Патруль вызывали? - Алексей Калугин

Почти одновременно с этим прозвучала короткая очередь из штурмового пистолета.

Тело фагорца было настолько легким, что Морин мог бы без труда отшвырнуть его в сторону. Но воспоминание о крючьях на конечностях и о ядовитых иголках, которыми было начинено лежавшее на нем тело, сделало Морина невероятно спокойным. Пока он не испытывал никаких болевых ощущений, а потому стремился как можно дольше сохранять существующее положение. Он слышал какие-то крики в стороне – должно быть, его ребята пытались уговорить Кош-Коша не делать глупостей и отпустить их командира, но при этом боялся повернуть голову, чтобы посмотреть, что же там происходит на самом деле. Однако если вспомнить слова Кош-Коша о том, что фагорцы убивают представителей иных рас рефлекторно, сами того не желая, то надеяться на спасение, находясь в столь плотном контакте с одним из представителей прирожденных убийц, по меньшей мере глупо.

Так же внезапно, как он напал на Морина, Кош-Кош вскочил на ноги и быстро отпрыгнул на несколько шагов назад.

– Я убил его, – услышал Морин слова фагорца, бесстрастно и сухо произнесенные электронным переводчиком.

– Я убил его, – снова повторил Кош-Кош.

Не дожидаясь, когда он повторит эти мрачные слова в третий раз, Морин не спеша встал.

– Если речь идет обо мне, – сказал он, поднимая с песка свою пилотку и отряхивая ее ударом о колено, – то я, как мне кажется, пока еще жив.

Посмотрев сначала на Кош-Коша и не сумев ничего понять по выражению его необычного, с точки зрения человека, лица, Морин повернулся в противоположную сторону. Неподалеку от угла здания на земле, раскинув руки в стороны и уткнувшись лицом в песок, лежал человек, одетый в серую майку и шорты. В трех шагах от него на песке валялся штурмовой пистолет «линда». Рядом стоял Ку Ши, держа затылок незнакомца под прицелом своего помпового ружья.

– Четвертый объявился, – сказал, заметив взгляд командира, Ку Ши. – Должно быть, прятался где-то в расщелине между камнями. Благодари Кош-Коша, командир, это он спас тебе жизнь.

Морин растерянно посмотрел на фагорца.

– А как же ваша природная склонность к убийству? – спросил он, понимая, что говорит глупость, сейчас ему нужно было бы благодарить Кош-Коша.

Вид у Кош-Коша был такой же растерянный, как и у Морина.

– Сам не знаю. – Фагорец развел в сторону все четыре свои верхние конечности. – Я просто увидел человека с оружием в руках, целящегося вам в спину, и понял, что он выстрелит прежде, чем вы успеете понять, что происходит. Достать его я уже не успевал, а потому оставался единственный выход – убрать вас с линии огня.

– Спасибо, Кош-Кош, – наконец-то с чувством произнес Морин, хотя и понимал, что автоматический переводчик скорее всего не сумеет передать его интонаций. – Я ваш должник.

– Да какое там! – На этот раз вверх взлетели только две верхние конечности фагорца. – Я все еще понять не могу, почему не убил вас!

– А, на мой взгляд, все очень просто. – Сковав руки лежащего на песке бандита наручниками, Ку Ши поднялся на ноги и отряхнул с коленей песок. – Просто ваше, Кош-Кош, желание спасти жизнь человеку оказалось сильнее природного инстинкта убивать.

– Выходит, мы не такие уж и разные. – Морин улыбнулся и решительно направился в сторону фагорца.

Кош-Кош вначале было по привычке попятился назад, но затем остановился.

Подойдя к фагорцу, человек протянул ему руку с открытой ладонью. Фагорец протянул ему свою верхнюю конечность, внутри которой были спрятаны ужасающего вида когти, и руки представителей двух цивилизаций наконец-то встретились.

– Я первый фагорец, пожавший руку представителю иной космической расы! – радостно воскликнул Кош-Кош.

– Похоже, приходит конец изоляции вашей планенты, – улыбнулся в ответ ему Морин.

– Ирония заключается в том, что благодарить за это мы должны четырех нанюхавшихся ираба наркоманов, – заметил Ку Ши.

– Итак, друзья мои, от имени командования поздравляю вас с успешно проведенной операцией, – сказал Морин, закончив разговор с Центральной диспетчерской.

– С еще одной удачной операцией, командир, – поправил его Тротт.

– Не припомню, когда у нас в последний раз случался прокол, – с недоумевающим видом пожал плечами Пасти.

– Напомнить? – язвительно осведомился Морин.

– Не сейчас, командир, – недовольно поморщился штурман. – Не стоит омрачать столь торжественный момент, когда все мое существо буквально купается в лучах славы, исходящих от «Гала-4».

– Ей бы вместо лучей новый движок, – мечтательно произнес Кромов.

– Вот если бы мы по этому делу еще и Догова привлекли, – мечтательно закатил глаза Тротт. – Тогда бы точно и новый движок получили, и двойные премиальные в конце квартала. Я бы тогда на недельку на Варкал махнул. Говорят, там недавно открылся роскошный туристический комплекс.

– Цены там хорошие, – положил конец мечтаниям пилота прозаический, как всегда, Кромов.

– А в самом деле, командир, – прищурил свои и без того узкие глаза Ку Ши. – Что нам светит, если мы раскрутим по делу с ирабом самого Догова?

Морин усмехнулся и безнадежно покачал головой:

– Нам приказано доставить арестованных в галактическую тюрьму пятого сектора. Даже если мы будем двигаться туда очень не спеша, у нас в запасе всего двадцать четыре часа на то, чтобы получить от шайки наркоманов показания против Догова. При том, что они даже не понимают, где находятся, сделать это, по-моему, невозможно.

– Перед отлетом с Фагора я попросил у Кош-Коша образец ираба и провел химический анализ этого вещества.

Сказав это, Ку Ши сделал театральную паузу, рассчитывая проверить терпение и выдержку своих слушателей.

Первым сдался Пасти.

– Ну, и что тебе удалось выяснить? – спросил он.

– То, что ираб является наркотиком только для фагорцев, – ответил Ку Ши. – Это связано с особенностями их метаболизма. На людей же ираб действует совершенно иначе.

– Ты хочешь сказать, что наши пленники все это время попросту валяли дурака? – удивленно посмотрел на Ку Ши Морин.

– Нет, – покачал головой тот. – Они и в самом деле находились в состоянии наркотического опьянения. Только вызвано оно было вовсе не вдыханием паров ираба, а психосоматическим возбуждением. Проще говоря, они сами убедили себя в том, что ираб оказывает на них именно то воздействие, которое они и ожидали. Усилило этот эффект то, что, во-первых, все они прежде не раз употребляли самые разнообразные наркотические средства и имели прекрасное представление о том, какое воздействие оно оказывает на психику. Во-вторых, жара и выпитое пиво. А в-третьих, то, что они оказались в экстремальных условиях, когда уход в наркотический бред как бы снимал с них ответственность за все происходящее.