Ушастое Возмездие - София Грозовская

Каролина вздохнула.

— Простите, я не дописала! Подъем дубины над головами лягушек, которые квакали всю ночь! — заметила она, расправив красивое платье. — Я бы рада, но у меня руки слабые.

— Ничего страшного! Какой-нибудь интерес да найдется! — ободряюще произнесла Ольга, читая дальше. — Так, что у нас дальше? Чистка лиц белых? Отлично! Вы можете делать это вместе! Превратите это в ритуал! Здоровый образ жизни ого-го как объединяет семьи!

— Белые — это силы добра, — пояснила Каролина. — Он каждое утро пролетает вдоль границы, отлавливает белых и чистит им лица. Чтобы кровью умылись.

— Аааа! — протянула Ольга, читая дальше. — О! У нас тут… Души! Что может быть лучше совместного душа? Поверьте, это сильно сблизит вас!

— Сомневаюсь, — деликатно заметила Императрица. — Я не умею душить наемных убийц одной левой! Правой тоже не умею!

— Понятно! — кивнула Ольга, озадаченно читая следующий пункт. — Завтрак! Вот! Отличный способ провести время вместе! Завтрак — это возможность обменяться планами на день, обсудить какие-то очень важные вопросы!

— Вы немножко не поняли, — заметила Каролина. — У мужа есть адская гончая. И он ее кормит преступниками. Поймите, я не могу отлавливать преступников для нее. Я бегаю так себе!

— Понятно, — отозвалась психолог. И еще раз пристально посмотрела на Императрицу.

Список продолжался. Ольга кивала. Сначала с надеждой, а потом обреченно. Чем дальше по списку, тем больше она понимала. Император и Императрица — совершенно разные … эм… люди и… эм… демоны.

— Простите, а все демоны увлекаются … эм… мордобоем? — деликатно поинтересовалась Ольга.

Несмотря на все трудности в общении с Асмодеем, она прекрасно видела, что ему нравится. Стоило опустить глаза, чтобы понять, насколько к ней расположен этот красавец- демон. Хотя, что-то под подсказывало, что он расположен ко всем женщинам. Но Ольге хотелось себе польстить.

— Ну… Демоны, они очень воинственные, — заметила Каролина. — Большинство. Особенно древние.

И тут Ольга представила, как радостно мутузит лягушек палкой, гадает на врагах: “Победим — не победим”, отрывая у них конечности. И много других прелестных вещей, которые скрашивают демонический досуг.

— А давайте-ка мы попробуем поговорить про ваши интересы? — спросила Ольга, крепко призадумавшись.

— Я люблю выращивать розы. Черные. Очень красивые… Люблю помогать нищим и обездоленным. Люблю читать книги… У меня много интересов, — скромно заметила Императрица.

— А вы пробовали совместить интересы мужа и ваши? — настаивала Ольга.

— У нас однажды получилось. Бельфегор притащил нищих и уже обездоленных врагов. Поверьте, они так “обездолились”, что даже мне их жалко стало. Я их выхаживала, потому что не доползут до своих. Просто Белечка переусердствовал. А ему нужно было отпустить двух выживших, чтобы они сообщили другим: “На нас нападать не надо!”. Я их выходила. И мы выпустили их на волю, — мечтательно заметила Каролина. И посмотрела в окно.

— Вот, — уцепилась Ольга, давая надежду.

— Но один из них попытался меня убить. После этого врагов мне не доверяют, — обреченно вздохнула Каролина. — Скажите честно. Наш брак обречен?

— А сколько вы уже в браке? — спросила Ольга, вспоминая все семейные годовщины кризисов.

— Больше двух тысяч лет, — печально заметила Каролина.

Кризис первого года брака, кризис шести лет брака и прочие “кризисы” заканчивались на пенсионном возрасте. А тут впервые в ее практике случай кризиса миллениума.

— Я думаю, что все поправимо, — обнадежила Ольга. — Может, попробовать показать ему, что вы с ним не навсегда? Просто он привык к вам? За две тысячи лет. Например, одна моя клиентка инсценировала собственное похищение!

— Я уже думала над этим. Желающих меня похитить нет. Я даже по границе с белыми цветы собирала. Хоть бы один! — горестно заметила Императрица. — Все силы добра шарахались от меня с криками: “Да не ну нафиг!”.

— Хорошо, а если попробовать вам пожить раздельно? Временно, разумеется. Я подозреваю, что вы просто пресытились друг другом, — предложила Ольга. — Одной моей клиентке этот способ очень помог. Не представляете как!

— Вы понимаете, что будет? — ужаснулась Императрица. — Он же все разнесет! Люди и демоны не виноваты в том, что у нас кризис!

— Значит, вам придется попробовать разделить какой-то интерес мужа, — вздохнула Ольга. — Но решать вам.

— Спасибо, — кивнула Каролина. Она задумчиво свернула список и удалилась. Меня смущает один факт. Как только я подхожу, а муж с кем-то разговаривает, он тут же замолкает. У слуг я ничего допытаться не смогла! Все как сговорились. Подозреваю, что у него появилась… любовница!

— Вряд ли Дарина согласится, — заметила Ольга.

— Ну тогда я не знаю, — горестно заметила Каролина. — Не знаю, на что и думать. Но если бы вам удалось узнать, я была бы рада… Постарайтесь узнать, пожалуйста. А то меня эта таинственность тревожит. Мне пора. Спасибо, что поработали со мной.

Ольга пообещала разузнать все. И тут же легла спать. И снился ей Литаниэль. “Он же дебил!!!”, - орало что-то. Но она смотрела на одеяло в его руках. И ворочалась. Всю ночь.

Утром ее разбудил стук! Да еще какой! За дверью слышалось: “Держите его!”.

Ольга вскочила с дивана. И бросилась открывать. Почти весь дворец собрался под дверьми.

— Вот! Привели на гипноз! — послышался голос Асмодея. Демоны выглядели так себе. Доспехи расцарапаны, волосы всклокочены. У одного охранника даже рог был обломан.

— Вводите! — скомандовал Асмодей.

— Не хочу на гипноз! — возмущался Литаниэль. — Это больно!

— Были бы мозги, было бы больно! А так все в порядке! — рявкнул Асмодей.

Следом за ним втаскивали Тычинку. Тычинка упиралась. Из ее пасти торчал кусок чьего-то плаща.

— Без Тычинки не пойду! — возмущался принц. — А то ей одной страшно оставаться! А вдруг ее обидят?

Тычинка смотрела таким взглядом, что обидит любого!

— Придется потерпеть неудобства! — прорычал Асмодей, заталкивая чудовище в кабинет.

Когда огромная демоническая тварь втиснулась в двери, демоны выдохнули.

— А охрану?!! — встревожилась Ольга. Тычинка пока обнюхивала кабинет.

— Она не кусается! — возмутился Литаниэль, плюхаясь на диван. Тычинка села рядом, дыша, как загнанная гончая. Слюна в ее рту пенилась и капала на пол.

— Мы успели? — послышался в дверях голос Каролины. Следом за ней вошел Бельфегор.

— Да-да, — икнула Ольга, теребя в руках маятник. За окном пролетела птичка. А у нее жизнь перед глазами!

— Приступайте! — милостиво рыкнул Бельфегор.