Свободный полет - Сергей Бадей

Начались изматывающие тренировки. Орантоэль требовал от меня, чтобы я научился переходить в скоростной режим быстро и непринужденно.

– У тебя, Влад, когда на тебя нападут, не будет времени настроиться и приготовиться, – втолковывал он мне. – Ты не сможешь попросить нападающих подождать, пока ты войдешь в это состояние. Значит, ты должен уметь входить в него мгновенно, минимальным усилием воли, а то и без участия сознания, рефлекторно.

Надо сказать, что это у меня хоть и не сразу, но начало получаться. Все меньше времени мне требовалось, чтобы войти в измененное состояние и ускоряться. Причем и скорость в этом состоянии стала возрастать.

Орантоэль с удовольствием, но все же и с некоторым удивлением следил за моими успехами.

– Вот уж не думал, что люди тоже могут такое! – сообщил он мне после того, как я в диком темпе прошел по всей поляне, рубя манекены, расставленные на ней в произвольном порядке.

– Могут! – бросил я, вытирая пот.

Знал бы он! У нас люди всякое могут. Нет, не все, конечно, но некоторые могут. А может быть, они бы тоже изменились, попав сюда, как Семен? Впрочем, это вопрос риторический. Не попробуешь – не узнаешь. Я же вот не изменился!

Как всегда, в такие моменты я рефлекторно проводил рукой по ушам – не заострились ли, сердечные? Нет? Ну слава богу!

Орантоэль начал давать мне все более сложные связки, комплексы приемов с отвлекающими движениями, заставляя повторять их неисчислимое количество раз до полного изнеможения. Тренировочные бои становились все реже, но все более ожесточенными. Причем к каждому из этих боев не только я готовился тщательно, что естественно, но и Орантоэль. В таких боях мастер запрещал мне ускоряться, мотивируя это тем, что при ускоренном движении легких ран не бывает.

Орантоэль требовал от меня спать вполглаза, устраивая неожиданные побудки. Я при этом должен был вскакивать в полной готовности к боевым действиям. Он учил меня мгновенно ориентироваться в любой ситуации. Но, несмотря на то что я успешно все это осваивал, Орантоэль хмурился все больше и больше.

– Не сделал ли я ошибки, Влад? – печально спросил Орантоэль, когда мы однажды сидели у Хрустального ручья.

– Я как-то не заметил ошибок в этом бою, – устало отозвался я.

– В том-то и дело, что с твоей стороны не было допущено ни единой ошибки.

– Так это же хорошо!

Орантоэль отрицательно покачал головой:

– Я не припомню случая, чтобы за столь короткий срок кто-то смог достичь таких же успехов, как ты. По некоторым моментам ты превзошел даже меня! Такого я вообще не мог себе представить. И вот я спрашиваю себя, да и тебя тоже: не допустил ли я ошибки, обучая тебя? Ты стал бойцом очень высокого класса. А ну как ты обратишь свое оружие против нас? Ты знаешь, что тебя еще отличает от всех людей?

Я, ошарашенный такой постановкой вопроса, только покачал головой.

– Тебя принял лес! Невиданное дело! Ты научился передвигаться по нему подобно нам – детям леса. И теперь представь себе: такой боец становится нашим врагом…

Орантоэль замолчал, выжидающе глядя на меня. Я же озадаченно почесал затылок.

– Орантоэль, ты что, с мэллорна упал? Причем, наверное, с самой его верхушки. Какого демона ты решил, что я собираюсь стать вашим врагом? Вы все-таки нас с Семеном приютили, пригрели, накормили да и обучили. И что? В благодарность за это я должен стать вашим врагом?

– Ну я не говорил, что ты должен им стать, – печально улыбнулся мастер. – Я сказал – что если ты им станешь. Людям не свойственно чувство благодарности.

– Не расписывайся за всех людей! – сухо отрезал я. – Я помню все, что вы для меня сделали, и благодарен вам за это. А врагом я могу стать только для того, кто по-крупному меня обидит. Вы в это число не входите!

– Сегодня нет, а завтра? – помолчав, спросил Орантоэль.

– Слушай, ты уже вроде бы неплохо меня знаешь? Я похож на того, кто легко меняет свои принципы и взгляды? Я давал хотя бы раз повод для таких подозрений?

Орантоэль очень внимательно всмотрелся в меня.

– Если ты поклянешься, что не поднимешь оружие против нас…

– Я не люблю клясться вообще! – резко сказал я. – Я говорю либо «да», либо «нет».

Мастер, не сводя с меня взгляда, прислушался к чему-то в себе.

– Ты говоришь правду! – сделал он вывод. – Я тебе верю.

– А почему ты думаешь, что я сказал правду? – так же резко продолжал я. – Ведь люди так лживы!

– Ну это просто, – усмехнулся Орантоэль. – Хоть вы и лживы, но мы, эльфы, можем безошибочно отличать ложь от правды.

– Вот, блин! Угораздило же меня столкнуться с еще одним ходячим детектором лжи! – вырвалось у меня.

– А что такое «детектор»? – мгновенно среагировал Орантоэль.