Неугомонное трио - Егор Буров

– Ни то ни другое, – пожал плечами Тайран, – меня не волнует её личная жизнь. А вот тебя зацепила маркиза. Если захочешь близости, только намекни, и она всё исполнит, но коль возжелаешь большой и чистой любви, тебе придётся запастись терпением. Лично у меня нет столько времени, чтобы добиваться взаимности с взрослой женщиной, у которой сыновья почти мои ровесники. У нас с Арфой всё хорошо и мне не нужны другие подружки.

Буквально через минуту Тайрана огорошили известием, что у него появилась малолетняя невеста с синим зубастым приданым. Причём принцесса Рената говорила о помолвке, как о свершившемся факте. В финале речи она отвела взгляд в сторону и, снова заметив обезглавленный труп, перегнулась через фальшборт. Пока потенциальная императрица очищала желудок, Золотце тихо прокомментировала монолог.

– Кажется, накрылся тазом план по предотвращению гражданской войны. Принцесса витает в облаках и не собирается опускаться на грешную землю. Она до сих пор думает, что аристократы поддержат её кандидатуру на престол.

Арфа с удивлением посмотрела на золотоволосую подругу.

– А что не так? Вполне нормальный план выдать дочку за герцога из города Фландр. У Тайрана появится законный повод возглавить армию…

– Мидас сделал ход с драконоборцами, и не удивлюсь, если скоро сюда примчатся остальные мои братья и сёстры. Если произойдёт столкновение интересов, в небесном бою погибнут все взрослые драконы, и в империи останется молодняк. А десятилетнего дракончика может убить даже магистр при поддержке нескольких рыцарей. В результате лорды провинций поднимут мятеж и скинут с себя ярмо рода Дайкири.

– Но Тайран не допустит подобного, – возразила Арфа.

– Он, конечно, шустрый, но точно не всесильный. Если будет биться всерьёз, ему удастся убить одного или двух драконов, но тогда мы с ним точно поссоримся.

– Их вовсе необязательно убивать, – предложила платиновая блондинка. – Я бы могла отправлять драконов в долгий сон. А потом ты проведёшь с ними профилактическую беседу на тему мир, дружба, кукуруза…

– А кукуруза причём?

– Не знаю, но папа часто так шутил, – пожала плечами Арфа. – Я к чему всё веду, драконы не самые крутые бойцы и на них найдётся управа. Лысый в другом мире уложил парочку и не вспотел. Потом здесь гонял твою маму, и она чуть не обделалась от страха. Тайран, пока так не может, но теорию знает прекрасно. В принципе, я тоже понимаю, что нужно делать, так что мы вдвоём запросто усыпим десяток крылатых огнемётов.

– А как ты относишься к тому, что его хотят женить на дочке Ренаты?

– Фи, ревновать к слабой малолетке? Не смешно. Хотя, если он захочет приручить синюю драконицу, ради подобного можно потерпеть рыжую нахалку.

– А сама бы хотела стать напарницей дракона? – полюбопытствовала Золотце.

– Вот ещё! Тоже мне радость! Вот если покататься на шее…

– Забудь! – насупилась золотоволосая блондинка и, посмотрев на юг, сказала: – Как я и предсказывала, Мидас привёл семь почти взрослых драконов. Видимо он собирался демонстративно изгнать корабли ордена и показать, что заботится об империи.

Арфа указала на белого дракона, кружащего неподалёку. Внезапно он изменил направление и помчался на соединение с основными силами. Платиновая блондинка взглянула на золотоволосую подругу.

– Спорим, что они развернуться и улетят обратно?

– С чего ты так решила? – удивилась Золотце.

– Драконоборцы сбежали, и у Мидаса нет формального повода здесь находиться.

– И на что же ты хочешь поспорить?

– На покатушки! Когда мы обретём истинные тела, ты будешь возить меня на шее.

– Это слишком долго, – отрицательно покачала головой Золотце. – Давай так, если они развернутся, я прямо сейчас понесу тебя на загривке, а коль подлетят поближе, изображать лошадку придётся тебе. Согласна?

Арфа на мгновение задумалась и кивнула.

– Идёт! Но когда станешь драконом, ты тоже будешь меня катать!

– Или ты меня, – усмехнулась золотоволосая блондинка. – И помни, если начнётся бой, моих братьев нельзя убивать, только усыплять! И передай Тайрану, чтобы поумерил кровожадность, а то, коль войдёт в раж, утомимся считать трупы.

А Рената и Корде тоже заметили точки на горизонте. Как ни странно, никто из них не стал впадать в панику. Принцесса подозвала красную напарницу, и они со свёкром устремились в небеса, зависнув на пути гостей. С территории дворца поднялся серебристый Риуджин и Диор, два тёмно серых дракона с близнецами Даром и Дором, и синяя Цах-Уад вместе с Дариной.

Две группы крылатых огнемётов сблизились и зависли в воздухе. Переговоры проходили в агрессивной манере, но благодаря талантам политика, Корде сумел перевести диалог к конструктивное русло и убедил родственников в необходимости сотрудничества. Опытный царедворец представил битву с кораблями ордена в выгодном ракурсе и даже Эрик сын Артека подтвердил, что принцесса самозабвенно бросалась в бой на флагман. О том, что Диор всё сражение пролежал на земле, даже не упоминалось. Впрочем, и о роли Тайрана с двумя блондинками, захватившими фрегат, тоже не прозвучало ни слова. Зато описывались героические действия молодой Дарины, бросившейся в одиночку на линкор.

Один из родственников, некий Людвиг сын Корнела – напарник синего дракона, ехидно пошутил, мол, в роду Дайкири только женщины ведут себя как настоящие мужчины. Но к реплике отнеслись с прохладцей, ведь аристократы знали о доблести Корде – старый царедворец на протяжении полувека совершал облёты границ, и довольно часто управляя золотым драконом, отражал набеги дьяволов Ада.

К сожалению, младший сын почившего императора не мог лично присутствовать на этом импровизированном совещании, ведь Дайк сидел во дворце возле Мидаса и глядя в переговорное зеркальце, сыпал угрозами в адрес сестры. Дедушка пытался утихомирить внука, но получалось только хуже – посмотрев на поведение старшего брата, нынешний претендент на престол повёл себя ещё более заносчиво, и в результате Мидасу пришлось прервать связь, напоследок кинув фразу о разделе трофеев.

И надо признать, всего одна фраза полностью разрушила наведённые мостки взаимопонимания. Мотивируя тем, что в бою участвовало всего два почти взрослых дракона, один из которых принадлежал Эрику, Людвиг потребовал половину добычи. Его поддержали родичи и заявили, что готовы снизить планку, но с условием, что им полностью отойдёт фрегат. Тогда столичные гости не станут претендовать на сбитый линкор.

Корде переглянулся с Диором и заявил, что готов уступить летающий корабль. Однако выдвинул условие – новые владельцы сами выставят тех, кто сейчас находится на судне. Неизвестно, чем бы закончилась подобная подстава,