Будущего нет! Кошмар наяву - Александр Голодный

– Во! Золотые слова. Службы поменьше, свободы побольше.

Получив задачу, подготовив обмундирование, на следующий день напарники с заступающими в караул третьекурсниками отправились в гарнизонную комендатуру. То, что с начальником патруля повезло, Сергей понял сразу, как только увидел на плацу скучающего Николая Ивановича.

– Товарищ майор, разрешите обратиться?

– Обращайся, Сергей.

– Николай Иванович, вы, случаем, не начальником патруля заступаете?

Улыбнувшись, пожимая курсантам руки, офицер ответил:

– А вы мои патрульные?

– Так точно.

– Отлично. Сработаемся!

* * *

Отойдя пару кварталов от комендатуры, офицер довел задачу курсантам:

– В нашей службе главное – выполнить план и засветиться на маршруте. А вот следуя по шкурным делам, светиться нельзя ни в коем случае. Поэтому, ребятки, без меня на Комсомольском проспекте не мелькайте. Сейчас на ужин. Я еду в общежитие. Вы куда?

Парни переглянулись. Усмехнувшись, майор прокомментировал:

– Понятно. Казенный харч уже в глотку не лезет. На цивильное тянет?

– Так точно, Николай Иванович. Мы бы в городе покушали.

– Ладно. Встречаемся здесь через два часа. Не опаздывайте.

– Есть.

Кивнув, майор бодрой походкой отправился на автобус.

– Серега, ты сейчас куда?

– К ДК Свердлова.

– Хорошо тебе, близко. А я в Мотовилиху.

– Давай!

По дороге Сергей решил забежать в кондитерский магазин, благо «Белочка» располагалась почти по пути. Правда, придется пресечь Комсомольскую площадь, и сделать это надо аккуратно. Внимательно фильтруя взглядом прохожих, Александров решительной целеустремленной походкой обогнул площадь. Главное, чтобы вид был серьезный и деловой, создающий впечатление выполняющего распоряжение человека.

Четко козырнул вышедшему из троллейбуса капитану с красным околышем на фуражке, потом подметил резко нырнувших в проезд между домами, заметивших его солдат-срочников.

Ага, вид действует. Все по уставу – выглаженная парадная форма, приведенный в идеальное состояние намыленной тряпочкой белый ремень с сияющей бляхой, надраенные сапоги и красная повязка с грозными белыми буквами: «Патруль». Правда, повязка гораздо ниже уставного уровня. Но тут ничего не поделать. Традиция!

Первый курс повязку носит так, чтобы из-под материи выглядывала полоска и создавалось впечатление, что есть еще несколько. Второй выставляет напоказ две.

С каждой новой нарукавной нашивкой символ службы опускается по рукаву все ниже и ниже. Ну, а пятому курсу, по меткому выражению начальника училища, повязку положено носить на обшлаге рукава.

В магазине обалденно пахло шоколадом, ванилью и кофе. Несмотря на многолюдие, очередь двигалась быстро. Дошла и до Сергея:

– Пожалуйста, коробку «Ассорти».

Продавщица в белой наколке ответила:

– Три рубля семьдесят копеек.

Внезапно вспомнив одну деталь, Александров поспешил добавить:

– И плитку «Белочки»!

– Четыре рубля пятьдесят пять копеек.

Выбив на кассе чек, Сергей забрал покупку. Эх, если бы он вспомнил раньше! Опять из будущего пришло: Алена на завтрак очень любит шоколад с орехами под растворимый кофе со сгущеным молоком. А новая банка «Пеле» с головой индейца лежит у него в чемодане. Отец недавно прислал бандеролькой. Есть и начатая, металлическая, отечественного производства, удачно купленная в курсантском буфете. Ладно, будет хороший повод прийти еще раз.

Выйдя на улицу, курсант огляделся.

Метрах в тридцати от магазина две тетки продавали цветы. Пышные букеты осенних астр и гладиолусов.

А вот это правильная идея!

Придирчиво выбрав цветы, Александров получил завернутый в газету «Труд» букет. М-да, образ служаки совсем разрушен. Сразу видно – влюбленный направляется на свидание. Хорошо, что уже почти стемнело.

Быстро разобравшись с нумерацией домов, волнуясь, курсант поднялся на второй этаж трёхэтажной сталинки. Цифры на двери… оно. Освободил цветы, сложил и убрал в карман газету, придирчиво оглядел себя. Сапоги немного запылились. Ладно, не в этом суть. Собравшись с духом, коротко нажал кнопку звонка.

Несколько томительных мгновений ожидания…

Щелкнул замок. Дверь открыла худощавая женщина в возрасте со строгими глазами и серьезным, даже суровым выражением лица.

– Здравствуйте. Простите, я могу увидеть Елену?

Окинув молодого человека внимательным взглядом серых глаз, дама ответила:

– Здравствуйте. Да, сейчас я ее позову.

Шагнув в глубь просторного коридора, женщина добавила:

– Проходите.

– Спасибо.

Войдя в квартиру и закрыв за собой дверь (звучно щелкнул автоматический английский замок), Сергей осмотрелся. Металлическая вешалка на стене, зеркало в деревянной раме и длинная полка для обуви, оббитая сверху ситцем – удобно присаживаться. На высоком потолке лампочка в простом матовом плафоне, как у них в общежитии.

Из комнаты раздались быстрые легкие шаги, и в коридор вошла, почти вбежала, Лена.

В домашнем халатике, волосы собраны в «конский хвост», ненакрашенная, но невероятно родная и милая.

– Сережа!..

Какой-то миг Александров словно наяву видел, как жена его обнимает и целует, даже шагнул навстречу девушке. Спохватившись, отдал букет:

– Это тебе… вам, Алена.

Приняв цветы, Аленка вдохнула терпкий аромат осенних астр, благодарно глянула на курсанта:

– Спасибо!

Утонув в взгляде бездонных глаз, чувствуя, как разбегаются мысли, Сергей, смущаясь, протянул коробку конфет и плитку шоколада.

– Это вам к чаю. А шоколад к кофе, на завтрак. Я банку потом принесу… если мне можно будет… если разрешишь… разрешите еще прийти.

«Мямлю, как школьник. Совсем потерялся, словно женщин век не видел!», – мысленно корил себя Сергей.

– Сережа, но ведь это все дорого…

– Я назад не понесу. И деньги у меня есть.

Она кивнула:

– Спасибо. Мне очень приятно. Я…

Девушку перебила неслышно вернувшаяся в коридор хозяйка:

– Лена, пригласи молодого человека в комнату. Держать людей в коридоре невежливо.

На лице Алены отразились радость и, словно бы, удивление. Но радости точно намного больше:

– Конечно, тетушка. Сережа, это моя тетушка, Инга Михайловна.

Автоматически приняв стойку «смирно» под внимательным взглядом строгих глаз, Сергей коротко кивнул и представился: