Охота на ангела - Ли Уэзерли

Должно быть, родители Бет позвонили в школу тем же утром, потому что кто-то подслушал, как миссис Бекстон говорила об этом в своем кабинете. К ланчу новость разнеслась по всей школе: Бет бросила учебу и присоединилась к Церкви ангелов.

Весь день я бродила как во сне, надеясь, что произошла какая-то ошибка и Бет просто подхватила простуду и осталась дома — я ждала, что она появится в дверях, как всегда одетая с иголочки и с улыбкой на лице. Но этого, разумеется, не произошло. Между пятым и шестым уроками у моего шкафчика наконец появилась Нина.

— Тебе что-то известно об этом, не так ли? — взволнованно спросила она. Коридор вокруг нас был полон людей.

Я уставилась в глубину шкафчика, внезапно готовая разрыдаться.

— Вроде того, — тихо проговорила я.

— Пошли! — Нина схватила меня за руку и потащила прочь из школы. По дороге мы встретили пару одноклассников Бет, болтавших у класса по искусству. Краем уха я услышала их разговор, и у меня внутри все похолодело.

— А по-моему, Бет молодец.

— Да, моя двоюродная сестра присоединилась, и одна из маминых подруг тоже. Они все говорят, что ангелы и правда существуют и что…

Я поежилась под своей джинсовой курткой и поспешила за Ниной.

Мы вышли на парковку и сели в ее машину, чтобы поговорить. Я пересказала ей все, что произошло… кроме появления ангела Бет на пороге моего дома. С одной стороны, Нина все равно мне не поверила бы, а с другой — мне самой не хотелось об этом вспоминать. В любом случае, Нина была потрясена. Она просидела, казалось, целую вечность, молча качая головой.

— Уиллоу, это просто… я… боже…

— Ага, — сказала я, пытаясь улыбнуться. — Вот такая история.

— И… что ты собираешься делать?

— Делать? — Я сидела в кресле «корвета» с ногами, прижавшись головой к окну, но теперь подняла голову и уставилась на Нину. — А что я могу сделать? Она уже присоединилась, она не может просто взять и… отсоединиться.

В карих глазах Нины появилось выражение протеста.

— Откуда ты знаешь?

Я раздраженно провела рукой по волосам.

— Потому что я видела! Она останется там, ей будет все хуже и хуже, пока… пока что-то не произойдет. — Я осеклась, вспомнив холодное серое облако, поглотившее собой все в будущем Бет.

— Что-то случится, — повторила Нина, барабаня пальцами по приборной доске. — Уиллоу, послушай себя! Ты ведь сама не уверена, что так будет.

— Я уверена!

— Нет, не уверена. Все, что мы с тобой знаем наверняка, это то, что Бет присоединилась к Церкви ангелов и это как-то связано с тем, что ты ей сказала. И ты должна помочь ей, пока она не разрушила свою жизнь. Ты знала, что она собиралась поступить в Стэнфорд заранее, по программе для отличников?

Я тяжело вздохнула, жалея, что вообще рассказала обо всем Нине.

— Слушай, мне пора, — сказала я, спуская ноги с кресла и подбирая с пола сумку.

— Уиллоу, постой! Ты не можешь просто…

Я уже направлялась к собственной машине. Но мне следовало догадаться, что Нина так этого не оставит.

Следующим утром, в субботу, она явилась ко мне очень рано.

— Значит, план такой, — бодро сообщила Нина, отбрасывая челку со лба. — Я посмотрела сайт Церкви ангелов, и ближайшая к нам находится в Скенектади. Думаю, туда Бет и отправилась. Сегодня там служба в два часа дня, ты должна пойти и поговорить с Бет.

Мы сидели на старых качелях, стоявших у меня на крыльце, и пили кофе. Вздохнув, я подложила под себя ногу и откинулась на выцветшую полосатую подушку.

— Нина, я тебе уже говорила… это бесполезно.

Нина резко сдернула мою ногу.

— Уиллоу, ты обязана это сделать. Брось, ты думаешь, что твои телепатические способности так сильны, что ты никогда не ошибаешься?

Я не знала, что на это ответить, и молча уставилась на улицу. У одного из соседних домов кто-то завел машину, и звук нарушил утреннюю тишину. Покачивая в руках кружку с кофе, я слушала, как машина удаляется.

— Я… не знаю, — призналась я.

Поставив чашку на колени, Нина потянулась вперед и заглянула мне в глаза.

— Пожалуйста, поезжай туда, — мягко сказала она. — Ты можешь оказаться единственным человеком, которого она послушает.

Я чувствовала, что цепляюсь за соломинку. Не отрывая взгляд от металлического подлокотника качелей, я ковыряла остатки белой краски.

— Не знаю, захочет ли Бет меня видеть. Она очень рассердилась на меня в прошлый раз.

— Ты все равно должна попробовать, — настаивала Нина. — Если ты права и она останется там, значит, так тому и быть. Но ты обязана попытаться.

Я вздохнула. Нечего было спорить: Нина права. Я точно знала, что мое видение не было ошибкой… но все же Нина права. Я уже хотела сказать ей об этом… но вдруг осеклась. Меня посетила страшная догадка, и холод пополз вверх по моему позвоночнику. Конечно, я должна поехать в эту церковь. Потому что так мне суждено. Я ведь не могу заглядывать в собственное будущее — каждый раз, когда я пытаюсь, я вижу только серый туман. Такой же, как в будущем Бет, только без этого ужасного могильного холода.

Вот почему я не могла увидеть, что случится с Бет в Церкви ангелов. Потому что это часть и моего будущего.

— Что такое? — спросила Нина, вглядываясь в мое лицо. Я тряхнула головой, допивая последний глоток кофе и пытаясь игнорировать ужас, внезапно овладевший мной. Я бы все на свете отдала, чтобы даже не приближаться к Церкви, но теперь, похоже, у меня не было выбора. Что бы ни скрывал серый туман, Нина была права: я обязана была попытаться.

— Ничего, — сказала я с вымученной улыбкой. — Ладно, я поеду.

К вечеру страх немного развеялся, но чувство тревоги не покидало меня. Я стояла перед овальным зеркалом, висевшим над моим комодом, и пристально смотрела на свое отражение. На мне была длинная фиолетовая юбка с серебряными нитями, пришитыми по всей длине, и обтягивающий белый верх. Я неуверенно провела рукой по юбке. Интересно, она подойдет? Люди ведь надевают такое в церковь, вроде бы. Не то чтобы меня это сильно волновало, но все же я не хотела сильно выделяться.

Сойдет, решила я наконец. Быстро расчесав волосы, я скрутила передние пряди в два жгута и скрепила на затылке маленькой заколкой. Натянув джинсовую куртку и кроссовки, я подхватила сумку и спустилась вниз. Из кухни доносился звон — тетя Джо мыла посуду. Мама спала в своем любимом кресле в гостиной. Это меня не удивило: иногда мне казалось, что ее ночные грезы не менее прекрасны, чем дневные. Во сне она ничем не отличалась от других людей: казалось, что она вот-вот откроет глаза, узнает меня, и в ее взгляде снова зажжется искорка радости.

Я смотрела на нее, и у меня внутри все сжималось.