Афера в Темную ночь - Мария Быстрова

Дикельтарк. Фабрика энергетических проводников.

Флориан Келерой

Щелк-щелк-щелк. Гнетущую тишину нарушала Катрин. Звук напрягал. Сколько можно стучать по клавишам? И так болит голова! Выкинуть эту печатную машинку! Какого демона я с утра не связалась с Шонной и не выпросила у нее выходной? Не выспалась же… ох. И вообще, после выигрыша, я могу полгода не работать. Зачем мне все это? Перевела взгляд на свои не просчитанные бумажки, затем на коллег, которые тоже не горели желанием трудиться.

Бергские директора ФЭПы считали, что все специалисты обязаны сидеть в одном помещении, поэтому столы каждого отдела были сдвинуты в «тройки» и образовывали островки, разбросанные по залу. Якобы подобная обстановка сплачивает команду, а на деле только множит сплетни и неприязнь. Отдельные комнаты и то за стеклом полагались лишь Крашелю и инженерному составу.

Милорд сидел в своем «аквариуме», мрачно уставившись в одну точку, начальник склада лениво листал какую-то папку, господин Соларо вообще откинулся в кресле и нагло спал. Но ему все можно — он у нас самый могущественный деструктор на фабрике…

Только в отделе по найму кипела работа. Винсент и Жизель пытались разгрести наследие Беатрис. Высокий худощавый ассистент метил на должность покойной, и теперь выпрыгивал из штанов, демонстрируя активность. Вот уже пытается Бланш командовать, требует что-то, хлыщ кудрявый! Не нравится он мне! Почувствовав мое внимание, девушка подняла глаза и вымученно улыбнулась. Я кивнула на крутящуюся дверь. Мол, выйдем? Не могу больше тут сидеть, дурно от безделья. Менталистка поморщилась и покосилась на своих новых «начальников». Предки, почему она не может просто взять и поставить их на место?! Она же не девочка на побегушках! Ни Винсента, ни Жизель никто еще секретарем не назначил. Иногда моя подруга бывает такой… вафельной!

Управленческий зал находился на втором этаже, что впрочем, не мешало начальникам отделов наблюдать за производством, просто подойдя к окошку. Пол над цехами как таковой отсутствовал, вместо него навесили решетчатые мостики, ведущие на лестницу, в столовую, в комнату отдыха и в технические помещения. Мостики эти растягивались на стропах и почти не раскачивались. Плохо одно — стоит выйти из зала, как кто-нибудь из сборщиков обязательно поднимет голову и… в юбке не походишь.

Выскочив за дверь, погрузилась в рабочий шум механизмов. Внизу скрипел крутящийся ротор, лязгали каретки, ползающие в отдалении около складских стеллажей, повсюду шипела магия и защитные структуры, под сеткой работали поглотители, втягивающие сброшенную в пространство энергию. Сам воздух дрожал.

Бланш догнала меня на полпути к курилке, сразу же накатило чужое уныние и раздражение.

— Люди все злятся, — будто извиняясь, сообщила она, закутываясь в кофту. — Многим придется выходить в ночную смену.

Да плевать на них! И так тошно! Я ускорила шаг.

— Ты-то как? Отошла от вчерашнего?

— Терпимо. Резерв почти восстановился.

— А почему такая бледная?

Восьмой цех остался позади. В саму курилку заходить не хотелось, пропахну всякой дешевой дрянью, поэтому шмыгнула на лестницу, в закоулок у окошка. Соларо дремлет, а значит, можно спокойно тут подымить. И тихо к тому же. Под неодобрительным взглядом подруги зажгла сигарету.