Вампиры города ветров - Хлоя Нейл

Нападение на меня любезно позволили сохранить в тайне. Факт, что Мерит стала вампиром, был общеизвестен, способ — нет. По крайней мере, среди людей. — В итоге она была наказана за участие в этих убийствах и лишена возможности жить в Соединенных Штатах, а также свободы передвижения.

Мой живот свело от утаиваемой информации (что Селина освобождена и не тянет срок). Но даже маленькое дополнение вызовет панику, поэтому я оставлю сие удовольствие для Этана и остальных Мастеров.

Я изобразила на лице непрошибаемый профессионализм.

— Если у вас есть вопросы касательно реакции Домов на это наказание, — добавила я, — могу направить вас к нашим сотрудникам по связям с общественностью.

Съешь это, Брекенридж!

Он именно это и сделал, нахально подняв бровь:

— Вот чего жителям Чикаго следует ожидать от вампиров, живущих среди нас? Убийства? Беспорядков?

— Вампиры живут в Чикаго много лет, Ник. — Назвав его по имени, я спровоцировала любопытство других фотографов. Некоторые опустили камеры и переводили взгляды с меня на него и обратно, вероятно удивляясь нашему диалогу. — И мы мирно сосуществуем уже очень долго.

— Так ты говоришь, — заметил Ник. — Но откуда нам знать, что все нераскрытые убийства в городе не совершены вампирами?

— Судишь всех вампиров по поступкам одной паршивой овцы? Отлично, Ник.

— У вас у всех клыки.

— И это оправдывает предубеждение?

Он снова пожал плечами:

— Если есть основания.

В его голосе сквозила враждебность. Меня поставила в тупик ее причина. Ник и я расстались еще в университете, отправившись учиться в разные колледжи: Николас — в Йель на журналистику, я — на английскую филологию в Нью–Йоркский университет. Наш разрыв не был особенно драматичен. Мы оба пришли к выводу, что нам лучше быть друзьями, а не партнерами. Время от времени созванивались и обменивались е–мейлами. Все! Или это мое воображение?

И эта странность не была единственной. Если Брекенриджи собирались нанести удар по вампирам, почему перчатку бросил Николас, а не Джейми? Происходило что–то странное.

— Мерит, Мерит!

Я отвела взгляд от Николаса, не в силах вынести горечь в его глазах.

— Мерит, ходят слухи, что вы встречаетесь с Морганом Гриером, это правда?

Теперь мы вернулись в прежнее русло. Справедливость пострадает, если мы начнем обсуждать секс.

— Как Страж Дома Кадогана, я встречаюсь с мистером Гриером довольно часто. Он один из чикагских Мастеров, как вы все знаете.

Они хихикнули при моей попытке уклониться от темы, но продолжили настаивать:

— Как насчет легкого романа, Мерит? Вы двое — горячая тема. Наши источники говорят об этом.

Я широко улыбнулась репортеру, худому мужчине с густыми светлыми волосами и недельной щетиной.

— Скажите мне, кто ваши источники, — предложила я, — и я отвечу на вопрос.

— Простите, Мерит. Не могу. Но они надежные. Клянусь!

Стая репортеров засмеялась от нашего обмена репликами.

Я ухмыльнулась в ответ:

— Очень жаль ломать ваши воздушные замки, но мне платят не за то, чтобы я верила кому–то на слово.

Карман жакета завибрировал — мобильник. Меня не радовала мысль оставлять загадочно рассерженного Брекенриджа за спиной, особенно среди любопытных людей с записными книжками и камерами, но я не собиралась говорить по телефону на виду у любопытствующих репортеров. Кто бы ни звонил! Кроме того, мне надо было продолжать осмотр — впереди еще много забора Дома Кадо–гана. Звонок телефона дал мне повод удалиться.

— Доброй ночи, джентльмены, — сказала я и ушла, пока они продолжали выкрикивать мое имя.

Вытащив вибрирующий мобильник из кармана, я взяла себе на заметку сообщить Люку и Этану о последних изменениях в деле Брекенриджей. Как только выясню, что, черт возьми, происходит! Либо у нас неинформированный источник, не отличающий братьев Брекенриджей, либо плохой, пытающийся увести нас в сторону. Не уверена, что хуже.

Я шла по дороге, поднеся телефон к уху. Вспышки камер все еще разрывали темноту позади меня. Как только я ответила, начались вопли. Я прижала телефон к другому уху:

— Мэллори? Что случилось?

Я сумела разобрать лишь несколько слов: «орден», «Катчер», «магия», «Детройт» — и то, что я сочла причиной звонка, — фразу «три месяца».

— Успокойся, пожалуйста. Я ничего не понимаю.

Словесный поток замедлился, но она разразилась руганью, шокировавшей даже мои привычные уши вампира.

— …и если эта задница думает, что я поеду в Детройт на три месяца на какую–то там стажировку, он серьезно ошибается. Серьезно! Клянусь богом, Мерит, я прибью следующего же человека, который произнесет при мне слово «магия».

Легко догадаться, что «задницей» был Катчер, но остальное — путаница.

— Не пойму, Мэл… Катчер хочет отправить тебя на три месяца в Мичиган?

Я услышала ритмичное пыхтение, как будто она выполняла дыхательные упражнения по методу Ламаза во время длинной схватки.

— Он разговаривал с кем–то из Ордена. Союз или не союз, но Орден, видимо, не имеет местного представительства в Чикаго. Несмотря на то, что мы третий, черт возьми, по величине город в стране. В любом случае это не твоя проблема, сплошное историческое дерьмо. Он получил пинка под зад, так что они хотят отправить меня в Детройт, чтобы какой–то тип–волшебник научил меня избегать. соблазна публично использовать магию, которую я, вообще–то, не знаю, как использовать. Это нелепо, Мерит! Нелепо!

Я продолжала идти, пытаясь обращать внимание на происходящее вокруг под аккомпанемент ее воплей. Мне было бы намного проще разобраться, если бы не надо было беспокоиться обо всяких троллях и орках, которые могут выскочить из–за фонаря. О–о–о… Я остановилась. Есть ли орки в Чикаго?

— Я должна уехать через два дня! — сказала Мэл. — И это натуральный удар по яйцам: никаких поездок в Чикаго, вылазок из Детройта вообще, пока не закончу интернатуру.

— Не уверена, что у девушек есть яйца, — заметила я — но твою мысль я уловила. Катчер давно связан с Орденом. Разве он не может ничего сделать?

Мэллори фыркнула:

— Жаль, но нет. В двух словах: Катчер утратил старшинство и все остальное, когда решил остаться в Чикаго.Видимо, поэтому они и вышвырнули его — он хотел остаться здесь, а они не купились на то, что Ордену нужен волшебник, тем более местный, в Чикаго. Сейчас у него мало влияния. Ты знаешь, ужасно, что нет школы волшебников с неполной занятостью, — сказала Мэллори.

— Магический колледж или что–то в этом духе. Да?

Я улыбнулась возникшей паузе в разговоре и донесшемуся бормотанию. Дескать, он стоит тут, пока она именует его задницей. Вспоминая тренировки, которые Катчер устраивал мне в последнее время, я была рада знать, что ему тоже достаётся. Точнее, я понимаю необходимость подготовки к худшему, особенно с тех пор, как Селину освободили. Но заставлять девушку столько раз уклоняться от свистящего клинка древнего самурайского меча — это чересчур.