Дым и тени - Таня Хафф

— Что теперь?

Генри протянул руку и постучал.

— Ну да, тоже вариант.

Тони подождал немного; ему показалось, что он что-то услышал. Потом поднял руку постучать снова, но Генри перехватил его запястье.

— Она и первый раз услышала. Сейчас стоит за дверью, — слова прозвучали не намного громче, но четче, пронзающе, будто их сейчас направляли через крашеное дерево. — Я слышу ее сердцебиение. Когда она увидела нас, оно ускорилось. Сейчас ее сердце бьется так часто, что я начинаю подозревать, она знает, зачем мы пришли. И знает, что если сейчас не откроет дверь, я сломаю ее. И успею убить ее до того, как прозвенит сигнализация или она позовет на помощь. И охрана даже не поймет, что произошло.

Тони подчеркнул угрозу, сделав выпад в воздух. Он едва удержался от искушения насмешливо усмехнуться — у меня есть вампир, и я не премину им воспользоваться!

Дверь отворилась.

— Я должна приглашать тебя в дом, ходящий во тьме?

— Нет.

Арра кивнула и отошла, пропуская их:

— Оставалась возможность, что ты заметишь, что в его память вмешались.

— И я, между прочим, прямо здесь, — огрызнулся Тони, вваливаясь в квартиру. — И Генри здесь не из-за того, что ты влезла ко мне в голову! Вернее, не только из-за этого, — уточнил он, когда Арра приподняла брови. — В Ли Николасе сидит тень!

— Что?

Он повернулся к ней, сжав руки в кулаки:

— Ты слышала. В Ли Николасе сидит тень! Она пришла и захватила его сознание, как ты и предсказала.

— Ты уверен?

— Да, я уверен. Я видел, как это произошло!

— Значит, ты уверен… — щелчок закрывающейся двери прозвучал как громкое хлопанье. — И что ты хочешь, чтобы я сделала?

— Исправь все!

— Я не могу.

В этот раз Тони расслышал ложь:

— Можешь.

Она посмотрела на него, потом стряхнула с рукава кошачью шерсть:

— Хорошо. Не буду. И не хочу звучать, как ребенок, но ты меня не заставишь.

— Это не проблема. Я тебя не заставлю, а вот Генри…

— Что он может сделать? — устало спросила она, проходя в гостиную и садясь на край дивана. — Ты можешь убить меня, но заставить меня иметь дело с тенями у тебя не выйдет.

Генри неторопливо обвел взглядом квартиру. Значит, Арра — та немолодая женщина с кофе с ночных съемок, которая видела все его маски насквозь. Нельзя было сказать, что он удивился. Он чуял в квартире присутствие двух кошек, спящих, судя по их сердцебиению.

— Хорошо.

— Что хорошо?

— Я уверен, ты понимаешь, что наш вид очень собственнический. Тони мой.

Тони едва удержался от протеста, готового сорваться с губ. За этим он позвал с собой Генри. Чтобы закрыться им от волшебницы. Чтобы получить метафизическую опору. А эта фраза была лишь предлогом. По крайней мере, он на это надеялся — не зря они все обсудили перед его уходом.

— Ты оставила на нем свою метку, и мне это не нравится, — он оказался рядом с ней за паузу между двумя ударами сердца. Тони почти привык к той скорости, с которой мог двигаться Генри при необходимости, но у побледневшей Арры такого опыта не было.

— Если ты убьешь меня, то некому будет помочь вам разобраться с тенью.

— Ты уже сказала, что не станешь помогать.

Ее ноздри раздулись:

— Можешь постараться меня убедить.

Он прикоснулся к ее голове нежно, почти любя:

— Не хочу.

Тони не видел лица Генри, но почувствовал момент, когда Арра осознала, что в ее квартире стоит Смерть. Не абстрактная смерть где-то в будущем, а мгновенная смерть во плоти. У Тони мороз пошел по коже, хотя он и знал, что Генри не исполнит свою угрозу, а лишь впитает страх.

Ли, захваченный тенью, был в городе уже два часа. У них не было времени на изысканные угрозы.

— Ладно! Я сделаю все, что смогу.

Смерть нависла над ней.

— Генри!

Генри медленно повернулся, Голод подобрался совсем близко к поверхности. Он не кормился предыдущей ночью, и теперь, позволив Охотнику почти вырваться наружу, ему требовалась кровь. Он попытался сфокусироваться, когда Тони подошел поближе с понимающим взглядом в глазах и прошептал:

— Как только освободим Ли от тени, — уточнения не требовались, его кровь говорила сама за себя.

— А чего ждать? Приступайте. Ешьте, пейте… Или просто пейте и веселитесь, — Арра перевела взгляд с Генри на Тони и обреченно откинулась на спинку дивана. — Или нет. Это было просто предложение.