Принцесса для младшего принца - Вера Чиркова

– Ага, – довольно кивнула та, запила пирожок молоком и подняла на него зелёные глаза, – садитесь и наслаждайтесь зрелищем, дорогой родственник. У меня просто душа цветет… вот.

В доказательство Лира взяла в руки пахучий южный фрукт, подержала немного в руках, любуясь стремительно выросшей из него веточкой. За короткие секунды ветка выбросила нежные листики и целый пучок бутонов, тут же распустившихся в душистую бело-розовую гроздь.

– Примерно так, – лукаво хмыкнула Лира и поставила полученное растение возле сестры, – дарю.

– Спасибо, но не забудь потом посадить его в оранжерее, – понюхала Илли цветочки и повернула голову к Канду. – Извини, но мне нужно тебя предупредить…

В дверь постучали, и появился Гарстен, но понять это можно было только по форменным штанам и сапогам. Всё остальное было загорожено корзиной с огромным букетом белых роз.

– Поздно, – грустно вздохнула Лира, кивая на эти цветы. – Полковник, вы нанесли мне сотню ран в самое сердце.

– Я принесу и вам такой же букет, сеньорита, – «обрадовал» дриаду воин, решивший, что она шутит. – Как только вас можно будет поздравить с помолвкой.

– Спасибо, Гарс, – так же уныло сообщила Илли и озабоченно оглянулась на встревожившегося Кандирда. – Отдай, пожалуйста, приказ садовникам не срезать больше бутоны и цветы, только засохшие. И во дворце лучше не ставить срезанных цветов… для дриады это нестерпимая печаль.

– Дьявол, – расстроился офицер. – Но я же даже не представлял, нужно было предупредить. Сейчас унесу.

– Стой, – скомандовала Лира, – поставь сюда, теперь мне придётся вырастить всем им корни… а садовникам выкопать сотню ямок.

– Вы звали? – на звонок непрерывно дергающего шнурок принца в дверях появился мажордом, определённо поднятый в такую рань сообразительными слугами.

– Немедленно прикажи всем с этого момента не рвать и не срезать в моём парке ни одного бутона или цветка. Во дворец строго запрещается вносить даже один цветочек, – жестко скомандовал Кандирд и вопросительно глянул на Лиру: – Ещё есть желания?

– Если что-то срезали, – ответила за сестру Илли, вдруг сообразившая, какую несусветную глупость она сделала, скрыв от любимого свою сущность, – пусть поставят в оранжерее и готовят горшки. Придётся сажать.

– Немедленно, – подтвердил приказ принц, и заметно расстроенный мажордом испарился со скоростью звука.

– Я должна ещё что-то тебе сказать, – чуть виновато глянув на любимого, пробормотала Илли. И он не выдержал, бережно обнял её за талию и подвинулся к невесте ближе. – Только, Гарс, предупреди, чтобы никого не пускали. Сам можешь остаться… и, если придут Ингирд или Седрик, тоже пусть остаются.

– Хорошо. – Офицер вышел отдать приказ и вернулся с серебряным чайником. – Это кипяток.

– Давай сюда, – обрадовалась Лира, – а корзину можешь уже поставить возле невесты. И садись. Дума-ю, она наконец набралась храбрости… признаться.

– Только я хотела бы, чтобы для всех остальных это пока оставалось секретом, – ещё тяжёлее вздохнула Илли и подняла на встревоженного принца глаза, – прости… я не сказала о себе всей правды. Вернее, всё, что я говорила раньше, до того дня, как нас поймал колдун, было чистой правдой, но вернулась я из своего мира… немного не той, что была.

– Ключевое слово – «немного», – сердито фыркнула Лира. – Илли, уж раз ты замахнулась, так бей. Короче, я сама объясню лучше неё. Сама она ни капли не жалеет, что изменилась, хотя произошло это не по её воле и совсем не по её вине. И это было предопределено давно… только она ничего не знала. Я, впрочем, тоже. Все готовы узнать страшную тайну? Илли теперь такая же дриада, как я. Потому и не любит больше срезанных цветов.