Заложница. Испытание - Вера Чиркова

– Изор! Ты меня видишь?

– Вижу, – невозмутимо отозвался тот и ехидно добавил: – Но не слышу. Вот купим все товары, вернемся домой…

Договаривать огр не стал, но Хатгерн мог бы и сам закончить его фразу – «тогда и поговорим». Герцог даже считал такое поведение спутников правильным. Однако не думать о подлеце, из-за которого они с тенью оказались по эту сторону гор, все же не мог, то и дело возвращаясь мыслями к его нарочито оскорбительным словам.

– Мы с Харном ничего покупать не будем, – внезапно безапелляционно заявила тень, и ее спутники дружно сбились с шага.

– Почему?

– У нас все есть.

– Но ведь вы собираетесь идти к Спящему лесу! – возмутился огр.

– Ну и что? Дорожная одежда у нас есть, продукты купим по пути… Никогда не поверю, будто у вас никто ничего не продает. А раз нам самим взять деньги нельзя, мы отдадим их тебе, ты и будешь покупать.

– Но я… – запнулся огр и надолго смолк.

– А зачем же мы тогда идем на рынок? – потихоньку осведомился Харн, одновременно желая убедиться в правильности мелькнувшего у него подозрения и опасаясь услышать подтверждение.

– Именно за этим, – ничего не объясняя, твердо кивнула тень, но Хатгерн теперь уже и сам знал, к чему нужно готовиться.

Как раз к тому самому занятию, какое он ненавидел больше всех остальных бесполезных трат драгоценного времени.

– Они разговаривают, как супруги со столетним стажем, – печально пожаловался хмурящемуся Ительсу огр, – вроде слова все знакомые, а смысл понятен только им двоим.

– А мы и есть супруги, – мгновенно зверея от воспоминания об утерянном праве, зло прошипел герцог, – и всегда ими и останемся. Дурацкие ваши порядки…

Рука тени снова сильнее стиснула его локоть, и Харн сразу смолк, понимая, как неуместен сейчас его порыв. Но ни на миг не пожалел о сделанном спутникам напоминании о своих призрачных правах на Таэльмину. Пусть не забываются, ведь им еще путешествовать вместе не один день, и он никому не позволит никаких вольностей в отношении своей напарницы. Хотя бы потому, что в душе нежно зовет ее любимой.

Рынок оказался вполне достойным герцогского внимания, и Хатгерн со свойственной ему дотошностью взялся за изучение его устройства. Ему многое тут понравилось, и особенно фонтан посреди площади, окруженный раскидистыми яблонями и вишнями, под которыми на короткой, похожей на зеленый бархат травке стояли скамейки и столы. А еще понравилось что вода, наполнявшая бассейн фонтана, утекала не по канавке, а по спрятанным под тропами трубам, и Харн даже сходил посмотреть, куда она девается в конце концов. Оказалось, в нижние бассейны и умывальни, которые примыкали к очень удобным и чистым туалетам. Причем совершенно бесплатным, и Ительс необидно фыркнул в ответ на вопрос, кто оплачивает уход за этими местами и почему никто не задумался о прибыли от них.

– Ты бы и сам догадался, если бы не поспешил. Разумеется, городской совет. Но это очень недорого, ведь тут работают домовые. Хотя Лутгор платил бы и больше, если было нужно, чистота и удобство для горожан дороже любой прибыли. А если бы не платил совет, то собрали бы необходимое купцы, ведь хорошо и им, никто из покупателей не спешит домой ради экономии медяка, а в итоге покупает больше товаров.

Харн только кивнул, он правил лишь несколько лет, но уже успел убедиться, как пагубна бывает для города мелочная жадность некоторых купцов. Да и их собственной торговле не приносит той пользы, какую могла бы.

Гуляя по рынку и изучая его устройство и выставленные в необычайно широких окнах товары, герцог намеренно и близко не подходил к тем магазинчикам, возле которых толпились особо любопытные жительницы Сиандолла. Точно зная: им очень хочется рассмотреть Таэльмину, в сопровождении Изора переходившую из одного заведения в другое и подолгу сидевшую за столиками с бесплатным угощением. Впрочем, все сегодняшние затраты торговцев на пирожные и сладости окупятся сторицей, после ухода загадочной гостьи в этих магазинчиках несколько дней будет необычный наплыв покупателей.

Однако и герцога с Ительсом горожане не оставляли своим вниманием, а некоторые так просто ходили следом за Харном, изучая герцога так же пристально, как он сам изучал устройство площади. И когда уставший от прогулки лекарь предложил спутнику посидеть за столиком у фонтана и заказать по бокалу холодного сока, к ним в компанию внезапно навязалась довольно яркая брюнетка.

– Добрый день, Ительс, – уверенно улыбнулась она, подойдя к столу, – закажи мне чашку чая и пирожное.

– Принеси, – кивнул лекарь парнишке-подавальщику и только потом, убедившись, что женщина спокойно усаживается на свободный стул, суховато произнес: – Добрый день, Мейсана.

– Познакомь меня со своим спутником, – приказала лекарю девушка, откровенно разглядывая герцога, – про него так много говорят.

– Это герцог Крисдано, – официально сообщил Ительс и чуть виновато взглянул на Хатгерна, – а это Мейсанара, дочь графа ле Скайри.

– Очень приятно… – Слова привычного приветствия сами замирали на губах герцога, по мере того как он вникал в смысл услышанного. – Я очень рад… что он жив.

– Он погиб, – сочувственно вздохнул Ительс и нехотя пояснил: – Но спаслась его лаэйра. И она действительно была беременна, несмотря на заверения тех, кто подстроил тот несчастный случай. А ребенка родила уже здесь, через горы ее провела тень графа, исполняя его последнюю волю.

– И хотя я родилась здесь, но права на выбор не утратила, – веско добавила Мейсана и пристально уставилась на Хатгерна, – и прошу вас взять меня в Спящий лес. В память об отце.

Несколько минут герцог озадаченно молчал, но его мозг в это время усиленно искал выход. Харн вовсе не намеревался собирать большой отряд из совершенно незнакомых людей, от трудностей пути у недостаточно проверенных спутников обычно стремительно, словно реки весной, вскрываются самые невыносимые недостатки. И если неумение готовить или помалкивать еще можно кое-как выдержать, то от капризов и сумасбродных требований дам устаешь просто невероятно. Ведь в мире таких здравомыслящих, ловких и непритязательных девушек, как его Таэль, от силы одна на тысячу, и было бы совершенной наивностью поверить, что их маленькому отряду так же сказочно повезет и со второй спутницей.

Однако и отказывать Мейсане тоже не хотелось. Граф ле Скайри был одним из самых преданных друзей Вангерда дэй Крисдано, и старый герцог буквально перевернул все герцогство в поисках хоть каких-то следов друга, когда тот при загадочных обстоятельствах бесследно пропал по пути из собственного поместья в Тангр. Исчез вместе с лаэйрой, которую очень любил и которая, по уверениям слуг, сумела обойти действие заклинания, наложенного на нее во время свадебного ритуала.

– Я пока не знаю точно, когда и куда отправлюсь, – осмотрительно сообщил Хатгерн наконец, – но если и пойду, то не один. А все мои спутники имеют такое же право на решение, как и я сам. Поэтому могу пообещать только одно: я обязательно поставлю моих друзей в известность о вашей просьбе, а позже сообщу вам о принятом решении.