои наушники где-то здесь, и не уйду, пока не найду их…

Он поперхнулся на полуслове, с остолбеневшим видом вытаращившись на что-то за спиной девушки. Дар проследил за его взглядом и увидел парящий в воздухе… тапок. Кокетливый женский тапок с нежно-розовым помпоном и торчащими из-под него меховыми «кроличьими ушками». Повисев неподвижно несколько секунд, внезапно оживший предмет обуви рванул вперед и звонко шлепнул подошвой Макса по лбу, отчего бедолага вскрикнул и отшатнулся к двери.

— Что за… — пробормотал он, не спуская глаз с зависшего перед его лицом тапка.

— Теперь ты готов уйти? Или мне натравить на тебя что-то посущественнее? Скажем, кухонные ножи? — невозмутимо поинтересовался Теодор. Глаза его сделались черными, жуткими.

— Так ты… Ты… Демон!

— Догадался, наконец?

— И этот — тоже? — вытянув дрожащий палец в сторону Дара, воскликнул Макс. — Кэс, ты спятила? Писать книги о демонах — это одно, но тащить их к себе домой…!

В эту секунду, заслышав его голос, в ванной комнате с удвоенной злобой взвыл Асмодей, и тут нервы мужчины сдали окончательно. Развернувшись, он бросился в прихожую, где что-то загрохотало, падая, и выскочил из квартиры, даже не закрыв за собой дверь.

Какое-то время в комнате висела тишина, нарушаемая лишь утробным ворчанием взбешенного кота, а затем Кассандра, закрыв лицо рукой, сдавленно фыркнула.

— Неловко получилось, — заметил Теодор без тени раскаяния, усилием мысли возвращая тапок на пол у дивана.

— Ты реально была замужем за этим придурком? — недоверчиво глянул на девушку Дар.

— Ошибка молодости, — отмахнулась она, успокоившись. — Наверное, стоит сказать тебе спасибо, Тео — теперь он сюда в жизни не сунется.

— Думаю, твой кот разобрался бы с ним и без меня, — усмехнулся тот. — Ну, что, Кэсси, поговорим? Тет-а-тет, — уточнил он, покосившись на Дариуша.

— Да черта с два, — тут же ответил он, но девушка успокаивающе положила ладонь ему на плечо.

— Все в порядке, Дар. Он не причинит мне вреда. Подожди меня, пожалуйста, на кухне. Можешь сделать себе кофе или чай — в шкафчике, кажется, осталось печенье.

Поколебавшись, Дариуш бросил на Хаммера уничижительный взгляд и вышел из комнаты, оставив Кассандру наедине с демоном. И, сидя на стуле в просторной и очень уютной кухне, помимо воли прислушиваясь к тихому гулу их голосов, он вдруг понял, что в его сердце шевелится ревность — чувство, которое до этого дня ему было неведомо. Что бы ни говорила Кассандра, ее и Хаммера явно что-то связывало. Вот только какое ему, Дару, дело до их отношений?

«Не хватало еще запасть на Освободителя», — хмыкнул он, по привычке хорошенько взлохматив всей пятерней свою шевелюру.

И почему-то улыбнулся.