Астро. Любовник Кассиопеи - Эдуард Тополь

— Иди за мной, — приказала она мне и уверенно направилась прямо на глухую стену своей капитанской рубки. В тот же миг эта стена растворилась в воздухе (да, буквально растворилась, исчезла) и FHS-77427 шагнула в кабину того самого шлюза, по которому два (или три?) дня назад мы с ней спустились с капитанского мостика-балкона в ее покои. Теперь эта кабина вознесла нас вверх, ее раздвижные стены распахнулись в черную и жаркую калифорнийскую ночь, и FHS, не останавливаясь, вышла наружу.

Позавидовав неземной мощности лазера, способного отправить информацию на расстояние в двадцать тысяч световых лет, я шагнул за FHS из кабины шлюза. И тут же душный калифорнийский воздух, обильный влагой, но бедный кислородом — во всяком случае, после его избытка внутри «Н-1» — саданул мне в лицо, как нокаут.

На мостике-балконе мерно и громко, как метроном, клацали незримые часы, и внизу, за этим большим, величиной с теннисный корт, балконом был не столько виден, сколько угадывался темный и полумертвый Лос-Анджелес. А над балконом нависали яркие киношные прожекторы, в их лучах кружились наши земные бабочки и почти неподвижно парила инопланетная охрана — все те же исполинские нелюди в рогатых шлемах и зеленых комбинезонах. И штук двадцать таких же тварей стражами-стоунхендами стояли по краям этой площадки.

FHS вышла в центр ее, к стойке с самым простым земным микрофоном, и сразу несколько паривших над площадкой рогоносцев с видеокамерами в своих лапищах нырнули с высоты к ней поближе.

FHS подняла руку, метроном тут же умолк.

— Жители Калифорнии и других западных штатов Америки! — произнесла FHS. — Мы, первооткрыватели Земли и основоположники земной цивилизации, вернулись на Землю по решению Межпланетного Комитета, чтобы пресечь ваши несанкционированные Комитетом полеты на Луну и другие планеты. Я, капитан «Н-1» и командующий вашей территорией, объявляю о закрытии всех церквей, школ, университетов, дискотек, кинотеатров и библиотек, введении комендантского часа с восьми вечера до семи утра и срочной регистрации всех мужчин начиная с грудного возраста. Интернет и мобильная связь отключаются. Ваши телевизоры и радиоприемники будут включаться только с моего разрешения и только для объявления моих распоряжений. Подача электроэнергии будет соответственно ограничена. Изымаются все драгоценные металлы и ювелирные изделия. Подлежит добровольной сдаче и конфискации вся женская одежда, за исключением одного комплекта носильных вещей. Все попытки нарушения установленных мною правил будут караться незамедлительной смертью, невзирая на возраст нарушителя. А теперь передаю слово моему фавориту, капитану военно-морских сил США Стиву Виндсору, — и, повернувшись ко мне, FHS властным жестом подозвала меня к микрофону.

Я ошарашенно молчал — так вот для чего меня вытащили из камеры-одиночки и одели в парадный мундир! А я и не знал, что вступил в должность ее фаворита…

— Говори! — приказала мне FHS, и я вдруг ощутил, как у меня в мозгу сами собой возникают слова «мы должны подчиниться мудрому руководству», «мы обязаны выполнять» и т. п.

Я возмущенно встряхнул головой и мысленно послал ей «Roger!» — конец связи. А себе сказал: всё, будь мужчиной, это твои последние слова жене, дочке, родителям и всей Америке.

И взял в руки микрофон.

— Гм… Дорогие американцы! — произнес я. — Братья и сестры! Что я могу сказать? История человечества кончилась. Но история каждого человека продолжается до тех пор, пока он жив. Я надеюсь, что те, кто выживет, начнут все сначала. Молитесь Господу! God bless America![8]

Тут FHS выхватила у меня микрофон.

— Ты слишком умный! — бросила она сквозь зубы и вырубила эфир.