Две сестры. Честь рода - Елена Малиновская

– И ты вздумал переквалифицироваться в охотника за призраками? – с нескрываемым скепсисом в голосе поинтересовалась я.

– Я захотел помогать людям, попавшим в тяжелую ситуацию, – мягко поправил меня Лукас, поморщившись от прозвучавшего в моем вопросе сарказма.

Я торопливо опустила голову, пряча в тени кривую усмешку. Если говорить откровенно, то я весьма сомневалась в том, что Лукас поступил разумно. Конечно, жуткая гибель жены и предательство брата послужили для него страшным потрясением, но я очень сомневалась, что из артефактника может получиться достойный экзорцист. Все-таки у каждого мага свой талант и свое предназначение в жизни. Я уж молчу про то, что недавние несчастливые события в Аерни, на мой взгляд, убедительно доказали: Лукасу лучше не вмешиваться в борьбу со слугами Альтиса. Это не его дело и не его головная боль.

– Сомневаешься в том, что я способен добиться успеха на этом поприще? – спросил Лукас, верно истолковав мое красноречивое молчание. Гордо вскинул голову, явно обиженный на мое недоверие. – Ну и зря! За эти полгода я уже участвовал в нескольких охотах на призраков. Правда, лишь одна из них была настоящей, в остальных случаях пришлось иметь дело со слишком бурной фантазией владельцев дома, но все равно. Я стою перед тобой живой и невредимый, а значит – я справился! Первый шаг по этой дороге уже сделан, и я не намерен никуда сворачивать с нее.

– Кто я такая, чтобы осуждать чужой выбор? – Я флегматично пожала плечами в ответ на несколько истерический выкрик собеседника. Подумала немного и зловредно добавила, напоследок постаравшись уколоть Лукаса как можно больнее: – И тем более я не имею права это делать, поскольку нас ничего не связывает. Твоя жизнь – твои решения.

Судя по всему, мой выпад угодил прямо в цель. Лукас помрачнел и отвел глаза. На неполную минуту между нами воцарилось молчание. То самое молчание, которое хочется разорвать отчаянным криком, лишь бы оно перестало давить тебе на уши и царапать сердце острыми безжалостными когтями безысходности.

– Да, ты права, – наконец, так тихо, что мне пришлось напрячь весь свой слух, проговорил Лукас. – Это моя жизнь и мое решение. Поэтому хватит об этом. Все равно получается переливание из пустого в порожнее. В итоге каждый останется при своем мнении. И потом, на данный момент у нас есть проблемы намного серьезнее, не правда ли?

Я не успела ответить ему. В следующее мгновение тишину старого дома прервал чей-то отчаянный крик. Он прозвучал настолько внезапно и практически сразу захлебнулся в полустоне-полувздохе, поэтому я даже не поняла, кому он принадлежит, мужчине или женщине.

Лукас стремительно бросился к дверям, повелительно кинув мне:

– Оставайся здесь! Это совсем рядом.

Ага, как же! Ни за что на свете я не стала бы выполнять его приказаний. Тем более что сама мысль о том, что я останусь совершенно одна в полутемной комнате, напугала меня куда сильнее, чем гипотетическая возможность увидеть нечто страшное в компании Лукаса. Все-таки, как ни крути, но он маг, а следовательно, с ним я должна быть в большей безопасности.

И я, не задумываясь больше ни на миг, со всей возможной скоростью рванула вслед за ним. Благо что ему было крайне затруднительно затеряться среди комнат третьего этажа, поскольку, о чем я уже упоминала раньше, почти все они оказались заблаговременно запертыми моим предусмотрительным и коварным сводным братом.

Выскочив в коридор, я почти сразу увидела, где мне надлежит искать Лукаса. Лишь одна дверь, помимо ведущей в мою спальню, была распахнута настежь. На пороге комнаты, расположенной практически напротив покоев, выделенных для моего проживания, замер Лукас, вглядываясь во что-то, пока мне невидимое.

Неожиданно на меня навалилась свинцовая усталость. Мне как-то разом перехотелось узнавать, что же произошло. Слишком сильное напряжение угадывалось в фигуре мага. Он словно постарел за один миг на несколько лет – такие глубокие морщины вдруг избороздили его лоб.

Медленно, словно нехотя, я сделала шаг, затем еще один. Подошла к Лукасу и встала за его спиной. Прекрасно понимая, что потом страшно пожалею о своем поступке, приподнялась на цыпочки, бросив опасливый взгляд поверх его плеча.

Увы, в этой комнате под потолком плавал магический шар, заряженный энергией до предела. Поэтому яркий безжалостный свет не оставил простора для недосказанности, явив неутешительную картину произошедшего как на ладони.

– Не надо, Хлоя, не смотри, – тут же очнулся Лукас. Повернулся ко мне, увлекая в сторону, но было уже поздно. Увиденное навсегда запечатлелось в моем мозгу, чтобы потом наверняка не раз явиться в самых жутких ночных кошмарах.

Прямо по центру комнаты лежал Вильгельм, мой сводный брат. Точнее, я решила, что это он, по знакомой одежде и светлым растрепанным волосам, испачканным чем-то красным. А затем мои глаза скользнули чуть ниже, и мои колени моментально налились предательской слабостью, превратившись в подобие горячего киселя. Беда была в том, что у несчастного, распластанного навзничь на старинном дорогом ковре, отсутствовало лицо. Тошнота подкатила к моему горлу при одном взгляде на заменившую его бесформенно-кровавую маску. И я послушно уткнулась Лукасу в плечо, позволяя ему увести меня прочь.

* * *

Я никак не могла согреться, хотя и сидела рядом с растопленным камином в одной из гостевых спален на втором этаже. Веселое оранжевое пламя практически лизало носки моих осенних башмаков, а я продолжала зябко растирать ладони, не в силах избавиться от жуткой картины человека без лица, застывшей перед моим внутренним взором.

– Выпейте, вам станет легче. – В следующее мгновение Герда мягко тронула меня за рукав, и я очнулась от невеселых воспоминаний. Удивленно посмотрела на нее, не сразу поняв, что именно она от меня хочет, но затем заметила в ее руках поднос с двумя бокалами горячего вина, от которых исходил легкий аромат каких-то специй. Послушно взяла один из них, а второй Герда отнесла к большой кровати, где под тяжестью двух одеял изнемогала Габриэль.

– Я хочу встать! – в десятый, наверное, раз взмолилась бедняжка, пока Герда взбивала за ее спиной подушки, помогая устроиться удобнее. И тут же зашлась в приступе лающего кашля, при звуках которого у меня снова закололо сердце.

Герда недовольно покачала головой, но промолчала, видимо, устав объяснять, что если она пойдет на поводу у желаний столь внезапно заболевшей девушки и позволит ей это безрассудство, то тем самым навлечет на себя гнев Гилберта. Затем подоткнула одеяло под мирно спящую Анну, приткнувшуюся на другой стороне гигантского ложа. К счастью, моя сестренка всегда отличалась глубоким и спокойным сном, поэтому наши перешептывания и поднявшаяся после неожиданной страшной находки суета нисколько не помешали ее отдыху. Наверное, правильнее было бы уложить ее в отдельной комнате, но я боялась оставить ее одну даже на мгновение. Сдается, Вильгельм был прав, и болезнь, уже накинувшая свое гибельное покрывало на бедняжку Габриэль, имеет магическую природу, а значит, нет никаких способов защититься от нее. А учитывая новые обстоятельства и смерть моего сводного брата, нам надлежит держаться вместе.