Подруга главной героини - Рада Мэй

– Но из всех родственников только у моего сына есть родовой дар! – обиженно напомнила мать Даниэля.

– Довольно слабый. И вместо того, чтобы его развивать, он бегает за дешёвыми юбками!

Я тихо выдохнула, мысленно пообещав себе однажды припомнить Павлину и «низшие слои общества», и «дешёвые юбки».

–Ты прекрасно знаешь, насколько коварны могут быть женщины, особенно из определённых кругов. Вот она и обманула мальчика, вынудив принять зелье! – настаивала его сестрица, разжигая во мне злость. Вот уж семейка павлинов! Один другого стоят!

– Извините, я вам не мешаю меня обсуждать? – поинтересовалась, стараясь сдерживать эмоции. – Или в высших слоях общества так принято: приглашать за стол, чтобы было удобнее унижать и обвинять?

– В самом деле, Доротея, мы, кажется, договорились сначала спокойно поужинать, а уже потом переходить к общению, – неожиданно поддержал меня Паулинер. – К тому же для таких серьёзных выводов нужны неоспоримые доказательства. У тебя они имеются?

– Наша гостья всё равно ничего не ест, – холодно усмехнулась блондинка. – А насчёт доказательств сейчас узнаем, Арлиз!

На её зов вскоре явился дворецкий.

– Ты сделал, что я просила?

– Да, я проверил одежду госпожи Листард и нашёл это, – церемонно ответил слуга, предъявив небольшой флакончик с бесцветным содержимым, к появлению которого я уже была морально готова.

– А у вас всегда обыскивают гостей, господин Паулинер? – не удержалась я от недовольного выпада в сторону хозяина дома, уверенно глядя в холодные серо-голубые глаза.

– Нет, но обычно гости, даже те, кто желает мне смерти, не приносят в мой дом подозрительные зелья, – сухо ответил он и требовательно велел: – Арлиз, покажи, что там?

Аристократ взял пузырёк, посмотрел его на свет, открыл, понюхал и нахмурился. Наверняка приворотное. Теперь понятно, для чего всё затевалось!

– Я тоже ничего не приносила! Когда ехала сюда, никакого флакона в моих карманах точно не было. Но после того, как Даниэль лично отнёс моё пальто в гардероб, он там вдруг появился! – попыталась достучаться до Паулинера.

Он молча прожигал меня мрачным взглядом, в котором под тонной льда вдруг отчётливо мелькнула тень... разочарования, и это почему-то разозлило ещё больше. То есть я, значит, разочаровала его недостойным поведением, а то, что он мне тут устроил публичную порку – это нормально?!

– Она ещё и на Даниэля всё сваливает! Это возмутительно! – скривилась Доротея. Тут уж я не выдержала и уверенно потребовала:

– Согласна. То, что здесь происходит возмутительно. И если вы обвиняете меня в преступлении, то делайте всё по правилам. Вызывайте дознавателей! Пусть прямо сейчас проведут проверку!

– Какую ещё проверку? – вскинулась рассерженная блондинка.

– Вы ведь в курсе, что любое взаимодействие с приворотными средствами оставляет след, который считывается специальным сканером? Уверена, на моих руках такой след не обнаружится. В отличие от рук Даниэля! – уже спокойно объяснила я и, обращаясь к Паулинеру, настойчиво повторила: – Зовите дознавателей. Но если они докажут мою невиновность, вы извинитесь и навсегда оставите меня в покое!

Конечно, на самом деле я совсем не горела желанием снова встречаться с представителями закона. Просто надеялась, что этого не захотят и «гостеприимные» хозяева. И расчёт оправдался…

Глава 21

– Вот только дознавателей мне здесь не хватает, – сухо проворчал Паулинер. – Предпочитаю сначала во всём разобраться сам. А ты, смотрю, о приворотных средствах много знаешь, – добавил он, не спуская с меня ставшего непроницаемым взгляда.

Я тоже не отвела глаз и, не показывая волнения и страха, которые, конечно же, присутствовали, холодно ответила:

– Я уже год учусь на дознавательском факультете и многое знаю обо всём, что является нарушением закона. А ещё мне прекрасно известно, какое наказание предусмотрено за использование приворотных зелий. Так что я точно не стала бы так глупо подставляться. Да и ради чего? Я не люблю вашего племянника, так зачем мне его привораживать?

– Он мой наследник. Пока ещё, – напомнил Павлин.

– Но вы молоды и умирать в ближайшее время явно не собираетесь, так что это какая-то очень сомнительная затея. В чём выгода? – попыталась я воззвать к логике, постепенно успокаиваясь.

Похоже, он всё-таки не заодно с Даниэлем, а значит, есть надежда достучаться.

– Как-то душно стало, передайте мне, пожалуйста, прохладительный напиток, милочка, – обратилась вдруг ко мне Доротея, указав взглядом на стоящий рядом со мной небольшой изящный графин с голубоватой жидкостью.

Это удивило и напрягло. Показалось странным, что вместо того, чтобы ответить на мой выпад в сторону её сына, эта дама вдруг захотела освежиться. Неужто в жар на нервной почве бросило?

Надеюсь, она не собирается предложить мне выпить вместе? В напитке ведь что угодно может оказаться! Подать-то не сложно, а вот пить тут точно не стану. Я машинально протянула руку к графину и тут же её отдёрнула, когда в паре миллиметров от изящной хрустальной ручки мои пальцы снова будто кипятком обожгло.

– Извините, я слишком неуклюжая, чтобы прислуживать за таким столом, ещё разолью. Лучше попросите кого-нибудь из слуг, – сухо сказала я, больше не пытаясь повторить попытку. Тем более что дворецкий маячил неподалёку и прекрасно мог сделать всё сам.

Доротея скривилась, явно собираясь сказать что-то неприятное, но её опередил внимательно наблюдавший за мной Паулинер.

– Проблемы с рукой? – небрежно поинтересовался он.

– Проблемы с вашей посудой: она не позволяет к себе прикоснуться, – призналась, потирая всё ещё ноющие пальцы.

Мужчина вдруг поднялся, неторопливо обошёл вокруг стола, остановился возле меня и наклонился так близко, что я с трудом смогла сохранить хотя бы видимость спокойствия и не отпрянуть. И то только потому, что он не смотрел мне в лицо. Взгляд аристократа был прикован к чему-то, расположенному гораздо ниже. Ну не на грудь же мою он пялился в самом-то деле?!

– Какое интересное у тебя украшение, – констатировал он, наконец, и я удивлённо выдохнула. Так вот что привлекло внимание Паулинера!

– Позволишь? – продолжил он и, не дожидаясь ответа, вдруг осторожно взял мой кулон-каплю и наклонился ещё ниже, чтобы рассмотреть.

Меня окутал тонкий терпкий аромат дорогого парфюма с древесными нотками, заставив невольно затаить дыхание. Такое бесцеремонное вторжение в личные границы нервировало.

– Сделано из мальвинита, я полагаю. Понимаешь, что это значит, Доротея? – выпрямившись, обернулся мужчина к сестре.

– Не может быть!