Заложница. Испытание - Вера Чиркова

– Встретимся через час в столовой, – объявил герцог, едва они оказались в прихожей и массивная дверь мягко захлопнулась. Прошел несколько шагов, с удовольствием вслушиваясь в мирную тишину своего дома, и вдруг резко остановился, припомнив нахальные манеры дочки графа ле Скайри. – Тук!

– Я тут, – мгновенно возник перед ним домовой.

– Я хотел тебя спросить, сможешь ли ты никого не пускать в дом без моего особого разрешения? Просто запереть дверь и не открывать.

– Не сможет, – хмуро фыркнул Ительс, – его за подобное накажут. Лучше я запру, но предупреждаю, это только от тех, кто с вами еще не знаком. Мейсану мои запоры не остановят.

– Вот как, – помрачнел Хатгерн и огорченно глянул на маленького прислужника, – Извини, Тук. Я даже не предполагал таких сложностей.

– Я могу попробовать, – неуверенно пробормотал домовой, но его перебила успевшая дойти почти до середины лестницы Таэльмина:

– Не нужно. Нам это не понадобится. Лучше нагрей мне купель воды и принеси полотенец, я хочу искупаться. И приготовь то же самое в соседней спальне для Харна.

– Но я… – нахмурился герцог, никому и никогда не позволявший собой так бесцеремонно командовать в подобных вопросах, и вдруг совершенно случайно заметил в сиявшем чистотой зеркале странное выражение, застывшее на лице огра. И сразу же передумал спорить и возмущаться. – Я не уверен, что у меня есть чистая рубашка.

– Я все постирал и погладил, – скромно потупившись, сообщил Тук.

– Спасибо, – искренне поблагодарил домового Хатгерн и направился вслед за тенью, даже не пытаясь угадать новую идею, внезапно пришедшую в ее кудрявую голову. Но точно зная, лучше помалкивать, пока она не нашла возможности объяснить, какая городская курица снесла золотое яичко с ценной информацией.

А едва оказался в дверях спальни, куда собирался зайти за чистой рубахой, и увидел стоящую в тени шторы Таэльмину, пристально всматривающуюся в расположенный за окном сад, отчетливо осознал, как глубоко ошибался. Вовсе не от него тень старательно скрывала свои замыслы и секреты, а от спутников, и неизвестно, кто из них потерял ее доверие, огр или человек. А может, и оба, и это будет самый плохой вариант. Хатгерн даже сам не понял, как умудрился всего за несколько дней так к ним привязаться… к обоим. И теперь искренне желал, чтобы его предположения оказались ошибочными.

– Тсс! – оглянулась сосредоточенно нахмурившаяся тень и быстро сложила пальцы в знакомый жест, который они единодушно постановили считать сигналом опасности, а затем громче и капризнее позвала: – Тук! Вода готова? Я иду купаться, собираюсь часочек полежать в горячей воде. А ты прикрой поплотнее дверь, у местных жителей дурная привычка вваливаться в чужие комнаты без стука. Приготовь чаю, после купания всегда хочется пить, да не забудь принести варенья.

Указательный палец тени в этот момент властно манил домового к себе, а едва он приблизился, Таэль молниеносным движением подтянула малыша вплотную и прошептала ему на ухо несколько слов. А затем метнулась к шкафу и принялась лихорадочно копаться в сложенных в нем вещах. Почти полминуты домовой ошарашенно глядел на хозяйку, затем издал короткий звук, похожий на всхлип, перешедший в короткий смешок, крутнулся вокруг себя и исчез.

– Быстрее… – скорее угадал по губам тени, чем расслышал Хатгерн, и обнаружил стремительно вылетавшие недр шкафа их с тенью походные куртки и вещевые мешки.

И с этой секунды уже больше ни в чем не сомневался и ничего не хотел выяснять. Переодевался и снаряжался так же спешно, как ушедшая за полог кровати Таэльмина, упаковывал в мешки свою одежду и помогал напарнице привязывать к ножке наполненной теплой водой купели неизвестно откуда взявшуюся веревку с равномерно навязанными петлями. Раньше Харн видел такие только пару раз, среди приспособлений, отобранных у грабителей в прибрежных герцогствах, и даже не предполагал встретить здесь. Но выяснять, откуда она взялись у тени, не собирался, по крайней мере, до тех пор, пока они не окажутся на свободе.

Это слово – свобода, мелькнувшее на краю сознания, вдруг вызвало тянуще-острое чувство тоски по родному дому, оставленным на волю Провидения друзьям и слугам и всему тому, что пришлось бросить так спешно, словно он был преступником, скрывающимся от возмездия. Коротко кольнула душу горькая обида на негодяя Юверсано, ради собственных амбиций легко ломающего чужие судьбы и перечеркивающего жизни, но Харн крепче стиснул зубы, усилием воли заставляя себя забыть на время обо всем, не являющемся в этот момент жизненно важным, и первым шагнул к оконцу.

Тень не спорила, дождалась, пока напарник неумело протиснется в небольшое, всего локоть на полтора отверстие, и вытолкнула наружу мешки, привязанные на тонкую бечеву, пропущенную все под той же ножкой. Затем и сама кошкой скользнула следом, ловко отправила вниз вещи, постепенно отпуская смотанную на рогульку веревку, и решительно обогнала герцога, задержавшись рядом с ним лишь на одно мгновение – шепнуть, чтобы не спешил. Тук постарается заморочить их гостей.