Цена двуличности. Часть 1 - Алаис

— Мне нужно защищать дверь и крышу? — уточнила я.

— Нет, только крышу, — боевой некромаг качнул головой.

— А дверь…

— Дверь защищена чарами, способными развеять в прах даже саму бледную тварь… И стены. Поэтому по земле в дом никто и не ломится. А вот через крышу… Пытались, как видишь.

— Насколько я могу судить о произошедшем здесь — дозорные были застигнуты врасплох, — раздался голос Сата.

Что бы ни делал лич — он завершил свои дела, и теперь повис в воздухе, скрестив руки на груди. Плети при этом обвились вокруг обнаженного торса причудливым подобием брони.

— Они подняли щит по периметру, — продолжил он, — но не успели накрыть куполом, чтобы запечатать его наглухо. Такое запечатывание, конечно, усложнило бы потом смену дозорных, но и не позволило бы никому постороннему пробраться внутрь.

— Как вариант, они могли недооценить противника, — предположил Мэб.

— Или так, — лич качнул головой. — В любом случае, имеем, что имеем. По земле не доберутся, на крыше защищает Шиз, а мы отвлекаем большую часть идущего сюда сброда до тех пор, пока не прибудет подмога.

— А когда она прибудет? — я не удержалась от вопроса.

— А кто их знает, — пожал плечами Сат. — Надеюсь, сегодня.

— Оптимист, — фыркнул Альд.

— А они знают, что именно тут происходит? — я перевела взгляд на лича. — Что тут слишком много мертварей?

— Уже знают, и надеюсь, это убедит их пошевеливаться… — лич снова замер. Окутывавшие его торс плети расплелись. — Они совсем близко. Шиз, на крышу, остальные — в центр круга.

Едва Сат это произнес, как издалека — но ближе, чем хотелось бы — донеслось знакомое булькающее ворчание. Зомби были на подходе.

— Живее, — напомнил подселенец.

Ребята бросились к Сату, а я подлетела к дому и подняла себя повыше — до уровня крыши. Зрение не обмануло меня в первый раз, когда я ее увидела издалека — кое-где действительно зияли проломы. Они мерцали бледным серебром — слабо, но достаточно для того, чтобы не позволить рассмотреть находившееся подо мной помещение. Прикасаться к этому свечению я не рискнула.

— И правильно, потому что это щит, но слабый, на один удар, — пробормотал Альд. — Либо что-то очень мощное пыталось его пробить и почти полностью опустошило заряд, либо смотрители действительно не успели активировать щит до конца.

— А разве не должны были дозорные при этом находиться внутри, а не снаружи?

— Понятия не имею. Рассматривать защитный контур сейчас явно не время, а без этого сложно сказать, является ли он крайней мерой или одной из ступеней защиты… чего-то внутри. Хотя я догадываюсь — чего.

— И?..

Как обычно, подселенец не мог удержаться от того, чтобы я у него повыпытывала интересующую меня информацию.

— Как ты думаешь, что здесь может быть такого ценного, к чему ни в коем случае нельзя допускать непосвященных лиц?

Кости Суртаза, он еще и ехидничать решил!

— Понятия не имею, — пробурчала я, — лучше потрачу силы не на размышления, а на лишнее заклинание упокоения.

— Я верю, что когда-нибудь ты сможешь делать несколько дел одновременно…

— Так что по-твоему здесь находится?

— Центр управления охранным контуром Холмов. Учитывая то, что нам уже доводилось видеть… Скорее всего, каждая из так называемых Башен — подобный центр. Самостоятельный или часть единого целого — тут уже сложно судить со стороны.

— Мда.

— Теперь ты понимаешь, насколько важно его защитить?

— Да о важности я и до этого подозревала…

— Зато теперь можешь осознать это в полной мере.

Я проследила взглядом за Мэбом, что-то говорившим Сату и Линс. Раздававшийся с противоположной стороны шум приближавшейся орды зомби заглушал слова. Осторожно поднявшись повыше над частично провалившимся скатом крыши, я окинула взглядом шевелящуюся внизу мертвецкую массу.

— Откуда их столько?..

— Не удивлюсь, если где-то найдена лазейка, и теперь тварь подтягивает тела непосредственно из Холмов.

— Это же… кошмар.

— Да, очень надеюсь, что подмогу долго ждать не придется. Сат хоть и выглядит довольно могущественным личем, но в одиночку против такой массы ему долго не выстоять… Живым будет еще сложнее.

Я щелкнула челюстью, безмолвно соглашаясь с тем, что картина выходила безрадостной.

