Ушастое Возмездие - София Грозовская

— А на меня почему не действует? — спросила Дарина. Она своим глазам не верила.

— Она действует на тех, кто хочет, чтобы подействовало. Тем, кому не хватает внимания, ласки, любви, заботы, нежности, — заметил Император. Сейчас он не напоминал развеселого владыку, тиранящего болото. Рядом с Дариной стоял другой Император.

— Хочешь сказать, что ей не хватает? — спросила Дарина. — Мне казалось, что психологи — самые счастливые люди. У них-то точно с кукушатником все в порядке.

— Никогда не суди по виду, — заметил Бельфегор. — Вот, например. Что ты скажешь про Асмодея?

— Кобель, обманщик и лгун, — ответила Дарина.

Они стояли на балконе. А в саду шла гонка на выживание. Асмодей боролся с желанием затормозить. Ольга с колючими кустами.

— Бог создал людей и ушел. Он оставил рай на попечение архангелов. И ангелов. Он вручил им любимое детище — человечество. И сказал: “Любите их!”. Архангелы посмотрели вниз, а там человечество уже доедают старшие ревнивые детки. И смотрят на небо: “Папа, а как же мы? Ты нас больше не любишь?”. Скажем так. Не все творения отца были удачными. Некоторые неудачные были выброшены подальше. Рука не поднялась их прикончить, — начал Бельфегор.

— Ничего себе, — усмехнулась Дарина. — А что? Человечки не могли вмазать, как следует? Или отбиться?

— Кто? Они? Да вас соплей перешибешь! — усмехнулся Император. — Но ты исключение! Не спорю! Короче, небо посовещалось и создало армию. Которая отбивала человечество от всякой ревнивой нечисти. Асмодей был архангелом. И командовал частью воинства.

— Ох ты ж! — удивилась Дарина. — Я думала, что он вообще откосил от армии. Не, ну просто я его двинула. Случайно. И он брык!

— Асмодей никогда не ударит женщину, — заметил Бельфегор.

Дарина задумалась. Она смотрела на демона, который спрятался за деревом. И бьется головой об ствол: “Не вздумай, Асмодей! Не вздумай! Иначе потом сам будешь мудохаться с Литаниэлем!”. “Я просто поговорить!”, - кокетливо заигрывала Ольга.

— Женщины — его слабость, — заметил Император. — Потому, что они для него — святое.

— Не похоже, если честно, — заметила Дарина, облокотившись на балкон.

— Асмодей отбивал человечество. Стоял на страже со своим войском. Бросался в гущу тьмы, уничтожая ее, — вздохнул Бельфегор. — А потом встретил ее…

— Кого? — удивилась Дарина. — Хоть предупреждай, что история о любви. Хоть платок возьму!

Голос Дарины почему-то дрогнул. Она не любила говорить на тему любви.

— Девушка, чье имя мы так и не узнали, стала для Асмодея всем. И тут возникла коллизия. Отец сказал как бы: “Любите людей!”. Но не уточнял как именно. Архангелы и ангелы любили людей чистой, искренней и платонической любовью. Демоны считали, что есть много приятных способов. И “сюси-муси” не ограничивались. Ты понимаешь, о чем я! А вот чудовища тоже любили людей. Но жрать. Причем, любили очень сильно.

— Короче, нас отлюбили все, — усмехнулась Дарина.

— Архангел был уверен, что не нарушил никакое правило. И тогда другие архангелы позвали Асмодея и его возлюбленную. Чтобы познакомится. Красавица предстала в раю перед братьями — архангелами. И как только ступила в рай, Михаил и Метатрон приказали скинуть ее вниз. А Асмодея скинуть следом. Оборвав ему крылья, — произнес Бельфегор.

— Пятьсот один, пятьсот два, пятьсот три… Кольцо, — едва слышно повторила Дарина.

— Девушка погибла. А вот Асмодея поймал Кроули. После этого бывший архангел стал демоном. Он не простил небу свою любовь. И попросил дядю сделать так, чтобы он никогда никого не любил, — произнес Бельфегор. И хлопнул Дарину по плечу.

Демон ушел.

Дарина стояла и смотрела на Асмодея. И впервые в жизни, она чуть не плакала.

— Я села, а он нет, — прошептала Дарина, вспоминая учения. — Обмошники неправильно обслужили парашют. Упал в воду. И под тяжестью пошел на дно. И ведь мог же обрезать. Да стропорезы не привезли. Он отдал свой стропорез мне… Мы тоже немножко ангелы. Правда совсем недолго.

Дарина видела, как разочарованная поисками Ольга ушла.

— Вылезай, — усмехнулась она. Дарина видела, где спрятался Асмодей.

— И как же ты меня нашла? — послышался голос.

— Ха, тебе только в засаде сидеть. Тебя за километр видно, — заметила Дарина.

— А ты что тут делаешь? — заметил демон, слезая с дерева.

— Тренироваться собралась, — отозвалась Дарина. Она сделала финт мечом.

— Неплохо, для начала, — отозвался Асмодей.

— И для кончала тоже, — зевнула Дарина. — Ты это… Короче, не бери в голову. Я же тогда … Ну ты понял. Не со зла. Чисто на рефлексах.

Демон ушел, а Дарина соскочила с балкона. Меч был для нее в новинку. Но вполне себе неплохое оружие. Не автомат, но сойдет.

— Их! Ах! — рубила она дерево, аж щепки летели. — Фух!

Через десять минут она обняла какой-то местный баобаб и уперлась в него лбом.

— Неправильно, — послышался голос за ее спиной. Дарина удивленно обернулась. — Замах не так делаешь! Пока ты замахиваешься, тебя уже тыщу раз проткнуть успели.

В тени стоял Асмодей. Он был в доспехах и с мечом.

— Критикуешь — предлагай, — насмешливо развела руками Дарина. — А то на язык все — диванные патриоты. А как родину защищать, так пинками в армию не загонишь.

— Короче, — махнул рукой демон. — Повторяй!

— Уф! — процедила Дарина. “Олькин демон” — именно так мысленно называла его Дарина, гадко улыбнулся.

— Что? Все? Устала? Выдохлась?

— Что ты сказал? — глаза Дарины сверкнули. — За такие подколы в тебе сейчас будет три прокола! Хочешь, пирсинг?

Она ударила по мечу Асмодея.

— Сережки идут девушкам, — заметил демон, отбивая удар.

— Не знаю — не знаю, — отозвалась Дарина. Мечи звенели друг об друга. — Для твоих дырок не сережку, а пудовую гирю придется вешать.

— Кто бы говорил! Лишние дырки в женщине всегда интересно! — заметил демон похоти.

— Ха! — заценила тонкий армейский юмор Дарина, отбиваясь. — А ты не лох!

— Ну еще бы! — заметил Асмодей. — Там где ты училась, мы страховали! Ты где вообще такому научилась?

— Десант, — отозвалась Дарина, отдуваясь, но не сдаваясь. — С парашюта прыгали, полосу препятствий на брюхе проползали… Короче, людей защищаем.

— Почти что ангелы, — усмехнулся Асмодей.

А “Олькин демон” ниче так.

— Ты что, не видал, что на тебя баба запала? — процедила Дарина, выворачивая удар.

— На меня все западают, — ответил Асмодей. — У меня таких баб было… Хочешь быть миллионной? Юбилейной?