Соль и пламя. Леди теней - Татьяна Зингер

— Не плачь, золотце. Дай мне капельку своей замечательной крови.

В его пальцах появилась игла. Укол был болезненным, но быстрым.

— Вот и все. — Господин Розеншал вновь склонился к моему лицу. — Спи, Аврора.

Звуки стихли, следом размылись краски.

И лишь сладость, вонючая и липкая, витала в воздухе. А со стен комнаты на меня смотрели пустыми глазницами десятки черепов в банках.

* * *

Я проснулась поздним вечером, когда солнце уже спряталось за макушками деревьев и город затих, сморенный усталостью. Волна тошноты подкатила к горлу. Меня рвало желчью прямо на шелковые простыни. Лоб горел, чесались глаза. Я заболевала, и дурманная слабость расползалась по венам и артериям. Ватные ноги подкосились, коснувшись пола. Встать я так и не смогла, лишь запуталась в балдахине и бессильно завалилась на бок.

На прикроватном столике стоял серебряный колокольчик. Не сразу дотянувшись, я позвонила в него, и уже через секунду, будто ждала у дверей, ко мне влетела молоденькая, совсем девочка, служанка. Все такая же серолицая и безликая, как и прочая обслуга господина Розеншала.

— Госпожа! — она кинулась ко мне, помогла подняться и пересадила в мягкое кресло у окна.

Пока служанка меняла белье, я справлялась с дурнотой. Было так жарко, что ночная рубашка пропотела насквозь. Капли пота стекали по губам. Еще и удушливый запах лилий, невесть как заполнивших спальню. На подоконнике, столе, у кровати — повсюду были эти цветы.

— Откройте окно, — попросила, сипя.

— Нельзя, вы больны.

Я облизала пересохшие губы. Действительно больна. Как же дурно, и все пальцы свело судорогой.

— Попейте, вам полегчает.

Она налила из кувшина, стоящего на столе, в стакан морс и силой залила напиток в рот. Я захлебывалась и давилась, но выпила больше половины. Сладкий и вкусный, невероятно вкусный, восхитительный, успокаивающий…

— Ложитесь спать.

Служанка перетащила меня обратно в постель и накрыла теплым одеялом. Она оказалась совсем рядом, и я смогла рассмотреть ее бледную, почти желтую кожу.

— Вы знаете Дарго? — я схватила ее за рукав и спросила, пребывая в полубреду.

Она застыла.

— Нет, — ответила после секундной заминки. — Я знаю исключительно господина Розеншала. Умоляю, засыпайте.

Она собралась уходить.

— Пожалуйста, останься. — Я поднялась на локтях.

Девочка кивнула и присела на самый краешек постели. Легкая как пух, сжавшаяся от испуга, она тряслась мелкой дрожью.

— Как тебя зовут?

— Вейка, — и испуганно заложила за ухо прядку волос.

Она напевала мне колыбельную, а я то впадала в дрему, то просыпалась. Хрипела:

— Мне нечем дышать!

— Госпожа, я не могу снять ошейник, — суетилась около меня.

Смерть подходила на расстояние двух шагов и всматривалась в меня, ожидая своего часа. Но я боролась, хваталась за ручку служанки и всхлипывала. За ночь Вейка стала мне родной. К самому рассвету жар спал.

— Разрешите мне уйти, — устало попросила служанка.

Я согласно промычала.

— Как звали жену господина Розеншала? — спросила, когда Вейка стояла на пороге.

— Аврора. Она была прекрасна. — И девочка добавила, подумав: — Как вы.

Ответить я не успела — провалилась в глубокий сон.