Берсеркер Скверны - Руслан Мельников

Хотя, кто знает, может быть, только такой непростой человек и сумеет удержаться у власти?

– Что старшие купцы из Гильдии? – неожиданно сменил тему Игорь. – Так и не изъявили желания торговать с поморами?

– Нет пока.

– Другие купцы? Которые помельче?

– Тоже нет.

– Понятно, – хмыкнул князь. – Вот в этом они все, торгаши наши. Сами первыми за пределы княжества ни в жисть не полезут и товары по неизвестному маршруту не повезут. Сначала посмотрят, как у тебя получится, потом, может, и присоединятся. Но это даже к лучшему. Мне сейчас предпочтительнее иметь дело с тобой, чем с Гильдией.

Виктор озадаченно поднял брови:

– А чему ты удивляешься? Гильдия сильна и богата, имеет много свобод и с волей князя почти не считается. А если она еще и получит доступ к старым складам, влияния у Гильдии окажется побольше, чем у меня. Это вряд ли пойдет на пользу княжеству. Как считаешь?

Его, похоже, спрашивали всерьез и ждали честного ответа. А как ответить? Чтобы дать ответ на такой вопрос, не мешало бы знать, чего сам князь опасается больше: что купцы Гильдии навредят княжеству или что его, Игоря Сибирского, лишат княжеского престола.

До Виктора доходили кое-какие слухи о трениях между князем и купцами, но он старался держаться от всего этого подальше. Наверное, поэтому и не подозревал, что противоречия настолько глубоки. Не-е, ну ее в баню, внутрисибирскую политику и связанные с ней интриги. Виктор не желал вмешиваться в княжеско-купеческие разборки.

– Я сам купец Гильдии, княже, – на всякий случай напомнил Виктор.

– Знаю. Формально – да. Иначе тебе не позволили бы торговать. Но речь сейчас не об этом. Ты… м-м-м… – князь наморщил лоб, – как бы это сказать… Неправильный купец какой-то ты – вот.

Так-так-так! А ведь не первый раз приходится слышать о себе подобное. Казачий атаман Степан как-то говорил те же слова. Да и покойный А-Ка недвусмысленно намекал, что Виктор занимается не своим делом. Теперь вот князь…

– К тому же с Гильдией у тебя, насколько я знаю, отношения не так чтоб очень… – добавил Игорь Сибирский.

Надо же! Князь, оказывается, успел навести справки. Отношения с Гильдией у Виктора и в самом деле были не то чтобы слишком натянутые, но и не близкие. По большому счету, их не было вообще. Никаких. Игорь прав: вступление в Гильдию являлось для Виктора лишь необходимой формальностью. И для Виктора, и для самой торговой Гильдии.

– Ладно, – махнул рукой князь, не дождавшись ответа. – Не хочешь обсуждать это – не надо. Не желаешь служить мне – что ж, воля твоя. Тогда послужи Сибири.

Виктор вздохнул с облегчением. Кажется, неприятная часть разговора закончилась.

– Сибири служить всегда рад.

– Сделаем так, – князь заговорил сухо и по-деловому. – Отправим первую партию горючки с поморским судном и посмотрим, что из этого получится. Все расходы – мои. Снаряжение, припасы – тоже. Топлива возьмете столько, сколько сможете увезти. Если все пройдет удачно и если поморы помогут найти хотя бы один старый военный склад, ты получишь свою долю.

– Какую? – уточнил Виктор.

– Десять процентов устроит?

Виктор не ответил.

– Хорошо, двадцать.

Он снова промолчал, глядя в раскрасневшееся лицо Игоря. Князь не умел торговаться, хотя и очень старался.

– Так и быть, треть твоя, – раздраженно дернул усом Игорь. – На большее не рассчитывай. По рукам? – Князь протянул ему руку.

Виктор пожал княжескую ладонь. На большее – на равную половину, например, – он губу не раскатывал: князья ни с кем не делятся пополам. Но и треть с оружейного склада, вроде того, на который они набрели в Подмосковье, – уже немыслимое богатство.

– Люди на корабль нужны? – спросил князь.

– Да, – не раздумывая, ответил Виктор. – Мы потеряли несколько человек. Команду не мешало бы пополнить.

– Я подскажу, кого взять, – кивнул Игорь.

– Извини, княже, но позволь нам самим набирать людей, с которыми мы поплывем.

Игорь недовольно нахмурился.

– Ты своевольный человек, Золотой, – задумчиво произнес он. – Не всякий осмелится перечить князю.

Виктор снова не стал ничего говорить.

– Ладно, набирайте людей. Жалование добровольцам – тоже моя забота. Заплачу столько, что отбоя от желающих не будет.