Будущее - дело темное - Елена Тебнёва

Их было всего трое — двое мужчин, высоких, светловолосых, и хрупкая на вид женщина, от которой веяло немалой силой. Она была облачена в брюки, мужского кроя рубашку и жилет, ее волосы, молочно-белые, вьющиеся, едва прикрывали уши, в которых поблескивали серебряные серьги в виде кинжалов. Непривычный и в чем-то даже неприличный образ… Держалась она с поистине королевским величием и на любопытные взгляды и перешептывания не обращала ровным счетом никакого внимания, и на ее фоне сопровождающие мужчины как-то… терялись. На первый взгляд. А на второй я от души порадовалась, что сомнительная честь приветствовать гостей и оказывать им всяческое содействие выпала старшим курсам, а мимо нас оные гости просто прошли, не обратив внимания.

Почти не обратив.

И благодарить за это нужно было леди Геллею, неизвестно по какой причине не проявившую положенного гостеприимства. И ладно бы она его не проявила тихо и незаметно… Видимо, незаметность вообще не являлась чертой ее характера.

Мы, разделенные по факультетам и группам, стояли перед крыльцом главного корпуса, перешептываясь в ожидании высоких гостей, которые наконец-то появились, сопровождаемые милордом Вилореном. Ни он, ни мы, ни тем более тиронцы не ожидали, что произойдет в следующее мгновение… Едва ректор поравнялся с нашей группой, как между ним и гостями возникла огненная стена. Она взвилась высоко, стремясь коснуться неба, замерла на миг, словно волна в штормовом море, и рванула в стороны, заставив студентов отпрянуть, тесня тех, кому ничего не грозило. Получив сильный тычок в спину, я вылетела на мощенную разноцветной плиткой дорожку, едва не сбив милорда Вилорена, не устояла на ногах и упала, рассадив ладони.

— Геллея, довольно!!! — не своим голосом рявкнул ректор, и пламя неохотно погасло, а меня, растерянную и дезориентированную, крепко ухватили за локоть и помогли подняться.

Вокруг царила суматоха, ректор и преподаватели пытались навести порядок, но пока не слишком успешно, и помощь оказалась как нельзя кстати. Не хотелось бы быть затоптанной своими же одногруппниками… Что может быть нелепее?

— Спасибо, — пробормотала я, поднимая взгляд на одного из тиронцев.

В отличие от своих спутников он не казался ошарашенным и испуганным, несмотря на то что ему, судя по подпаленным кончикам волос, досталось сильнее всех.

— Всегда к вашим услугам, — ослепительно улыбнулся тиронец, не торопясь отпускать мою руку, и я нетерпеливо дернула ею, намекая на приличия.

Помогло, но не успокоило… Он стоял слишком близко — высокий, сильный, красивый… и одновременно отталкивающий. И когда цепкий взгляд светлых глаз задержался на моем лице — непозволительно, как показалось, долго, — захотелось убежать и спрятаться, не думая, как это будет выглядеть.

— Санни! Как ты?!

Услышав взволнованный знакомый голос, я едва сдержала облегченный вздох. Благодарно улыбнувшись тиронцу, обернулась и тут же оказалась в объятиях Ритты.

— Я в порядке, — заверила подругу, которая смотрела на меня со смесью удивления и недоверия. — Что это вообще такое было?

Ректору удалось-таки организовать студентов, и теперь ребята послушно отправлялись по аудиториям. Пошли и мы с Риттой, чтобы не привлекать к себе излишнего внимания злого, как тысяча свиллов, милорда Вилорена и стоящих в сторонке гостей, чуть подкопченных, но, слава Творцу, живых и здоровых.

— Это была леди Геллея, — фыркнула Ритта, подхватив меня под руку. — А вон там — Риннар, и он явно пробирается к нам…

— Давай пойдем побыстрее? — взмолилась я, решив, что с меня на сегодня довольно.

— Обязательно пойдем, — кивнула подруга. — К целителям мы пойдем, Санни. И не спорь, это распоряжение милорда Вилорена. Тебе могло не только физически достаться, но и магически, лучше не рисковать и проверить…

— И когда он только успел распорядиться, — проворчала я, впрочем не сопротивляясь и покорно следуя за Риттой в сторону лечебницы. Голова и в самом деле кружилась, может, действительно что подцепить успела…

— А я всегда рядом с ним, — улыбнулась подруга, заставив меня тяжко вздохнуть.

Кажется, это не лечится.

А мое странное состояние лечению, к счастью, поддавалось. Доктор Реддер мне даже обрадовался, отчего захотелось попятиться и выйти прочь, но пришлось вежливо улыбнуться и подробно описать случившееся. Доктор качал головой, считал пульс и долго молчал, едва касаясь подушечками пальцев моих висков, после чего констатировал упадок сил, вызванный магическим воздействием, и прописал полный покой в течение дня. Остаться в лечебнице я отказалась наотрез, и доктору Реддеру пришлось смириться с моим упрямством.

— Только леди Геллее не поручайте за мной присматривать, — вырвалось у меня перед уходом.

— Полагаю, леди Геллее будет не до этого, — деликатно кашлянув, заметил доктор.