Дар Павшего. Восход Черного солнца - Алексей Бобрик

Коля подскочил с кровати как ошпаренный. Сон при этом, как рукой сняло.

– Китайский пылесос, ёперная драма… Какого же лешего? Что это было? Если не явь, то я точно с ума схожу. Уж, на что это меньше всего похоже, так это на сон.

Запах сырости и другие ощущения от затхлого подземелья, никак не отпускали органы чувств, а в голове шумело так, как будто только что, в ней Царь-колокол отзвонил. Гул стоял неимоверный. И при этом – ощущение пустоты… Крайне странное и неприятное чувство, непередаваемое словами.

– Вроде и протрезвел давно, а такая хренотень приснилась. Но, стоп. А, ведь Сфера то на самом деле есть, и даже вроде бы с искоркой была. Уж не значит ли всё это, что мне или действительно на Шепетуху прямая дорога или на самом деле, что-то здесь нечистое творится.

Так, надо максимально сосредоточится и попытаться всё поподробнее вспомнить. Пока сон ещё чёткий и не выветрился из головы. Срочно записать надо, а то забуду.

– Вспоминай, что там действительно происходило, всё по пунктам. Чай, кофе и т.д. – потом будут. Все мелочи важны. – Николай приготовил всё, что нужно для записи.

– Итак. Ручка, бумага, планшет. Затем, усесться поудобней. Начну, пожалуй.

Что-то там говорилось, про какое-то странное солнце, кажется – оно звалось Черным. Очень надеюсь, что это мне привиделось, не в виде отголосков долговременной памяти, берущих начало из этих дебильных анекдотов пионерлагерной молодости.

– Как там, что-то вроде этого: Африканский вождь Мумбасу Великий и Ужасный – наше Чёрное солнышко, изволил принять ещё одного иностранного посла. На следующий день после этого приёма, посол оказался в полной задни…

Ладно, хорош поясничать, не смешно и не политкорректно. Сейчас надобно говорить – наше Афроамериканское солнышко.

Но, это всё же не то, совсем не то. Тут, что-то посерьёзнее, чем детская память. Вспоминай далее.

А, далее, что-то было про Стражную гору и какую-то Огненную птицу Урхат – и запомнил же. Был ещё Верховный Экзархиус, Жрецы. И ещё кто-то важный. Халдраман, кажется. Или он был верховным, а Экзархиус просто большая шишка какая-то?

Так, всё основное записал. В нюансах должностных отношений, потом попробую разобраться. Сейчас надо про Долину, город и Башни хорошенько повспоминать. Самый тупой карандаш, гораздо острее любой памяти. Готов это повторять, и подписываюсь под каждой буквой. Всё важное – под запись.

…А, может всё сделать наоборот, по-другому. И гораздо проще поступить. Взять, да и постараться забыть? А камень в ломбард, или в антикварный магазин, какой ни будь отнесу. Хоть материальная польза будет. И никаких подвалов, и колоколов в голове. – закралась под корку головного мозга, крамольная и паникёрская мыслишка.

Но, Николай тут же отбросил её в сторону, не давая укорениться и захватить стратегические плацдармы в его голове:

– Нет, не в коем случае. Не пуржить тут, и отставить эти дурные мысли. Надо срочно сделать вот, что – Сёме позвонить. Да пообщаться на эту тему. Он в таких делах человек понимающий. Ему можно и душу, так сказать – излить. И гипотезу, вполне разумную услышать.

Что и было немедленно сделано. Немедленно, но всё же, после принятия порции яичницы с беконом и прохладного… Нет! Душа.

***

– Здорова чувак! Как нервишки, как делишки? Не отупел ли ты ещё грешным делом, со своими кисточками да лопаточками? – произнёс своё приветствие Николай, после того как набрал знакомый номер, и дождался окончания бесконечных гудков на линии.

– Да нет, всё идёт пучком. Как и положено статусному человеку. Но, ты не поверишь, какая мне хрень сегодня приснилась. – ответил на приветствие Семён.

– …Ну?

С некоторой настороженностью в голосе, произнёс Николай. Неужели, эта катавасия не только у него в голове творится? – Давай удиви, старого друга. Со смиренным нетерпением, стану твоим духовником.

– Ага, слухай сюда – вообще, полный пипец, что творилось. Цельная Варфоломеевская ночь в мозгах. Про трижды грёбаные ваучеры, и про мою не купленную на них «Волгу» приснилось. Представляешь? Можешь ты себе, такое в 21-вом веке представить? Не поверишь – даже пот холодный был. Я чуть было не впал в депрессию. Временную.

Вот ведь, же чё. Прав был дедушка Ильич, что с броневичка всем буржуям люлей понадавал! Да, да – прав.

А, знаешь, что в этой ситуации, единственное мне душу согревает?

– Таки скорее нет, чем прямо-таки, конкретно да. Чего это тебе, там греть могёт в том месте, где ничего и нет? – по определению, того самого дедушки Ильича.

С одесской интонацией, ответил на вопрос вопросом Николай.

– А! А вот греет мне душу которой якобы нет, сознание того, что давешнее пивко было действительно хорошо, дааа было мне хорошооо… – Вдруг резко, в своём привычном стиле общения, сменил тему разговора Семён.

– Но, кабак-кабаком, а давай уже и про твои мыслишки покалякаем. Чего там у тебя, нового успело случиться. Причём, за столь короткий промежуток временного континуума? Как там говорится – обстановка в дружественном Гондурасе, не изменилась? В ту самую сторону, куда уже некуда.

– Ты конечно удивишься, но в Гондурасе обстановка нормальная, – его, главное не чесать!

А вот мне, между прочим, тоже сон странный приснился. Короче говоря, надо срочно побазарить с глазу на глаз. В приватной, так сказать атмосфере.

– Чего ведь только и не сделаешь ради друга. Говори, не томи старого и больного человека – когда и где будет назначено место встречи, которое изменить нельзя?

Через пару часов после этого разговора, беседа продолжилась в атмосфере того же самого бара, где и обрела начало эта история.

***

– Сразу же, пока не началось, хочу строго предупредить – сегодня только по кружечке, может две. Но, не больше!