Вор и Книга Демона - Дэвид Эддингс

— Нам нужен новый голос, вот и все, — сказалЭмдаль, пожав плечами, — человек, не причастный к нашим прошлым ошибкам.

— Какой же сюрприз вы приготовили нам, Эмдаль? —спросила Двейя.

— Мы основали новый церковный орден, вот и все. Членыэтого нового ордена будут носить рясы другого цвета, чем наш, а значит, онибудут не запятнаны тем, что мы натворили в прошлом. Они будут служить бедным иуниженным, не будут жить во дворцах и не будут иметь ничего общего саристократией.

— Возможно, это только начало, — с некоторымсомнением заметил Бхейд, — но, с вашего позволения, мой экзарх, будет ли уэтого ордена достаточно времени, чтобы противопоставить себя проповедям Аргана?Он уже собрал огромное количество последователей, и не пройдет и недели, как онповедет их на Магу.

— Полагаю, потребуется некоторое количествовдохновенных проповедей, брат Бхейд, — согласился Эмдаль, — но яуверен, что у вас все получится.

Лицо Бхейда внезапно стало мертвенно-бледным.

— У меня? — выдохнул он.

— Это был один из немногих пунктов, по которым мыпришли к согласию, экзарх Бхейд, — сказал ему Юдон. — Вы —единственный возможный кандидат. Члены вашего ордена будут носить серые рясы ипримут обет бедности. Во время наших обсуждений был поднят вопрос и об обетебезбрачия, но мы решили, что если мы будем настаивать, то Божественная Двейяможет на нас обидеться.

— Мудрое решение, — заметила Лейта.

— Об этом не может быть и речи, — твердо заявилБхейд. — Я уже не священник.

— Обет дается навсегда, — прохрипел Эмдаль. —Вы не можете дать его, а потом взять обратно.

— Я убил человека, экзарх, — сказал Бхейд безвсякого выражения в голосе.

— Что вы сделали?

— Я вонзил меч в человека в тронном зале эрайи Андины.Я проклят.

— Ну вот, — сказал Алейкон, и его пухлое лицовдруг расплылось в широкой улыбке. — Это все меняет, не правда ли, Эмдаль?Полагаю, мне все же не придется покидать Магу.

— Да, Эмдаль, это проблема, — сурово сказалЮдон. — Любой священник, совершивший убийство, автоматически лишаетсясана.

— Не шутите, Юдон, — прохрипел Эмдаль. — Мывсе при случае устраивали заказные убийства.

— Но мы не убивали лично. Возможно, это всего лишьформальность, но это одно из жестких правил. Пока брат Бхейд не искупил свойгрех — полагаю, путем какой-нибудь епитимьи — скорее всего, он не можетполучить повышение.

— А кем был тот, кого вы убили, Бхейд? — спросилЭмдаль.

— Его звали Яхаг, ваше преосвященство, — выступилавперед Андина, — и мне кажется, брат Бхейд преувеличил. Яхаг не былчеловеком в обычном смысле слова. Он был больше демоном, чем человеком. ДажеГенд его боялся. К тому же Яхаг только что зверски убил молодого парня,которого брат Бхейд готовил для службы церковника, экзарх Юдон может рассказатьвам об этом молодом человеке. Это пастух из Векти по имени Салкан.

— Салкан мертв? — пораженный, воскликнул Юдон.

— Боюсь, что так, ваше преосвященство, — ответилаАндина. — Арган приказал Яхагу убить брата Бхейда, но Салкан схватил мечЭлиара и выскочил перед Бхейдом, чтобы защитить его. Яхаг убил его, и тогдаБхейд убил Яхага. Поскольку все это произошло в Треборее, наши законы имеютприоритет, а по треборейским законам то, что произошло, не было убийством. Этобыл совершенно оправданный поступок.

— Брат Бхейд подчиняется церковным законам, —упрямо сказал Алейкон. — Пока он не отбыл свое покаяние, он не можетисполнять в ордене никаких обязанностей. — Он с ухмылкой посмотрел наЭмдаля. — Ваша хитроумная схема только что вылетела в трубу, да,Эмдаль? — самодовольно произнес он.

Эмдаль неодобрительно посмотрел на него.

— Может быть, и нет, — сказал Юдон. — Дайтеопределение слову “покаяние”, Алейкон.

— Молитва, пост, уединение, тяжкий труд — любоенаказание, которое его экзарх сочтет соответствующим. Не пытайтесь увильнуть,Юдон.

— Ну что ж, тогда давайте рассмотрим, что такое “тяжкийтруд”? — мягко произнес Юдон. — Нынешняя ситуация в Перкуэйнепозволяет мне думать, что экзарху Серой Рясы придется трудиться больше, чемкому бы то ни было на свете. Брат Бхейд может искупить свое преступление, взявна себя самый тяжкий труд на земле.

— Искупление через служение, — согласилсяЭмдаль. — Блестяще, Юдон.

— Это чистейшая софистика! — запротестовалАлейкон.

— Конечно, — согласился Эмдаль, — но этополезная софистика. Брат Бхейд формально все еще принадлежит к ордену ЧернойРясы, поэтому именно я в конечном счете имею над ним власть, не так ли?

— Ну… формально да, — нехотя согласился Алейкон.

— Что ж, отлично. Давайте обговорим кое-какиеформальности, прежде чем идти дальше. Божественная, вы позволитевоспользоваться вашим столом? — спросил он у Двейи.

— Конечно, экзарх Эмдаль, — ответила она.

Суровый Эмдаль уселся за мраморный стол и натянул капюшон.

— Юдон, не будете ли вы так любезны представить судуобвинения?

— Так не делается, — запротестовал Алейкон.

— Все зависит от того, кто руководит, Алейкон, —сказал Эмдаль. — Брат Бхейд — служитель ордена Черной Рясы, поэтому оннаходится в моей юрисдикции. Слушание дела и окончательное решение находятся вмоих руках. Суд выслушает ваши обвинения, экзарх Юдон.

Юдон поднялся со своего места и тоже надел капюшон.

— Подсудимый обвиняется в убийстве, святейшийЭмдаль, — пропел он, — и он чистосердечно признался в содеянном.

— Что скажет подсудимый? — сурово спросилЭмдаль. — Быстрей, быстрей, Бхейд. Скоро ужин.

— Я виновен, мой экзарх, — дрогнувшим голосомответил Бхейд, — ибо я сознательно убил человека по имени Яхаг.

— Готов ли ты подчиниться решению данного суда?

— Во всем, мой экзарх, — согласился Бхейд.

— Подсудимый, встаньте на колени и выслушайте приговорсуда, — сурово объявил Эмдаль.

Бхейд, весь дрожа, упал на колени. Эмдаль рассеянно положилруку на Книгу.