Запретная любовь - Виктор Баженов

— Заррраза! — энергично выругалась Стесси. — Дрон, сможешь отремонтировать эту хреновину?

— В моих программных файлах нет данных на этот ужас в изоленте, — чопорно сказала голограмма, брезгливо воротя нос от творения Драгобича.

— Бестолочь. Все приходится за вас самой делать. Ладно, будем ремонтировать.

«Хозяйка, — заволновался Оська, — а ты умеешь?».

— Нет, но я видела, как это делается. — Девушка села на корточки перед порванными проводами. — Так, красный провод с желтым в прошлый раз не сочетался, а с синим с ходу заработал. Так и сделаем.

«Хозяйка, стой!»

Поздно. Стесси уже соединила провода. Бабахнуло так, что даже голограмму вынесло из двигательного отсека.

«Хозяйка, ты жива?»

Чумазая, изрядно подкопченная Стесси с вздыбленными волосами сидела на попке перед двигателем, выпучив глаза на обуглившиеся концы проводов, которые до сих пор держала в руках.

— Ну Драгобич, ну ушастик, дай только до тебя добраться. Я тебе эти проволочки припомню!

— Все, император, ты попал, — разглагольствовала Алиса на ходу. Свет плавно разгорался перед ними по мере прохождения коридора и так же плавно затухал за их спинами. — Я здесь в фаворе, а значит, теперь ты у меня будешь на посылках. Готовься сковородки драить. Теперь вся грязная посуда на тебе!

Блад решил оставить серьезную разборку с непокорной девицей на потом, сейчас была неподходящая для этого обстановка, а потому, ограничившись коротким выговором, всю остальную дорогу по бесконечному коридору, уходящему куда-то глубоко в скалу с небольшим уклоном вниз, благоразумно молчал. Однако такой нахальный выпад без внимания не мог оставить.

— Уверена, что я подчинюсь?

— А то? Если я тут большая шишка…

— Типа королевы, — хмыкнул Блад.

— Самый приятный вариант.

— Для твоих подданных не самый. У тебя диктаторские замашки. Ладно, к сковородкам мы еще вернемся, когда окажемся на «Ара-Белле», кухня тебя ждет. Меня другое интересует. Как ты будешь править, королева? У тебя уже есть программа действий?

— Спрашиваешь! Еще какая! Первым делом заведу себе симпатичного пажа, — начала загибать пальчики Алиса. — Нет, пажей!

Команда контактеров добродушно ухмылялась на ходу, слушая их пикировку.

— И что будешь с ними делать? — заинтересовался Блад.

— Буду ходить с ними на ловлю редких экзотических зверей, а потом загонять их по бешеным ценам на Блуде.

Дружный смех контактеров заглушил громовой хохот Зеки, от которого задрожали стены коридора. Даже недовольный тем, что пришлось идти на поводу у своенравной девчонки, Блад невольно улыбнулся.

— Зверей или пажей загонять? — гоготал Гиви.

— Полагаю, и тех и других, — вытер выступившие от смеха слезы на глазах профессор.

— На моей далекой родине, — как только все отсмеялись, сказал Блад, — есть забавная сказка-быль о мечтах прачки.

— И о чем же она мечтала? — заинтересовалась Алиса.

— Конечно, о возвышенном! Если бы я была королевой, мечтала эта мадам, то я была бы богаче королевы. Потому что, кроме того, что я была бы королевой, я еще подрабатывала бы стиркой.

Тут уж Зека Громов просто согнулся пополам.

— Держи, королева, — прорыдал он сквозь смех, отдавая Алисе сачок, который сумел-таки стянуть со своей головы. — На инструмент для ловли местных блох можешь уже не тратиться. Половину галактического кредо я тебе сэкономил.

Алиса покраснела. Попытка подзадорить капитана отыграла не в ту сторону.

