Предательство - Фиона Макинтош

Усталость еще не ушла, но Тор чувствовал себя едва ли не заново рожденным. Ему удалось залезть в ванну, а потом переодеться в чистое. Позже внизу, среди веселящихся ратников, он внезапно понял, что не знает никого в этом городе — в отличие от этих бодрых здоровяков, которые съели вместе не один пуд соли.

Правда, при виде тарелки жаркого и кружки крепкого эля настроение Тора немного поднялось. Служанка, которая таким образом осчастливила его, тут же исчезла, и ее скрыла стена могучих торсов, обтянутых потными рубахами. Цвет ее волос заставил Тора вспомнить об Элиссе, и юношу снова охватило отчаяние. Куда она уехала? Почему не оставила ему записки? Ответа на эти вопросы не было, как и прежде. Надеясь неизвестно на что, юноша наугад послал зов, как когда-то делала она. Ничего. Только чернота. Тор сунулся туда, точно кочергой в золу, пощупал… Никаких следов. Нет даже намека на запах, по которому Тор узнавал Элиссу.

Увлеченный поглощением пищи, которой настоятельно требовало его тело, и мыслями об Элиссе, Тор не заметил, как в зале появилась новая компания. И только когда один из новоприбывших отстегнул ножны своего меча и положил их на стол Тора, юноша вздрогнул, поднял кружку и отсалютовал, а потом сделал большой глоток.

— Твое здоровье, Гинт, — поднимая свою кружку, тихо ответил Кайрус. — Как поживает твой уродец?

— Его зовут Клут, господин прайм-офицер, — Тор выдержал пристальный взгляд воина. — Лекарь сказал: мало надежды, что он дотянет до утра.

Прайм-офицер откинулся на спинку стула и потер глаза, серые, как сталь.

— Интересный ты парень, Тор Гинт. Расскажи мне о себе.

Он понравился Тору — и с этим ничего нельзя было поделать. Кайрус выглядел таким открытым и дружелюбным. Несомненно, этот человек был умудрен жизненным опытом, образован, но не боялся применить грубую силу, если нужно. Чутье подсказывало Тору, что его отличает верность и преданность, что он сперва позаботится о своих людях, а потом о себе, и превыше всего для него долг перед государем.

— Рассказывать особенно нечего, прайм-офицер Кайрус. Я не так давно покинул деревню, где родился и вырос… а теперь направляюсь в Тал.

— Ешь, ешь, — Кайрус улыбнулся и кивком указал на тарелку, где остывало мясо.

Тор послушно принялся за еду. Прайм-офицер подозвал проходящую мимо служанку и заказал еще кружку эля — его кружка уже опустела.

— А сколько тебе лет?

— Достаточно, — с набитым ртом буркнул Тор. Этот вопрос его смутил.

— Ты направляешься в Тал… Зачем?

— Почему бы и нет? Если разобраться, в столице больше всего шансов поймать удачу за хвост.

Тор чувствовал себя так, словно за хвост поймали его самого.

— Твой отец — крестьянин, Торкин? Значит, запомнил его имя. Впечатляет.

— Нет, сударь. Он писарь, ездит по окрестным деревням. А наша деревня называется Гладкий Луг. Знаете это место?

— Конечно. По крайней мере, ваш постоялый двор помню очень хорошо. Я частенько там останавливался… хотя это было давно. А почему твой отец согласился отпустить такого умного парнишку в столицу вместо того, чтобы передать ему свое дело? Мне это кажется странным.

Тор сделал вид, что ему очень важно вылить себе в глотку последние капли эля, хотя его кружка опустела несколько минут назад. Ему было необходимо выиграть время, чтобы обдумать ответ. Прайм-офицер был честным человеком, в этом Тор не сомневался… но слишком любопытным.