Оруженосец в серой шинели - Александр Конторович

Постепенно Чирут освоил территорию и стал выходить на охоту за замковые стены. Он приносил белок, иногда – куниц или кротов, и складывал их у входа в комнату Пламены. Логен зверьков подбирал и отдавал их на выделку. Постепенно товарообмен между двумя враждующими лагерями «Логен – Чирут» наладился. И управляющий даже стал вести счет шкуркам, добытым котом, с удовольствием записывая все новые и новые охотничьи трофеи Чирута в отдельный лист. Из разряда нахлебников зверь перекочевал в категорию добытчиков – а в глазах управляющего это было очень весомым достоинством.

В конце зимы Чирут начал проявлять беспокойство и доводить обитателей замка своими брачными воплями. Коты вообще орут противно, а уж такой «красавец» вопил просто невыносимо, выделяясь этим среди прочих замковых обитателей. Видимо, он все-таки нашел себе даму сердца, потому что месяца через четыре во дворе появились четыре маленьких лопоухих котенка с пухом на шее – будущей гривой. Несмотря на их непривычный вид, котята сразу же нашли себе будущих хозяев – настолько ласковыми и общительными они все оказались. Стоило взять такого котенка на руки, как он тотчас же забирался под рубашку и, прижавшись к телу человека, замирал в блаженстве. И при этом они ещё и урчали – да так громко!

Пламена подружилась с музыкантами Мирны и часто проводила с ними время. Она немного играла на флейте, которую подарил ей один из музыкантов. Из окна ее комнаты часто можно было услышать медленные и печальные мелодии, полные гармонии и чувств. Однако играть на публике девушка решительно отказалась.

Но больше всего её интересовало оружие и все, что с ним связано. Поначалу солдаты немного посмеивались над ней и снисходительно показывали свои мечи, арбалеты и кинжалы, ухмыляясь в усы, объясняли особенности использования каждого оружия. Но после случая с Лексли зауважали и вполне серьезно стали относиться к любопытной (и чего уж там – достаточно миловидной) собеседнице. Конечно, Пламена с удовольствием бы порасспрашивала и сестер-монахинь об их способах обороны, но глубокое чувство неприязни, которое она питала к церкви и ее адептам, не позволяло ей сблизиться с ними. А вот история с Лексли заслуживает того, чтобы упомянуть о ней отдельно…

Месяц спустя.

Пламена сидела у себя в комнате и что-то шила из сыромятных шкур. Большая металлическая игла мелькала в ее руках. В дверь аккуратно постучались, и, переминаясь у порога, в комнату заглянул Лексли.

– Э-э-э… – красноречиво затеял разговор сержант. Девушка продолжала шить, не поднимая головы. – Добрый день…

Пламена незаметно, одними губами улыбнулась и произнесла в ответ:

– И тебе доброго дня.

Лексли беспомощно озирался по сторонам. Его взгляд упал на кота, который сидел на лавке и с безразличным видом вылизывался.

– Он все время будет на меня смотреть с подозрением? – спросил Лексли. – Я вроде бы не украл из его миски последний кусок!

– Ну… у него могут быть и другие мысли… украсть можно не только еду… – вежливо ответила Пламена и еще ниже опустила голову.

Лексли протянул руку к животному, но кот перестал лизаться и неприятно посмотрел на сержанта. Тот предусмотрительно убрал руку от греха подальше – если зверь вцепится, мало не покажется.

– Странно, но когда ты тренируешься, он себя гладить позволяет!

– Мало ли какие мысли возникают у него в это время? – пожала плечами девушка. – Может быть, он видит оружие в моих руках – и оттого спокоен?

– И это ты называешь оружием? – Лексли с сомнением кивнул в сторону непонятных палочек. – Не очень-то надежное… с виду. Малый цеп… слышал я и про него. Не то что против меча, против кола не устоит. Против невооруженного противника – не спорю, даже и от двоих-троих отбиться можно. Наши монахи для этой цели используют короткие дубинки, и, надо сказать, у них это неплохо получается. Даже и мечника могут победить. Впрочем, они и голыми руками способны такие штуки выделывать!

Лексли на мгновение замолчал, снова окинув внимательным взглядом оружие собеседницы.

– Ненадежная штука… – еще раз выдал он свой вердикт, уже скорее для себя, нежели для своей собеседницы.

Девушка на секунду задумалась и перестала шить.

– Попробуй – и ты будешь весьма удивлён результатом, – услышал он в ответ.

Сержант хмыкнул – девушка явно перла на рожон! Смелая!

– Уж если и выбирать себе оружие, то я бы на твоем месте взял парные кинжалы – это и для ближнего боя удобнее, да и как оружие – куда более надежно. Если хочешь, могу тебе дать пару уроков… да и кинжалы Гант для тебя подберет… или выкует новые.

Девушка с интересом подняла голову, перестав шить. Последовала долгая пауза, во время которой она явно оценивала предложение Лексли.

– Посмотрим… – задумчиво произнесла она.

«Н-да, хорошо поговорили», – подумал Лексли. Пламена опять вернулась к шитью, склонив голову над шкурами. Разговор явно заходил в тупик.

– Что шьешь?

– Заплечный мешок. Уже готов, – сказав это, Пламена отрезала прочную вощеную нить и покрутила мешок в руках.

– А дырка в стенке мешка такая большая зачем? – удивился Лексли.

– Это для Чирута, чтобы он мог спрыгнуть на ходу или спрятаться. Я даже палочки сюда вшила, чтобы дырка все время была бы приоткрыта – ему так легче залезать.

Пламена посмотрела на кота и улыбнулась. Тот выгнул спину, сладко потягиваясь, и спрыгнул со скамьи на пол.

– Вы так путешествуете? Он в мешке едет?

– Когда как: бывает, рядом идет, когда не охотится, а иногда – в мешке, особенно на людях, – она поджала губы. – Люди такого кота боятся, а он их тоже не очень-то любит, вот и прячем его.

Лексли почему-то тоже стало неприятно и даже неловко.

– Это ведь сложно так… и опасно, – вспомнив обстоятельства их встречи, осекся он.

– Мы привыкли, – четким и ровным голосом ответила Пламена.

Чирут подошел к Лексли и посмотрел на него снизу вверх.

– Тебе он тоже кажется страшным?

– Нет, конечно, – с сомнением в голосе произнес он. – Он даже… симпатичный, – с некоторым трудом выдавил из себя Лексли.

– Правда?

– Ну, да… вон какая грива, а уши – вообще. Сроду не видал более красивого… – сержант немного замялся, судорожно выискивая у Чирута что-нибудь еще, что хоть отчасти можно назвать красивым… с общепринятой точки зрения.

– Чирут? – Пламена посмотрела на кота – и тот с места, почти не напрягаясь, прыгнул на колени к сержанту.

Зверь оказался на удивление тяжелым, мягким и очень теплым. Лексли осторожно высвободил прижатую им руку и погладил кота по спине, каждую секунду ожидая молниеносного движения когтистой лапы, но ничего страшного не последовало. Чирут мягко рыкнул в ответ на сержантовы ласки, потянулся, вонзая в Лексли десяток острейших когтей, и спрыгнул на пол. Для первого раза с его стороны проявлений любви было достаточно.