— Опустись чуть ниже и наблюдай за аурами. Этого хватит, чтобы вовремя заметить, если кто-то начнет карабкаться на крышу.

— Но почему…

— Среди них могут оказаться маги.

— Мертварей я замечу.

— Не только мертвари.

Этому доводу мне нечего было противопоставить. Многие стихийные волшебники — опасные противники при жизни. И в посмертии, став зомби, они ничуть не теряли свои магические способности, а вот агрессии к живым становилось куда больше. Только огненных магов среди них не бывало — их природа была такова, что умирая, они в буквальном смысли взрывались, поджигая все вокруг. Так что если станет совсем худо, последним доводом Линс, пожалуй, станет испепеление всего и вся на вершине холма.

Глядя себе под ноги, я сосредоточилась на просмотре аур. Равномерная грязно-бурая зелень огибала постройку подо мной, подобно грязевому потоку, текущему со склонов гор по весне. Кое-где виднелись вспышки более яркой зелени — мертвари — но и они не стремились приблизиться к дому. Все внимание нежити было привлечено тремя застывшими фигурами — боевым некромагом с булавой наперевес, огненной волшебницей, перекатывавшей в ладонях язычок пламени, и возвышающимся позади них личем, распустившим во все стороны свои руки-плети. А вокруг них сиял призрачный барьер, похожий на тот, что мерцал в проломах крыши.

— Основательно подготовился, — одобрительно произнес Альд.

— Это какой-то щит?

— Да, щит, с вплетенными в него чарами упокаивания.

Мне оставалось лишь мысленно вздохнуть с толикой зависти.

— Когда-нибудь ты тоже научишься, — «утешил» подселенец.

— Ага, когда ты решишь, что я достойна этого знания.

— Именно.

Кто бы сомневался. Конечно, Альд не обязан учить меня всему, что знает сам, но постоянное напоминание о том, как мало я знаю и умею становилось чем дальше, тем обиднее. Хоть я даже почти убедила себя, что привыкла к постоянным шпилькам по этому поводу…

— Маг земли, — отрывисто произнес подселенец.

— Что? — встрепенулась я. — Где?

— Ищи зеленую ауру с темно-коричневыми пятнами.

— Легко сказать…

— Он вдоль западной стены, почти вплотную к ней.

Быстро прикинув, где находится запад, я сфокусировала свое зрение на участке вдоль указанной стены. Действительно, четкое и насыщенное мутно-зеленое свечение с крупными темно-коричневыми пятнами явственно выделялось на фоне аур остальных зомби и медленно продвигалось в сторону ребят.

— Его нужно упокоить первым, — настойчивый тон Альда лишал меня малейшего шанса проигнорировать указание. — Иначе он доставит проблем. Сильный.

— Прямо на земле?

— Да, выбора нет.

— Ладно…

Аккуратно сместившись к краю крыши, я осторожно выглянула, чуть свесившись над продвигавшимся подо мной потоком мертвецов. Судя по свечению, маг земли как раз должен пройти подо мной секунд так через десяток-полтора. Этого времени будет достаточно для произнесения заклинания упокоения.

Мысленно повторяя строчки, которые при жизни могла произнести даже спросонья среди ночи, я скользила взглядом по мерно ковылявшей орде зомби. Пока не остановилась на знакомом лице. Лице мага земли.

— Линс и Мэб не должны его видеть, — от ощущения узнавания у меня внутри все похолодело — хоть и нечему, в общем-то.

— Согласен. Иначе натворят глупостей.

Глядя в застывшее лицо зомби-мага, я почувствовала, как у меня начали трястись руки. Заученные наизусть слова упокаивающего заклинания вдруг разом вылетели из головы.

— Между прочим, ты его даже толком не знала, — ехидно сообщил подселенец. — Он был другом Мэба и Линс, а не твоим.

— Я помню ауру Кирта, он был довольно сильным магом.

— И что? Сила не спасает от смерти.

— А то, что кто-то сумел его одолеть.

— Понятия не имею, кто бы это мог быть… — от прозвучавшего в голосе Альда сарказма на меня нахлынула волна тошнотворного бессилия.

— И… Сидда… Тоже, получается, где-то здесь?

Осознание того, что маг воздуха — маленькая и хрупкая, напоминавшая подростка, хоть и явно старше меня по возрасту — тоже могла находиться среди этой толпы мертвецов, тошнотворное ощущение стало почти невыносимым. Но спустя секунду стало легче, потому что леденящее душу ощущение внутри сменилось жгучей яростью.

— Держи себя в руках, иначе глупости начнутся гораздо раньше предполагаемого.

Вместе с яростью пришла звенящая чистота сознания.