Внезапно Блад напрягся. Чувство тревоги опять вернулось. Что его вызвало, он понял не сразу, а затем сообразил, что в голове что-то шуршит, тихо, еле слышно, словно помехи от неисправного радио. Шуршит и давит на мозг, будто пытаясь прорваться в мысли капитана. Блад заметил, что это началось, как только в конце коридора наконец появилась распахнутая настежь серебристая дверь, сделанная явно из метрила. Здесь вообще все было сделано из этого уникального материала: пол, стены потолок, и капитан, кажется, уже догадывался почему. В процессе погони за Алисой он, эксперимента ради, еще раз вызвал Нолу, но она не откликнулась, хотя до академика с его глушилкой было достаточно далеко. Дух Йорика в арестантской робе тоже исчез. Похоже, метрил отсекал все сигналы напрочь.

— Полагаю, что мои будущие подданные ждут нас там! — обрадовалась Алиса и рванула вперед, но Блад успел схватить за руку неугомонную девчонку.

— Будь твои подданные еще живы, они встретили бы свою королеву с цветами на входе, предварительно расстелив ковровую дорожку.

— Если это мертвый город, тогда чего бояться? — спросил профессор.

— Бездушной автоматики, которая здесь до сих пор работает, и призраков, которые приветствуют друг друга так! — вскинул руку в нацистском приветствии Блад.

Призрачный охранник, плывший рядом, немедленно отреагировал аналогичным жестом.

— Видали, какая дрессировка? Джим, Гиви, Фиолетовый, держите наготове бластеры. Зека, будь настороже. Печенками чую, что нас здесь ждут сюрпризы, и не факт, что приятные. Профессор, присмотрите за дочкой.

Блад передал Алису с рук на руки Лепесткову и первым вошел в полутемное помещение. Как только он перешагнул порог, свет начал разгораться, и все увидели просторный зал. Высокие своды поддерживались шестью каменными колоннами, равномерно расположенными по кругу на равноудаленном расстоянии от стен и центра зала. Они были отделаны материалом, напоминающим розовый мрамор. Сам свод и стены отливали небесной голубизной, являясь одновременно источником рассеянного света, а узорчатый пол — зеленым. Правда, эта зелень была испещрена многочисленными серыми прожилками, и Блад поначалу принял материал отделки за полированный малахит, но, присмотревшись, понял, что ошибся. Отделка не имела ничего общего с элегантными узорчатыми разводами малахита, так как линии на ней пересекались под прямыми углами, образуя что-то вроде головоломного лабиринта. Стены образовывали огромную шестигранную призму, на гранях которой слабо мерцали серебром метриловые двери, аналогичные той, в которую только что вошел Блад, но, в отличие от нее, остальные двери были закрыты.

— Ну что там у нас? — высунулась из-за спины капитана Алиса.

— Пока все в порядке, идем дальше. — Блад, напряженный, словно туго сжатая пружина, отошел в сторону, пропуская товарищей. Его команда прошла внутрь и начала озираться, рассматривая отделку помещения. — Ни к чему пока не прикасаться и к дверям не подходить, — распорядился Блад.

— Капитан, я тебя не узнаю, — искренне удивилась Алиса.

— Я доверяю своей интуиции, а здесь что-то не так. — Давление на мозг усиливалось, шелест в голове становился все явственней, и на мгновение Бладу показалось, что через этот фон помех пробиваются отдельные слова. Тем временем голограмма стражника переместилась в центр зала и вопросительно посмотрела на Алису. Та его взгляда не заметила, так как изучала в тот момент пол, пытаясь разобраться в хитросплетениях прожилок лабиринта. А вот от Блада этот взгляд не ускользнул. Он решительно двинулся вперед, заставив потесниться охранника, и, как только оказался в центре зала, пол словно ожил. Часть серых прожилок внезапно полиняла, они слились с общим зеленым фоном, оставшиеся линии налились черным цветом, превратившись в указующие стрелки, которые вели от центра ко всем шести дверям, а вдоль стрелок шли сопровождающие их надписи… на чистейшем русском языке!