Третье правило стрелка - Сергей Мусаниф

— Бесплатно? — уточнил Гарри.

— Совершенно бесплатно.

— И они будут здесь уже через полчаса? — уточнил Гарри. — Значит, они где-то неподалеку. Возможно, нам стоит самим их поискать.

— Даже не пытайтесь, — сказал гном. — Они довольно далеко отсюда и придут тайными проходами гномов, которые вы никогда не найдете. Под нашими горами не выжить без проводника. Или без карты.

— Ладно, уговорил, — сказал Гарри, вытаскивая кошель и отсчитывая двенадцать золотых монет.

Гном снова повел носом.

— Я же говорил, что у них низкая проба, — сказал он. — Надо было просить пятнадцать.

— Эй! — запротестовал Гарри. — Мы так не договаривались!

— Не бойся, я уже назвал цену, — сказал гном. — Ждите, через полчаса за вами придут гномы из МОССАДа. Можете потратить это время на моральную подготовку к встрече. Уверяю вас, она будет незабываема.

Гном захлопнул дверь перед носом Гарри и Джека, и они услышали звук задвигаемых засовов.

— Какую историю мы расскажем этим парням, когда они сюда явятся?

— Историю о спасении вселенной, разумеется, — сказал Джек. — Первое правило стрелка — всегда говори правду.

— Неужели действительно есть такое правило?

— На самом деле оно немного длиннее, — признался Джек. — Всегда говори правду, если она тебе выгодна и ты не можешь придумать историю получше.

— А ты не можешь?

— Как-то ничего в голову не приходит, — сказал стрелок. — Главное — напустить побольше тумана, чтобы они отвели нас вниз, к своему начальству. Ни к чему сразу же заявлять им, что мы пришли забрать Молот. Иначе гномы могут нас неправильно понять.

— Не представляю, что тут можно неправильно понять, — сказал Гарри и закурил сигарету.

Стрелок уселся прямо на землю, поставив саквояж рядом с собой. Ему-то хорошо сидеть на земле, подумал Гарри. Надо и мне обзавестись кожаными штанами, а если я присяду в этих, то остаток дня проведу с мокрой за… тыловой частью.

— Этот гном — жмот, — сказал Гарри. — Если все гномы похожи на него, то они запросят за Молот столько золота, сколько может поместиться у них под землей.

— Он не жмот, — сказал Джек. — Просто ты не умеешь торговаться.

— Я умею торговаться, но этот тип оказался слишком прижимист, нам срочно нужно было отыскать путь под землю, и я не видел другого способа, кроме как заплатить ему требуемую им сумму, и я не виноват, что с каждым разом эта сумма все возрастала…

— Иными словами, ты не умеешь торговаться, — заключил стрелок.

— А ты мне совсем не помогал.

— Переговоры должен вести кто-то один, — сказал Джек.

— Это первое правило стрелка?

— Нет, это первое правило бизнеса.

— Я думал, первое правило бизнеса: сделай как можно больше денег.

— Хорошо, тогда правило насчет переговоров — второе, — согласился стрелок. — Когда два типа, находящиеся на одной стороне, начинают перебивать друг друга, представители противной стороны делают о них весьма нелестные выводы. В нашей же ситуации этот гном сделал нелестные выводы только о тебе, а меня он считает умным и, следовательно, главным в нашей паре.

— Раньше ты говорил, что я главный.

— К счастью, гном этого не знает, — сказал стрелок.

— Значит, пока я выставлял себя полным идиотом, ты спокойно стоял в стороне, посмеивался и сохранял свой имидж?

Стрелок улыбнулся.

— Черт побери, — сказал Гарри. — Горлогориус не стал бы платить какому-то гному.

— Может, и стал бы. Если превратить парня в лягушку, от него многого не добьешься.

Еще раз черт побери, сказал Гарри, но на этот раз исключительно про себя. Почему в подавляющем большинстве случаев этот тип во всем черном оказывается прав?

Хотя если бы гном запросил с Горлогориуса денег… Хм… Для этого надо быть очень храбрым гномом.

Через полчаса снова послышался звук отодвигаемых засовов и на пороге появился все тот же гном. На этот раз он был облачен в походную одежду, на спине висел небольшой рюкзак, из-под кожаной куртки выглядывала кольчуга, а в руке он держал большой топор на короткой ручке. Таким топором удобно пользоваться в небольших помещениях, подумал Гарри. Например, под землей.

— Что это за маскарад? — взвился молодой волшебник. — Где обещанные тобой парни из МОССАДа?

Стрелок только улыбался.

— Позвольте мне представиться, молодые люди, — сказал гном. — Меня зовут Камнеед Глазодав, и я являюсь главным и единственным сотрудником МОССАДа на этой территории. И я отведу вас в подземелья, как и обещал.

— За деньги?

— Нет, бесплатно, — сказал гном. — Меня несколько заинтересовал ваш рассказ, и я подумал: а вдруг эти двое парней действительно знают что-то о близящемся Рагнареке? Ведь если они говорят правду, то моему начальству следует об этом знать.

— О чем? — не понял Гарри.

— Любопытство волшебников можно сравнить только с их же невежеством, — сказал стрелок. Похоже, для него заявление Камнееда о принадлежности к МОССАДу сюрпризом не стало.

— А как же те двенадцать золотых, что я заплатил за вызов? — спросил Гарри.

— За эти деньги вы хотели МОССАД, таки вы и получили МОССАД, — сказал Камнеед.

— Но… а как же…

— Золото — это золото, — сказал гном. — А иметь двенадцать золотых и не иметь двенадцать золотых — это разница…

— В двадцать четыре золотых, я понимаю, — сказал Гарри. — Но зачем ты заставил нас ждать целых полчаса?

— Должен же я был попить чайку на дорожку, — объяснил Камнеед. — Таки мы идем или не идем, парни?

Этот человек жил на склоне горы. Он был счастливым обладателем скромной хижины, построенной почти у самой линии снегов, и худой коровы, траву для которой он собирал в долине и огромными тюками таскал наверх. В обмен на это корова давала ему немного молока.

Еще у этого человека был небольшой огород. Нельзя сказать, чтобы огород приносил много овощей, однако еды человеку хватало. Он был очень скромным и довольствовался тем, что у него есть, никогда не желая большего.

Другие жители этих мест старались его избегать. Не потому, что он делал или говорил им что-то плохое, напротив, он всегда держался приветливо и доброжелательно. Просто было в этом человеке что-то неправильное, хотя, если бы вы попросили объяснить, что именно с ним не так, внятного ответа вы бы не дождались.

Может быть, все дело состояло в том, что у этого человека были холодные, стальные глаза, которых не должно быть у безобидного отшельника, может быть, сказывалась его походка, плавности и бесшумности которой позавидовал бы призрак со стажем, а может, он просто был непохож на других людей, обитающих в этих местах. Чужаков ведь нигде не любят.