Обречённые на падение - Эмили Рэй

После встречи с Карен я направилась к шерифу, уточнить, какую информацию он собрал, когда рассматривал вариант умышленного убийства. Кайл Кросс неохотно, но всё же поделился данными по закрытому делу, хоть для этого мне и пришлось использовать хитрость: заверить, что «просто хочу знать, как она провела свой последний день».

В день Х мама пересекалась с парой человек, но никакой Сары среди них не было. Зато числились Джон Фитчер, с которым она встречалась в «Невисе» около полудня, и Фелиция Корнелл, в гости к которой мама заходила за пару часов до смерти. Интересно то, что Одри не говорила об этом и мою маму впервые увидела якобы уже в образе призрака. Она действительно не в курсе или так правдоподобно врёт?

Конечно, я тут же поспешила к Одри. Помимо того, что хотелось поговорить с миссис Корнелл, мне было не по себе после вчерашнего сеанса и хотелось убедиться, что одноклассница в порядке. Не представляю каково ей, ведь это я была бы рада хоть на секунду снова увидеть маму, а она в этом совершенно посторонний человек. Мне кажется, сейчас я даже отчаянно нуждаюсь в вере в то, что призраки существуют. Знать, что наша жизнь не заканчивается после утраты земного «сосуда» и верить, что мы ещё воссоединимся. От этих мыслей мне становится легче. Так я чувствую, что не утратила маму до конца. Она где-то рядом, пусть и не может коснуться меня. Она рядом, даже если я её не вижу.

Одри меня не прогнала и даже не стала обвинять, хотя этого я и ждала. После спиритического сеанса она больше ничего подобного не видела. Видимо, эффект от обряда действовал недолго. Миссис Корнелл, вчера которую я застала уже на пороге, сегодня радушно приняла меня и пригласила отужинать, на что я, конечно, согласилась. Мама Одри выразила сочувствие и предложила мне или сестре бесплатную психологическую помощь, если это требуется.

– Миссис Корнелл, а когда вы видели маму в последний раз?

Фелиция с тоской смотрит на гамбо. Тёмно-карие глаза словно хрустальный шар, где, если заглянуть поглубже, можно увидеть прошлое.

– В тот самый день, часов в семь вечера.

Одри шокировано глядит на мать. Всё-таки она не знала. А вот глава семейства, Дэниел, в курсе – даже ухом не повёл.

– Ничего не предвещало беды, – продолжает Фелиция. – Мы поговорили о том, кто чем живёт. О детях, работе. О прошлом.

– Вы были знакомы? – голос младшей Корнелл подлетает вверх.

– Да, хоть и давно не общались. Когда-то мы были лучшими подругами, вместе учились в университете. Недолго, конечно, ведь она потом перевелась.

– Почему ты не говорила? – не сбавляет напора Одри.

Миссис Корнелл мечтательно улыбается, а потом улыбка исчезает, и женщина переводит взгляд на меня.

– Мне правда очень жаль, что она так закончила.

– Вы сказали, что разговаривали о работе. Мама не упоминала о… ну… может, ей кто-то угрожал?

– Прости, милая, – Фелиция отрицательно качает головой. – Если бы была хоть одна зацепка, я бы незамедлительно рассказала всё шерифу.

Вылавливаю креветку и отправляю её в рот. Нужно сбавить темп, иначе это больше похоже на допрос.

– Как Леона? Держится?

Киваю.

– Ей это даётся легче, в каком-то плане. Она всегда была более сдержанная, чем я.

– Она стала совсем взрослой. Я помню её белокурой малышкой, которая обожала мороженое.

Такое же холодное, как и она сама. Почему она не сказала, что знает Фелицию?

– А почему вы перестали общаться?

Корнелл чуть прикусывает изнутри нижнюю губу.

– Я уже и сама не знаю. Молодость – время глупых поступков.

Интуиция говорит мне, что что-то недосказано. Так какова же была настоящая причина их разлада? И не из-за этого ли ей пришлось убить маму?

Я прощаюсь с семьёй Корнелл со смешанными чувствами: не доверяю Фелиции, но в то же время помню, что мне нужно найти Сару, а не её. А что, если Фелиция и Сара были заодно, только первая была в тени, а действовала вторая? Подумываю повторить обряд и задать ещё пару вопросов, но на этот раз уже одна. Надо только найти в интернете такую же схему круга и отыскать где-нибудь дощечку нужной формы. Или, может, это продаётся в лавке со всякими магическими штуками?

Захожу домой, вспоминая что именно говорила Одри, когда вызывала духа. До меня доносятся повышенные тона со стороны кухни. Я никого не вижу, но отчётливо слышу Леону и Стивена. Наверное, они сидят за столом. Хочу крикнуть, что я вернулась, но почему-то вместо этого тихо закрываю входную дверь и прислушиваюсь.

Что могло стать причиной их ссоры? Если я вмешаюсь, то могу не узнать правды. Как той ночью, когда мне приснился кошмар.

– Ты серьёзно считала, что мне не обязательно знать об этом?! – Стив возмущается, раздаётся хлопок по столу.

Я вздрагиваю. Что бы его так ни разозлило, со мной он таким ещё не был.

– Да! Я серьёзно так считаю! Ты сейчас необходим ей!

– А тебе? Или ты всё уже решила?

Отрывки в голове начинают быстро складывать в полную картинку. Они говорили на улице не только о том, что мне рассказала Леона. Их связывает нечто большее и они оба это скрывали от меня.

– Ты понимаешь, что я сделал ей предложение? Понимаешь, что скажи ты чуть раньше, этого можно было избежать?!

Какого…

В горле ком. На глаза наворачиваются слёзы. Бесшумно снимаю с шеи шнурок, на который надето помолвочное кольцо. Я решила пока не привлекать внимания и не стала надевать его на палец, так как получать сейчас поздравления совсем не то, чего мне хочется. Медленно опускаю шнурок на тумбочку у входной двери и продолжаю слушать.

– Я решила, что оставлю его для себя.

Оставлю?! У неё ребёнок от Стива?! Конечно, зачем мне знать! Это же глупая Джейн… Ей не обязательно знать, что два самых близких человека потрахались за её спиной!

С силой стискиваю зубы, заставляя себя остаться на месте. Нельзя входить на кухню. Нельзя показывать какую боль они мне причинили. Нет, только не жалость. Я не позволю этим предателям меня жалеть!

– Для себя? А я, по-твоему, не имею к этому отношения?!

– Господи, да это было развлечение на одну ночь, кто же знал, что так выйдет? – буквально кричит сестра. – Между нами не было никаких отношений и быть не может, а результат этой случайности я оставлю себе, хочешь ты этого или нет!